казнь и не лишил бы детей их отца, то мы бы сражались против нескольких сотен злых дикарей. Нет правильного ответа.
— Мы могли обойтись без жертв? — обратился я к Учителю.
— Нет, это дикари, с ними дипломатия не работает, — пояснил он.
Постепенно из домов стали выглядывать женщины, но, пересекаясь с нами взглядами, прятались обратно. С той стороны, откуда мы пришли, у крайних домов стояли мужчины, опасаясь навлечь беду на свой дом. На их глазах убили вождя, и это воспоминание еще слишком свежо.
Я усилил свои голосовые связки.
— Мы не причиним вам вред. Нам надо попасть на ту сторону стены, — я показал руками, куда нам надо.
Из всей толпы только один мужчина отважился пройти на площадь. Аккуратно пройдя мимо нас, он подошел к ближайшему шалашу и заглянул внутрь. После этого из шалаша вышла его жена с девочкой, вцепившейся в мамину набедренную повязку.
Постепенно все мужчины разошлись по домам и вывели свои семьи. Они окружили нас, но держались на расстоянии. Вдалеке между шалашей я увидел ту самую девушку с маленьким братом и мамой. Они одиноко стояли в стороне от всех. Смешной карапуз веселился на руках у сестры и хлопал в ладоши. Ему нравилось, что собралось много народу. Сестра же смотрела на нас с ненавистью. Она понимала, что сделать ничего не сможет. И только горящие от злобы глаза, говорили о том, что она чувствует.
Вперед вышла очень пожилая старушка. Дикари уважительно расступались перед ней, иногда придерживая за руку.
Я заметил, что в самой деревне почти никто не пользуется силой. Мои новые мозги с жадностью запоминали все, что происходило вокруг. Я вспомнил кучу документальных фильмов про аборигенов и дикарей, но те не ели своих мертвых соплеменников.
— Она у них что-то типа местной старосты, — пояснил Учитель.
Она подошла к учителю и худой сморщенной рукой ласково взяла за щеку.
— Сильно я постарела? — кое-как сказала старушка.
Учитель взял ее руку и погладил.
— Ты ни капельки не изменилась, такая же красивая, — ласково сказал Учитель. — Что у вас произошло?
Старуха облокотилась на руку Учителя и села под стволом дерева. Только сейчас она увидела нас с Авророй. Ее глаза почти не видели, спина не разгибалась, а ноги с трудом двигались, но я чувствовал в ней огромную энергию. Она похлопала рукой рядом с собой, и мы сели. Учитель же сел перед ней на землю. Все, кто был на площади, зашумели и тоже опустились на землю.
— Слушайте внимательно, — громко сказала староста.
Глава 21
Мне не очень хотелось слушать рассказы какой-то старой женщины. Было желание побыстрее добраться да второго уровня и немного отдохнуть. Но я никак не мог повлиять на сложившуюся ситуацию. Оставалось только дождаться истории, которую хотела рассказать староста. Я встретился взглядом с той девушкой, которую мы первой встретили, и улыбнулся. Она злобно посмотрела на меня и отвернулась.
Ее маленький брат уже куда-то шагал между рядами сидящих соплеменников. Не знаю почему, но мне хотелось вновь увидеть улыбку у этого ребенка.
— Все вы еще не знаете этого человека, — начала свой рассказ старушка. — Я последняя, кто видел его сорок лет назад, — она мягко улыбнулась Учителю. — Когда упал священный камень, весь мир как будто сошел с ума. Люди со всех концов планеты хотели попасть к нему. Были хорошие, но были и плохие. Некоторые хотели выгнать нас с нашей исконной территории, и мы уже были в отчаянии. Но пришел он, — староста показала на Учителя.
Все восторженно вздохнули. Как же легко удивить дикарей.
Тем временем тот кудрявый карапуз уже дошел до нас. Встав передо мной, он вытянул ручки вперед и требовательно помахал, просясь, чтобы я его посадил к себе на колени.
«Возьми его к себе», — услышал я мысли сестры.
Вытянув руки и подняв его, я посадил мальчугана к себе на колени. Он деловито пошлепал меня по рукам и повернулся к толпе. Мне было приятно, что он увидел во мне хорошего человека.
Я нашел глазами его сестру, которая пристально наблюдала за нами.
— Он спас нас и научил владеть силой, — продолжала староста. — С его помощью мы отстроили деревню обратно. Он показал, как обороняться, если на нас нападут. Все, что вы умеете, это его заслуга. Но никто не вечен. Те, кто тогда остались, постепенно стали умирать, к нам переходила их сила. Но люди перестали верить, что он существует. Мне говорили, что я все придумала. И постепенно восхищение переросло в ненависть и страх.
К ней подошел молодой парень и протянул чашу с водой. Пока она неторопливо пила, все сидели молча. Ни один из дикарей не шептался и не болтал.
«Для дикарки она довольно умная», — сказала Аврора в моей голове.
«У них достаточно высокий интеллект относительно обычного человека», — пояснил я сестре.
Бабушка попила и продолжила:
— Постепенно мою историю стали все чаще перевирать на свой манер. И вот ты уже не герой, который спас нас от вымирания, а злобное божество, способное по своей прихоти уничтожать все на своем пути, — она медленно встала и обвела всех рукой. — Вам давали ложные истории! — громко сказала старейшина. — Но меня уже никто не хотел слушать. Новый вождь захотел уничтожить тебя, когда ты придешь в следующий раз, и стать всемогущим.
— Ха, сам виноват, — громко сказал Учитель, чтобы услышали все. — Я знаю, что он приказал напасть на нас, и я вас не виню. Запомните этот день! Передавайте эту историю вашим детям и не допускайте больше такого.
Мальчик у меня на коленях стал хлопать в ладоши. Это позабавило меня. Я развернул его к себе лицом и внимательно посмотрел ему в глаза. Он вытянул ладошки и положил мне на грудь. Я пощекотал его по животу, от чего карапуз засмеялся. Похоже, я наладил с ним связь. Мне так хотелось услышать этот смех. Во всей этой пучине непроглядного мрака его смех был как луч фонаря, подсказывающий дорогу и говорящий, что не все в мире такое темное.
— Расскажи, зачем вы здесь? — спросила бабушка.
— Мы идем к священному камню за
