Гейб обнял ее, и она прижалась головой к его груди.
– Откуда в тебе столько мудрости? – прошептал он.
Келли только пожала плечами.
– Наверное, это просто потому, что я родилась женщиной!
На его губах заиграло некое подобие улыбки, когда он прижался ими к ее макушке.
Ее слова снова и снова звучали у него в голове, удивляя и смущая, но одна мысль преследовала его, стуча в раненом сердце ведь он так желал Келли. Как ни одну другую женщину на свете.
Простит ли она меня так же легко?
Гейб закрыл глаза и впервые за многие годы позволил себе надеяться на невозможное.
Глава 10
Келли смотрела на него, пока они вместе шли по хорошо освещенной улице мимо магазинов. Гейб знал, кто выпустил лошадей, и приехал сюда для того, чтобы найти этих людей. Три раза за вечер он отходил, чтобы поговорить с какими-то не внушающими доверия личностями, затем возвращался к ней, и они продолжали путь.
Келли не ждала, что Гейб поделится с ней своими подозрениями.
Вдруг он напрягся, и она невольно повернулась в ту сторону, куда смотрел он. Но никого не увидела.
– Иди туда! – Гейб махнул рукой в направлении аптеки.
Келли тревожно поглядела на него. Он мягко поцеловал ее в лоб и прошептал:
– Я вернусь. Верь мне!
Сунул ей ключи от машины и скрылся. Келли почему-то стало не по себе. Посмотрев ему вслед, она вошла в аптеку.
Габриэль прислонился спиной к стене ресторана согнул колено и уперся ногой в кирпич. Глаза его злобно сощурились, и прохожие ускоряли шаг, чтобы избежать встречи с ним. Гейб их едва замечал: его взгляд был прикован к человеку, который разговаривал с двумя известными головорезами в нескольких футах от ресторана. По виду они не отличались от остальных прохожих, даже немного напоминали туристов, но серый лимузин бросался в глаза. Гейб подумал, что, если его хозяин хотел остаться неузнанным, ему следовало бы нанять другую машину. Он ждал, пока Мердок сам его не заметил, и когда у того глаза полезли от удивления на лоб, Гейб оторвался от стены и кинулся к нему.
Схватив его за руку, он рванул ее вверх, чтобы посмотреть Мердоку в лицо. Его сообщники бросились врассыпную, словно перепуганные мыши. Габриэль медленно улыбнулся, обнажив белые зубы:
– Только подойди к моим владениям, и ты – труп! Мердок набрался храбрости и захохотал, высвобождая руку.
– Я все о тебе знаю. Ангел, – произнес Мердок с недоброй ухмылкой. – Твои прошлые подвиги доказывают, что ты вовсе не добропорядочный американец. Лицензия частного сыщика – просто удобное прикрытие, когда появляется настоящая работа, да?
Гейб крепче стиснул пальцы. Он понимал, что Мердок к чему-то клонит.
– Выкладывай!
– Она в твоем доме, верно? Достань мне ее записную книжку, и я по достоинству оценю твои труды. -(Глаза Гейба словно подернулись льдом.) – Тебе ведь нужны наличные… А она, похоже, бедовая девчонка. Обработай ее, – Мердок осклабился, гнусно скривив губы, и подтолкнул Гейба, – просто ввинти ей пару раз, если еще не…
– Ты свинья, Мердок!
Из ресторана вышел шофер и стремительно направился к ним. Гейб сразу почувствовал, как Мердок приободрился и попытался отойти в сторону, но Гейб снова схватил его за руку, а потом сделал то, чего клялся никогда не делать: провел согнутым пальцем по лицу Мердока, с силой вдавливая костяшку. Глаза у того округлились, из носа пошла кровь. Он судорожно прижался спиной к машине. Гейб оставил его и повернулся к шоферу. Мердок замер, раскинув руки и стараясь сохранить равновесие, но медленно сполз на землю.
Гейб наклонился над ним и с угрозой проговорил:
– Я ведь предупреждал! Только тронь ее, и ты труп!
Ошеломленный Мердок схватился за окровавленный нос. Гейб пошел прочь. Ярость распирала его. Что, если бы тогда Мердок сумел заманить ее в машину? Они могли бы избивать ее до тех пор, пока она не отдала бы им свою записную книжку. Она отдала бы, и что тогда было бы с Дэниелом – единственным человеком, который поверил в Гейба? Все его дело рухнуло бы. Гейб ускорил шаги. Ему просто необходимо было обнять Келли.
Келли прохаживалась по аптеке, делая вид, что выбирает лекарства. Ее взгляд беспокойно скользил от двери к окнам и обратно. Ладони у нее вспотели, мгновения казались часами. Где он? Что с ним? От отчаяния она купила кулечек мятных конфет, попутно заметив, что у нее почти не осталось денег. Завтра должны доставить на почту ее туристские чеки, успокоила она себя и направилась к двери, вынимая из кулька и засовывая в рот одну конфетку за другой. У нее уже онемел язык, когда в дверях наконец появился Гейб.
Вздохнув с облегчением, она бросилась к нему. Он схватил ее в объятия и прижал к себе. Так они и вышли, прижавшись друг к другу. На улице Гейб обнял ее за плечи, а она обвила рукой его талию.
– Что ты делал? – Они шли медленно, и она оглядывала его с ног до головы. Гейб слегка запыхался, но был великолепен, и Келли любовалась им. К тому же он бы так близко от нее!
– Ничего.
– Габриэль, – почти прошептала она, чтобы не слышали прохожие, – ты дрался?
Келли схватила его правую руку и поднесла к глазам. Суставы пальцев покраснели. Она с беспокойством посмотрела на него.
– Я просто предупредил его.
– Откуда ты знаешь, что именно он выпустил лошадей?
Гейб остановился и взглянул на девушку сверху вниз. Он не мог сказать ей правду.
– Он признался.
– До или после того, как ты ударил его?
– Ты мне поверишь, если я скажу тебе, что я оборонялся?
– Да, – не колеблясь, ответила Келли. То, что она поверила его слову, странно согрело ему сердце. – Теперь расслабься, – сказала девушка. Ее рука сильно и нежно гладила его грудь. Ее прикосновения, подумал Гейб, – это не то, что позволит ему расслабиться.
– Я точно знаю, что нам делать. – Она вдруг вывернулась из-под его руки и потянула его к кинотеатру. Келли вытряхнула оставшуюся мелочь и купила билеты. Когда он укоризненно взглянул на нее, она лукаво прошептала:
– Там мы сможем обниматься!
Его улыбка ясно говорила, что он не возражает.
– Попкорн покупаешь ты, я до завтра полный банкрот!
Гейб был готов для нее на все, но Келли удовлетворилась пакетиком попкорна и бутылкой содовой. Они выбрали прекрасные места сзади, в темноте. Фильм начался, но Гейбу это было безразлично. Он не помнил, когда последний раз был в кинотеатре, и сейчас смотрел только на нее.
– Опять уставился! – бросила она, глядя на экран и улыбаясь в темноте. Потом придвинулась поближе, взяла его руку и положила себе на плечи. Потянулась к его твердому подбородку и поцеловала его.
Она тихо, жалобно застонала, и Гейб подумал, что никогда еще не слышал таких возбуждающих звуков. Он целовал ее, изливая чувства, которые охватили его, когда он услышал грязные речи Мердока. Он чуть не убил этого подонка, но вспомнил о Келли и остыл. И сейчас Гейб целовал и целовал ее, а его желание все росло. Только подлокотники кресла мешали ей взобраться к нему на колени.
