Симорен попыталась вообразить себе турецкий кофе такой крепости, что может ободрать нёбо даже дракону, и не сумела.
— Я рассказала Роксиму о колдуне, которого мы с Элианорой встретили, — продолжала она. — А Роксим велел изложить все Вораугу, потому что тот ищет отравителя. Но...
— Но когда вы застали Анторелла, собирающего «драконью погибель», он намекнул, что послан Вораугом. Так? — перебила принцессу Казюль. — Если Ворауг сговорился с колдунами... — Она надолго закашлялась. Симорен с тревогой глядела на драконшу, но та справилась с кашлем и закончила: — Мне это не нравится.
— И мне тоже, — согласилась Симорен. — Но что же делать?
Казюль насупилась. Несколько минут они провели в молчании и тишине. Потом Казюль проговорила:
— Мы ничего не сможем сделать, пока не будет избран новый король. Роксим сказал, когда начнутся Испытания?
— Завтра, — сообщила Симорен.
— Завтра! — Казюль вскочила на ноги. — Почему ты сразу не сказала? Если мне завтра нужно быть на поляне Шепчущих Змей, то уже сейчас...
— Не смей подниматься! — прикрикнула на нее Симорен. Казюль удивленно посмотрела на принцессу, но тут же снова зашлась в приступе кашля. Симорен подождала, пока драконша справится с кашлем, и строго сказала: — Ты еще слишком слаба, чтобы пытаться волочить на себе Камень. Я сильно удивлюсь, если ты просто-напросто долетишь дотуда. Увы, на этот раз тебе придется отказаться от Испытаний.
Казюль вся затряслась. Симорен с тревогой посмотрела на драконшу, но тут же поняла, что та сотрясается от беззвучного смеха.
— Ты ничего не понимаешь, принцесса, — проговорила Казюль, успокоившись. — Все взрослые драконы Утренних Гор обязаны явиться на Испытание во что бы то ни стало.
— Но...
— Никаких «но» и никаких извинений не принимается, — резко оборвала ее Казюль. — Ни-ка-ких! — повторила она. — Мне еще многое нужно успеть сделать до завтрашнего утра, и если ты...
— Если надо что-то сделать, я готова, — поспешила заверить драконшу Симорен. — А ты отдыхай, набирайся сил, чтобы завтра хотя бы долететь до поляны Шепчущих Змей.
— Благоразумно, — согласилась Казюль, снова устраиваясь на подстилке. — Итак, первое — нужен коронационный подарок новому королю. На полке во второй кладовой пещере лежит шлем, усыпанный драгоценными камнями. Думаю, эта штука подойдет. Найди и принеси.
Весь остаток вечера Симорен, не присаживаясь, выполняла поручения драконши. Один выбор коронационного подарка порядком вымотал принцессу. Казюль с ходу отвергла шлем, потом оттолкнула две принесенные ей короны и остановилась наконец на скипетре, сделанном из золота и хрусталя. Кроме того, пришлось писать бесчисленное множество весточек и рассылать их драконам, отвечающим за приготовление к Испытанию. Одного оповещать о плохом самочувствии Казюль, чтобы приняли это в расчет, устанавливая порядок и очередность Испытания. Другому надо было сообщить, что Казюль по причине нездоровья не сможет присоединиться к коронационной процессии. Третьего просила найти заместителей, чтобы они исполняли различные церемониальные обязанности Казюль. Затем имена заместителей необходимо было утвердить у мрачного, угрюмого дракона, который отвечал за церемонию. И наконец, всех заместителей требовалось внести в списки драконов, которые руководили Испытанием. Вся эта суета напомнила Симорен дворцовые порядки в доме ее родителей, короля и королевы Линдер-за-Стеной.
К тому времени, когда были сделаны последние приготовления и последние записки и весточки отнесены адресатам, Симорен совершенно выбилась из сил. Впрочем, она была довольна, что не позволила заниматься всем этим драконше. Казюль, проспавшая большую часть вечера, выглядела немного посвежевшей, и даже при тусклом свете керосиновой лампы Симорен могла заметить, что чешуйки драконши позеленели. Усталая, но довольная, принцесса ввалилась в свою пещерку и рухнула на кровать.
На следующее утро Симорен встала пораньше, сбила на завтрак Казюль дюжину страусиных яиц в большой железной кастрюле. Драконша съела все, выползла из пещеры и стала готовиться к отлету на поляну Шепчущих Змей.
— Не волнуйся, принцесса, — сказала драконша. — Испытание не начнется раньше десяти. У меня полно времени, чтобы добраться туда, даже если я буду часто останавливаться и присаживаться отдохнуть. — Голос ее звучал гораздо лучше, чем вчера, и казалось, горло прочистилось окончательно. — Почему бы тебе в мое отсутствие не навестить принцессу Ворауга? Разузнай, не обнаружила ли она что-нибудь странное за эти дни. Нам надо многое узнать, прежде чем удастся поговорить о Ворауге и колдунах с новым королем.
— Хорошо, — пообещала Симорен, — вот только вымою посуду.
Казюль развернулась и подпрыгнула, перепончатые крылья взбили облако пыли, и драконша тяжело оторвалась от земли.
— Удачи! — прокричала ей вслед Симорен.
Драконша взмыла в небо и исчезла из виду за вершиной соседней горы. Симорен еще долго стояла и смотрела вслед улетевшей Казюль. Тревога сквозила в ее взгляде. Наконец она тряхнула волосами и пошла обратно в пещеру. У нее оставалось еще немало работы.
Мытье мисок не заняло много времени, и как только Симорен закончила уборку, она отправилась в гости к Элианоре. Тоннели и коридоры были пустынны и тихи, и шаги Симорен отдавались в темноте гулким и пугающим эхом. Она уже начала жалеть, что поспешила и не пошла кружной дорогой по поверхности, где чистое небо над головой, светит солнышко и пахнет утренней свежестью влажная трава. Каким же безжизненным и страшным становится город драконов, когда его обитатели исчезают!
— Тс-сс! Симоре-ен! — услышала принцесса чей-то шепот.
Она подпрыгнула от неожиданности. Но тут же опомнилась и кинулась в ту сторону, откуда донесся голос, занеся лампу, словно дубинку, над головой. Из соседнего тоннеля навстречу ей вышла Элианора. Подружка держала большое ведро с пузырящейся мыльной пеной. В свете лампы Симорен увидела, что Элианора смертельно бледна.
— Элианора! — воскликнула она, опуская лампу. — Что ты здесь делаешь?
— Тс-с-с! — приложила палец к губам Элианора и нервно оглянулась назад через плечо. — Ворауг приказал мне отскоблить и помыть стол в банкетной пещере, пока никого нет. И... я услышала, что там кто-то ходит! Но ведь все, кроме нас, ушли! Я уронила лампу и...
— Ой -ой-ой! — схватилась за голову Симорен. — Каменный принц! Я совсем забыла о нем!
— Кто-кто?
— Каменный принц. — Симорен наскоро объяснила Элианоре, как вчера встретила принца и спрятала его в кладовке рядом с банкетной пещерой. — И я даже не вспомнила о нем до сих пор! Впрочем, сейчас самое подходящее время вывести его отсюда, — сообразила Симорен. — Все драконы ушли, и никто нас не увидит. Пошли, пока я опять не забыла.
Элианора недоверчиво покосилась на Симорен, но последовала за нею в банкетную пещеру. Симорен вошла первой, высоко подняв лампу.
— Принц! — позвала она. — Ты здесь? Это я, Симорен!
— Да, я тут, — кряхтя распрямился принц, изображавший каменную груду в углу пещеры. — Наконец ты вернулась. Но кого это ты привела с собой?
— Принцессу Элианору из герцогства Тур-на-Болоте, — успокоила принца Симорен. — Сейчас она принцесса дракона Ворауга.
— Ее отцу не требуется какая-нибудь Великая Услуга? — с надеждой спросил принц.
— Не знаю, — пожала плечами Симорен. — Разве что ты здорово можешь отваживать тетушек. Но это скорее услуга Элианоре, чем ее отцу.
— Счастлив служить! — проговорил принц, с восхищением глядя на Элианору и пытаясь склонить голову на неподвижной каменной шее. — Добрый день, принцесса! Или уже добрый вечер? Трудно сообразить, когда нет ни одного окошка.
Элианора вспыхнула, потупилась и попыталась спрятать за спину ведро мыльной пены.
— Сейчас действительно утро. И надеюсь, доброе, — сказала Симорен. — Извини, что так долго не приходила. Но... ну, слишком многое произошло за это время.
Элианора подняла глаза на принца.
— Ты сидел здесь в темноте всю ночь? — Она задрожала. — Могла бы, Симорен, по крайней мере оставить ему свечку.
— Спасибо за сочувствие, принцесса, — ответил каменный принц, — но как хорошо, что она этого не сделала! Сиди я тут при свече, они тут же заметили бы меня. Тем более что в такой тьме мало пользы от маленькой свечки.
— Что ты говоришь? — насторожилась Симорен. — Кто мог заметить тебя?
— Дракон и двое неизвестных, — сказал принц. — Думаю, это были колдуны. Они тихо беседовали.
— Что-о? — в один голос вскричали Симорен и Элианора.
— Ну, я по разговору понял, что они колдуны, — ответил принц. — Но... но посохов у них не было!
— Как они выглядели? — спросила Симорен.
— Оба высокие и бородатые. У старшего борода была седая, а у младшего — коричневая.
— Земенар и Анторелл! — догадалась Симорен. — И они разговаривали с драконом?
Каменный принц кивнул.
