— Припоминаю…
Он горестно вздохнул.
— Думаю, ты знала, что я тебя любил. Я и сейчас тебя люблю, хоть и не имею на это права. Я поступил некрасиво, не сказав тебе о жене и ребенке, но тогда ты бы просто не стала со мной встречаться… — Он вопросительно посмотрел на меня: — Так ведь?
Горло перехватило от этого запоздавшего, ненужного больше признания, и я молча кивнула. Было так смутно и нерадостно, что я опустила голову, стараясь сдержать набежавшие слезы. Он тихо продолжил, признаваясь в том, что давно должно было умереть естественной смертью:
— Я и жене ничего не говорил. Она хороший человек и не заслуживает обмана. К тому же я ей не изменял. Но боюсь, делал еще хуже — представлял вместо нее тебя. Это тебя я ласкал по ночам, говорил нежные слова, а она думала, что у нас с ней все прекрасно…
Так-так, а я-то и не подозревала, что выступаю в роли сексуального стимулятора… Я с возмущением посмотрела на него, но не смогла сказать ни слова из того, что бередило душу. Он сильно изменился с нашей последней встречи. Это было естественно, ведь тринадцать лет далеко не один легкий летний день, но уж очень он постарел. Виски были совсем седые, измученные глаза впали, поблекли, щеки ввалились. Передо мной сидел старый и потрепанный жизнью человек. Он понятливо кивнул:
— Неразделенная любовь не красит, правда? Но ты не печалься — у меня хорошая жена, две дочери, и я все еще представляю по ночам тебя. Я пришел тебе это сказать, чтобы ты не держала на меня зла. Если бы я встретил первой тебя, мы с тобой были бы женаты уже пятнадцать лет. И я надеюсь, счастливо.
Насчет счастливо я сильно сомневалась, но по крайней мере поняла, что он не жалкий бабник, как рисовалось в моем обиженном воображении, а страдающий и влюбленный человек. Мне даже не поверилось — неужели меня можно так любить? Или я — это не я, а его выдумка, превратившаяся в недостижимую хрустальную мечту только потому, что ее нельзя лапать грязными руками? Он нежно провел рукой по моим волосам и с надеждой в голосе спросил:
— У тебя все нормально? Ты замужем?
Я резко ответила:
— Все нормально, хотя я и не замужем.
Он виновато склонил голову.
— Значит, и тебя задела эта история. Очень жаль…
Хотелось грубовато сказать, что он тут вовсе ни при чем, но не получилось. Вранье всегда давалось мне с определенным внутренним напрягом, а сейчас сил врать не было. Мы бы так и сидели и договорились бы невесть до чего, если бы перед нами не появился Евгений. Я даже не удивилась — возникать ниоткуда было его милым хобби.
Он побелел от злости, когда увидел наше рандеву. Хотел броситься на Игоря с кулаками, но я, вскочив, перегородила ему дорогу. Тогда он, ни слова не говоря, схватил меня за локоть и поволок к дорожке. Но за другую руку меня ухватил Игорь, громко спросив:
— Все в порядке, Аня?
Раздираемая ими на две части, я хрипловато заверила бывшего поклонника, что все прекрасно, что мне пора, и попросила передать привет жене и детям. Евгений, понявший, что опять попал впросак, сердито засопел, но мой локоть не выпустил. Игорь, безнадежно уронив руки, тусклым голосом пожелал мне счастья. Едва заметно кивнув в ответ, я с крейсерской скоростью пронеслась по дорожке за властно державшим меня мужчиной и вновь оказалась перед зданием библиотеки.
Чтобы не подливать масла в огонь, без возражений села к Евгению в машину, возбудив в нем ничем не спровоцированные подозрения. Едва отъехав, он свирепо возопил:
— Чем это вы с ним занимались в кустах?
С показным удовольствием нюхая розу, я отрезала:
— Ничем особенным. Он просто поздравлял меня с днем рождения.
Он осекся и даже несколько смутился.
— У вас что, в самом деле сегодня день рождения?
Я небрежно подтвердила. Он немного притормозил у цветочного павильона, но передумал и рванул дальше. Меня захватили воспоминания, перед глазами всплывали сцены из наших с Игорем свиданий, в ушах еще звучали его ласковые и чуть печальные слова. Душа была захвачена немного болезненным, но в общем-то уже отгоревшим чувством.
Пока в голове сменяли друг друга картины из прошлого, мое сознание не замечало ничего вокруг. Я опрометчиво вдыхала нежный аромат розы, утонув в своих воспоминаниях. Если не считать заключительного акта, в моих встречах с Игорем не было ничего горького или омрачающего. Он был всегда внимателен, заботлив и казался действительно влюбленным. И не приставал ко мне с неприличными сексуальными предложениями. Не то что сидящий рядом тип…
Но тут в моем мозгу вспыхнула не слишком лестная для меня догадка: просто у него уже была женщина. И, кем бы он ее ни представлял, она вполне удовлетворяла его сексуальные аппетиты. А у Евгения, похоже, никого нет. Иначе он не был бы настойчив до нахальности. Но ведь он красив, богат, и возможностей найти себе подходящую подругу у него выше крыши. Что же значит его пусть недолгое — мы знакомы-то всего четвертый месяц, — но постоянство?
Переведя рассеянный взгляд за окно, я изумленно встрепенулась. Мы были за городом. Вот это да! Сколько же времени я промечтала, если Евгений успел проехать весь наш далеко не маленький город? И куда это он меня везет? Я перевела на него возмущенный взгляд, и он иезуитски сообщил:
— Да, я воспользовался тем, что вы замечтались, и решил свозить вас на свою дачу. Отметим ваш день рождения на лоне природы. Грядки копать я вас не заставлю, не бойтесь. Отдохнете немного, в себя придете. А то на вас лица нет…
Лицо у меня всегда есть, это он пусть не выдумывает, просто не всегда симпатичное… Я возразила:
— Я домой хочу, я жутко устала и просто засыпаю на ходу…
Это было правдой, в последнее время усталость стала постоянной. Возможно, сказывался весенний авитаминоз, а возможно, напряжение, в котором он держал меня. Плюс сегодняшняя бессонная ночь и интенсивные физические упражнения, коими мне пришлось заниматься, привели меня к полнейшей неспособности что-либо делать или даже соображать. Мне надо было выспаться.
Евгений терпеливо, как неразумному ребенку, повторил:
— Вот и отдохнете, и выспитесь, ведь завтра суббота…
С откровенным злорадством я уничтожила все его надежды:
— Я завтра работаю.
Он не поверил:
— Вы же работаете во внутреннем отделе, не с читателями, у вас всегда выходные в субботу и воскресенье…
Вот что значит дружить с доносчицей! Интересно, какие еще подробности библиотечного распорядка поведала ему Викуся? Но на сей раз он был не прав.
— У нас все заведующие по очереди дежурят в выходные дни. Завтра моя очередь…
По моему усталому тону он понял, что я не шучу, и угрюмо замолчал. Но и назад не повернул. Сил противиться ему у меня не было, и я замерла, полусонно глядя в окно. Но вот машина подъехала к высокому каменному дому в два этажа и остановилась у веранды.
