меня – не пробуй это заклинание, можешь пострадать. Не подходи к этому человеку, он может тебя обидеть. Не ходила бы ты на огненную стихию, обожжешься. И вроде одна часть меня понимала, что он прав… но ведь так можно все самое интересное пропустить!
– Прости, обещал отцу в библиотеке помочь, – извинился парень.
– Ладно, – пожала я плечами. – Удачи тебе.
Сверху, об окно второго этажа изнутри что-то громко ударилось. Мы вздрогнули, подняв головы.
– Придурок Фрино никак не уймется, – нахмурился Мрамор. – Чем он только там гремит постоянно... Иногда так и хочется пойти и надавать ему по шее. И почему его не исключили...
– Перестань, мы это уже обсуждали, – одернула его я. – Он получил свое и пообещал нас не трогать. Этого тебе недостаточно?
– Недостаточно, – твердо сказал Мрамор. – Если бы не демон, то он бы убил вас с обеих. Его должны были исключить и отправить к его семейке. Он вполне заслужил то, что приберег для него отец…
– У меня по этому поводу другое мнение.
Внутри все запылало, руки сами собой сжались в кулаки.
– Брось, Яна, – нахмурился Мрамор. – Не дури. Я знаю, ты добрая и мягкая, но ты не должна его жалеть. Люди просто так не меняются. С чего ты взяла, что он переучился? У него просто нет другого выбора. То, что он решил стать паинькой не значит, что он стал хорошим и добропорядочным студентом.
– Вот именно, у него нет другого выбора! – возмутилась я. – Лучше бы он дальше был тем идиотом, который устраивал нам гадости, чем… чем…. вот этим! Ты вообще видел, во что он превратился?!
И я указала наверх. От моего повышенного тона Мрамор опешил, а я продолжила:
– Ты вообще ничего не понимаешь, да? Я ему глаз выколола! Мне до сих пор кошмары из-за этого снятся! Из-за меня его хочет убить его же семья! И такого наказания вам недостаточно за то, что он на самом деле ничего не успел сделать? Вам этого мало?! Не стыдно, а?!
– Эби, Эби. остановись, – ошарашенно попросил Мрамор, назвав меня настоящим именем. – Ты не должна себя винить…
– Какие же вы все мерзкие! – уже выкрикнула я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. – Великие судьи! Вам бы только кого-нибудь наказать, казнить, выгнать из академии, поставить на место! А то, что человеку может быть и так плохо, вы не понимаете?! Даже он сам лучше вас, потому что не кинулся мстить! Вообще ни слова мне не сказал, сам понял, что получил по заслугам! А ты? Где хоть капля благодарности?! Он вообще-то тебя остановил, когда ты был под действием тумана! А ты… ты просто в открытую пожелал ему только что смерти?!...
– Эби, он меня ножом в живот пырнул не раздумывая, – напомнил мне Мрамор.
– А ты бы всех переубивал, не только ранил! – выкрикнула я, заставив парня встать столбом.
И, развернувшись, я кинулась в общежитие. Злые слезы катились по щекам. Ну почему? Почему все так получилось? Я ведь понимала, что перегнула палку. Мрамор был в чем-то прав, и ни в чем не виноват. Он имел полное право Фрино ненавидеть. Но поделать с собой я ничего не могла. Эмоции будто бы обострились и хлестали через край. Слишком сложно все сплелось...
В гостиной я наткнулась на Ивону. Увидев меня с мокрыми глазами, девушка удивленно застыла, а потом просто подошла и обняла. Это было так неожиданно, что я на секунду опешила, а потом поморщилась, шмыгнула носом и разрыдалась, чувствуя себя последней истеричкой. За моей спиной хлопнула дверь. Я попыталась обернуться, но Ивона только заставила меня уткнуться лицом ей в плечо.
– Яна… – услышала я встревоженный голос Мрамора.
– Иди-ка ты отсюда, – отмахнулась от него Ивона. – Довел бедную девушку до слез.
– Но я же…
– Иди, – настойчиво повторила Ивона. – Извинишься, когда она успокоится. Как положено. Ясно тебе?
– Ясно…
Видно, было что-то в голосе старосты такое, что заставило Мрамора развернуться и уйти. Я еще пару раз шмыгнула, и Ивона наконец меня отпустила. Взяла за плечи, заглянула в глаза:
– Что случилось? – спросила она. – Можешь не рассказывать конечно, но… надеюсь он к тебе не приставал?
– Нет, – покачала головой я. – Я просто… просто…
Причину, по которой случились со мной слезы, я выдавить из себя так и не смогла. Снова расплакалась. Бывает такое – расстроишься из-за чего-то, только успокоишься, а как вспомнишь почему слезы льешь, тут же принимаешься рыдать дальше. Ивона, видимо, быстро сообразила в каком я состоянии, усадила меня на диван в гостинной, принесла стакан с водой. Прошла еще пара минут прежде, чем я сбивчиво смогла объяснить ей, что случилось.
– Да уж, дела, – задумчиво протянула Ивона. – Не думала я от тебя такое услышать. Хотя в чем-то и согласна...
– Вот и Мрамор не ожидал, – потупилась я. – А я… не могу я, понимаешь? Он ведь мне снится. Мне снятся кошмары почти каждую ночь про то, как я его убиваю. Это так давит. А главное, я понятия не имею… понятия не имею, что у него на уме...
– Ну, не зря же я с шиарой эту аферу провернула, ради тебя старалась, – прищурилась Ивона. – Тем его словам можно верить…
– Да я не о том, – шмыгнула носом я. – Он должен на меня злиться. А он ведет себя так, будто ничего и не произошло. Я бы лучше боялась мести сидела… чем вот так… не понимать что с человеком творится...
– А ты с ним не говорила? – уточнила Ивона.
– Пыталась, – потупилась я. – Но он сказал – забыли. Развернулся и ушел. А меня это изнутри раздирает...
– Так иди и зажми его в его же комнате, – пожала плечами Ивона. – Зажми и спроси еще раз. Там-то уже не сбежит. Главное, не пасуй, а добейся ответа. Иначе чувство вины так и будет тебя мучить. По себе знаю. Только будь готова стоять на своем, даже если он тебя пошлет.
– Угу, – я утерла лицо, вставая с дивана. – Ты права… сейчас и... пойду.
– Стоять, – поймала меня Ивона. – Лицо хоть умой. И иди в своей
