тридцать секунд. Что и произошло.
Я их не виню, правда.
Главное, что их волновало, – и единственное, что они хотели обсуждать, – это записка, которую Майя передала Элли вчера в «Карвеле». Как оказалось, эта записка – к тому моменту ее прочитали вслух или услышали в пересказе половина пятиклассников – стала для Майи пропуском в популярность. Для нее это было новое чувство. Все о ней говорили. Ребята показывали на нее шестиклассникам.
– Сегодня я королева неудачников! – заявляла сама Майя.
Она торжествовала. Ей нравилось это неожиданное внимание.
Я собиралась сказать ей, как ее записка обидела Ксимену, как та плакала. Но я почему-то не хотела портить Майе ее триумф.
– Привет! – Джун ткнула меня в бок, чтобы я подвинулась.
– Ой, привет! – удивилась я, обернулась посмотреть на ее стол и увидела, что Джек и Ави уже ушли.
– Привет, Джун! – радостно воскликнула Майя. – Ты слышала о моей записке?
Джун улыбнулась:
– Да.
– Тебе понравилось?
Джун медлила с ответом – видно, тоже не хотела расстраивать Майю.
– А где Ави и Джек? – вмешалась я.
– Работают над сверхсекретными записками, чтобы подбросить в ящик Джулиану, – ответила она.
– Такими же, как моя? – спросила Майя.
– Не думаю. Какими-то любовными записками от кого-то по имени Бьюла.
– Кто такая Бьюла?
Джун засмеялась:
– Сложно объяснить.
Я заметила, что Ксимена смотрит на нас через всю столовую. Я улыбнулась ей. Она улыбнулась в ответ. А потом, к моему удивлению, она поднялась и подошла к нашему столу.
Все смолкли, заметив Ксимену. Меган и Рэнд без слов отодвинулись, и Ксимена села между ними, прямо напротив Майи, меня и Джун.
Майя была в шоке. Она широко распахнула глаза, казалось даже, что она немного напугана. Я представить себе не могла, что будет дальше.
Ксимена сжала руки, наклонилась вперед и посмотрела прямо на Майю.
– Майя, – сказала она. – Я хочу извиниться, если я когда-либо сказала или сделала тебе что-то обидное. Если это так, то я не хотела. Я вообще-то думаю, что ты очень милая, умная и интересная, и я очень надеюсь, что мы когда-нибудь сможем стать друзьями.
Майя молча моргнула. У нее буквально отвисла челюсть.
– В общем, я просто хотела это тебе сказать, – смущенно закончила Ксимена.
– Это так мило с твоей стороны, Ксимена, – улыбнулась Джун.
Ксимена посмотрела на нас со своей привычной ухмылкой.
– Это бугалу, детка! – И мы расплылись в улыбках.
Ксимена поднялась и вернулась к своему столу – так же быстро, как села к нашему. Краем глаза я видела, как Элли и Саванна наблюдают за ней. Как только она подсела к ним, они придвинулась поближе, чтобы послушать, что она им скажет.
– Здорово, правда? – сказала Джун Майе.
– Я в шоке! – Майя сняла очки, чтобы протереть их. – В полном шоке.
Джун бросила на меня многозначительный взгляд.
– Майя, а как дела с твоей гигантской игрой в точки?
– Она у меня с собой! – охотно отозвалась Майя. – Я же говорила тебе, что жду, когда ты сможешь поиграть со мной. А что? Хочешь, сыграем?
– Да, – ответила я. – Хочу.
– И я, – сказала Джун.
Майя ахнула от удивления, схватила свой рюкзак и вытащила рулон бумаги, слегка помятый по краям. Мы смотрели, как она аккуратно разворачивает и раскладывает лист, который занял весь стол. Когда все было готово, мы уставились на стол. В изумлении.
На гигантском листе не было ни сантиметра, который бы не был покрыт точками. Безупречными аккуратными рядами точек. И не только точек: там были сетчатые узоры, соединенные завитушками, волнистые линии, заканчивающиеся спиралями, цветочками или солнечными лучами. Это было похоже на татуировку, когда голубые чернила полностью покрывают руку и не знаешь, где кончается одна татуировка и начинается другая.
Это была самая невероятно красивая игра в точки, которую я когда-либо видела.
– Майя, это потрясающе, – выдавила я.
– Да! – радостно подхватила Майя. – Я знаю!
Как что-то меняется, а что-то – нет
Это был первый и последний раз, когда Джун, Ксимена и я сидели вместе за одним столом на обеде. Или в любое другое время, раз уж на то пошло. Мы вернулись к своим компаниям. Ксимена – к Саванне. Джун – к Ави. Я – к Майе. И, честно говоря, меня это устраивало.
Наверное, какая-то часть меня – та, что любит хеппи-энды, – хотела, чтобы все изменилось. Чтобы Ксимена и Элли вдруг пересели за мой стол вместе с Джун. Может, у нас появился бы свой стол, а Джек, Ави – и Рейд, и Амос! – сидели бы за соседним.
Но по правде говоря, я знала, что ничего особенно не изменится. Я знала, что все будет так же, как и после нашей ночевки. Как будто мы были на секретном задании. О котором никто не знал. И когда мы вернулись, все пошли по домам. С некоторыми друзьями так бывает. Может, даже с лучшими. Связь остается навсегда. Но она невидима взгляду.
Вот почему Саванна не догадывалась, что мы так сблизились с
