Жанной? – промямлила Лена и жалобно покосилась на подружку Кобзева.
– Э, нет, меня в это не втягивайте! – Каренина, которая даже в домашних спортивных штанах смотрелась лучше, чем Лена в вечернем наряде, одернула на Фетисовой комбинезон и удовлетворенно оглядела плоды своих трудов. – Значит, так. Не мять, не пачкать… Да, и лучше вообще ничего не ешь, а то мало ли.
– А в туалет как ходить? – Лена еще ни разу не носила ничего подобного, и от этого становилось еще волнительнее.
– Так я ж говорю: ничего не ешь! – отрезала Жанна, но, увидев лицо Никиты, который всем своим видом призывал проявить хоть какое-то сочувствие к Фетисовой, смягчилась: – Ладно, в крайнем случае – снимешь целиком. Но осторожно, полы в туалетах грязные, а на черном видна каждая пылинка.
Лена бы всплакнула, если бы не контактные линзы. Конечно, следовало отдать Жанне должное: новая девушка Никиты постаралась на славу. Ей бы в стилисты, и от клиентов отбоя бы не было. Что уж греха таить, Фетисова и сама бы рассталась с накоплениями на черный день, знай она, что способна походить на трофейную женушку олигарха.
Потратив на Лену два часа, полкило косметики и, судя по всему, нешуточную дозу магии, иначе объяснить градус преображения было невозможно, Жанна умудрилась-таки превратить Муху в Бабочку. Практически в ночную. Черный комбинезон выгодно очерчивал даже те округлости, о наличии которых Лена не подозревала. Открытое плечо дразнило воображение, туфли на высоком каблуке подняли саму Фетисову на десять сантиметров, а уж ее самооценку и вовсе до невиданных высот. В таком виде Лена бы с радостью заявилась на встречу выпускников. Тогда бы ей точно никто не сказал извечное «Ты совсем не изменилась». Скорее, бывшие одноклассники узнали бы ее не сразу и еще долго терялись в догадках: кто же та роскошная длинноногая дама с копной чудных локонов?
Ах да. Волосы. Как Жанна сумела при помощи плойки, фена и нескольких баллончиков с загадочными надписями превратить селедкин хвост в готовую рекламу парикмахерской, у Лены в голове не укладывалось. Она и раньше наведывалась в салоны красоты, скажем, перед свадьбой родственников или вручением дипломов, но те унылые вавилоны в подметки не годились теперешней шевелюре. Из зеркала на Лену смотрела прекрасная незнакомка, и лишь загнанный взгляд и красные пятна на шее выдавали в ухоженной девушке прежнюю испуганную девчонку.
План Кобзева звучал столь же гладко, как выглядела после умелого макияжа кожа Фетисовой. Покопавшись в соцсетях, Никита выяснил, что Русаков, тот бородач из «Goomble», которому Вайц собирался продать «Влюбителя», в субботу вечером идет на митап «Инфлюенсеры в блогосфере: конец эпохи или перспективный тренд?» Закрытое мероприятие показалось Лене неприступной крепостью, но Никита припрятал в рукаве таран. Он умудрился провести мини-расследование и узнал, у кого из приглашенных нет фотографии в интернете, а потом связался с ними от имени организаторов и наплел с три короба про вспышку инфекции у главных спикеров. Теперь Лене и Никите предстояло явиться на митап под чужими именами, найти там Русакова и как бы невзначай дать ему понять: «Влюбитель» – новый флагманский проект «SeeU», и в разработке он уже полгода. А что бывает с людьми, посягнувшими на чужую интеллектуальную собственность – тема для отдельного митапа.
– Еще мы можем сказать ему, – фонтанировал Никита, пряча за шиворот этикетку дорогущего костюма, который должен был вернуться на вешалку в магазин сразу после мероприятия, – что руководству «SeeU» стало известно про утечку. Отдел внутренних расследований уже ведет работу… Скажем, при поддержке людей из СК или прокуратуры… Не знаю, это детали. Короче, что причастных вот-вот поймают за одно место, и скандал будет знатный…
– А ничего, что у нас нет отдела внутренних расследований? – перебила Лена. – И вообще, это тебе не Штаты, здесь прокуратура такими вещами не занимается…
– Ты что, в покер ни разу не играла? Блеф – лучшее изобретение человечества! Говорю тебе, у Русакова начнет знатно подгорать шапка! И последнее, о чем он подумает, это есть у нас отдел расследований или нет. Как минимум – он тут же откажет Вайцу, чтобы не подставляться. Как максимум – еще и стуканет на него, чтобы себя обелить. А мы… – Кобзев похлопал себя по нагрудному карману. – Мы будем тут как тут и запишем все показания.
– По-моему, гениально, – восторженно выдохнула Жанна и повисла у Никиты на шее.
Как у него при этом не треснула физиономия от самодовольства, осталось для Лены загадкой. Парочка принялась лобызаться с таким рвением, будто Кобзев собирался на фронт, а не на какой-то митап, и Лена, не в силах наблюдать за остервенелым слюнообменом и слушать смачное чавканье, закатила глаза и ретировалась в коридор.
С одной стороны, она радовалась за друга: с тех пор как Жанна попала под влияние «Влюбителя», на Кобзева было любо-дорого смотреть. Парень расцвел, воспрял духом, даже мужественнее стал, что ли. Он вылез наконец-то из бессменной толстовки, которой побрезговали бы даже бомжи, в особенности московские, перестал ворчать по поводу и без, а еще вспомнил про существование бритвы. К тому же львиная доля болтовни теперь доставалась Жанне, а Ленины уши получили заслуженный отдых.
С другой стороны, Никиту словно сняли с предохранителя. Фетисову мучили странные подозрения, что вся его внезапная активность направлена вовсе не на восстановление справедливости. В каждом слове и каждом действии Кобзева Лене мерещились брачные игры. Он слишком увлекся ролью благородного афериста еще и потому, что это вызывало у Жанночки восхищение. Никита беззастенчиво тряс павлиньим хвостом, вписал и себя и Лену в какую-то киношную авантюру, а попадаться на обмане из-за чьих-то любовных побед было бы обидно вдвойне. Лена сама до конца не понимала, почему ее так задевает поведение друга, и все же раздражение побороть не могла.
Когда Никита изучил всю полость Жанниного рта и вспомнил о своем макиавеллиевском плане, Лена уже стояла у входной двери полностью одетая. Не то чтобы ей не терпелось сходить на митап в качестве Зинаиды Розеншмидт, кем бы эта милейшая женщина ни была, но нервное ожидание слишком изматывало. Лена предпочитала жить под девизом «Чем меньше тебе что-то нравится, тем быстрее надо с этим покончить». И, вылезая из такси около бывшего фабричного здания, ныне превращенного в модный лофт, она втайне надеялась, что Никита заговорит зубы бородачу из «Goomble» еще до начала официальной части, и можно
