начались выступления, вы угостите меня чашечкой кофе?
Господи, и как Жанне удается быть неотразимой? Из-за игры в догонялки сбился весь настрой. Откуда вообще женщины узнают о тонкостях флирта? И если в школе был какой-то специальный факультатив на тему «Как превратить парня в дрессированную собачку одним взглядом», то почему Лене про это никто не сообщил?
Она вложила в натянутую улыбку все свои скудные познания об обольщении, но, судя по прохладной реакции Русакова, даже макияж Карениной оказался бессилен. Да и чему тут удивляться? Еще минуту назад Лена запугивала человека уголовным преследованием, так что теперь, сдери она с себя комбинезон и потряси обнаженной грудью прямо перед его бородой, как какая-нибудь бразильская танцовщица, он бы и то не проявил заинтересованности.
– Это лишнее. – Русаков сверился с наручными часами. – Если у вас есть вопросы, задавайте их быстрее.
– Так вот… – Она перевела дух и встала так, чтобы ее не было видно из зала. – Ходит слух, что один из наших сотрудников… – Лена украдкой скрестила пальцы за спиной, – …хочет продать приложение конкурентам. Вы ведь знакомы с Дмитрием Вайцем?
– Знаком. – Русаков прищурился. – Я что-то не пойму, вы пытаетесь обвинить меня?
– Нет, что вы… Просто… Если вы могли что-то слышать…
– Знаете, я пришел сюда не сплетничать! – Русаков даже не пытался скрыть раздражение. – Всего доброго.
– У нас есть доказательства! – выпалила Лена.
– Что?
Времени для маневров у Фетисовой не осталось. Она могла либо сдаться и отступить, либо идти ва-банк. Пришлось выбрать второе.
– Я все знаю, – произнесла она с тихой угрозой. – Про вас и Вайца.
– Бред какой, – хмыкнул Русаков, но в его голосе уже не было прежней уверенности, и Лена сочла, что пошла по верному пути.
– Правда? А вот у меня другие данные. – Она приблизилась к бородачу вплотную. – Мы давно следим за Вайцем. Знаем о каждом его шаге. Знаем, где он ужинает с друзьями… вроде вас…
– Вы что! – Русаков нервно сглотнул. – Хотите сказать… Что он пытался нам продать приложение незаконно?
– А у вас не вызвало подозрений, что на переговоры пришел не Томский?
– Вообще-то нет… – Бородач пожал плечами. Теперь он казался Лене смущенным и растерянным. – Наш босс никогда не ходит на встречи такого уровня.
– Но ведь покупку «Романтики» вы обсуждали с Томским напрямую!
– Так то был целый сервис на полтора с лишним миллиона пользователей! А здесь… Какое-то приложение… – В тоне Русакова отчетливо прозвучало пренебрежение, и это почему-то задело Лену еще сильнее, чем сам факт продажи «Влюбителя» у нее за спиной.
– Что значит «какое-то»?! – вспылила она. – Это… это наш флагманский проект!
– Да ладно, мы же оба с вами взрослые люди. – Русаков, видно, отошел от первого шока и теперь снисходительно ухмылялся. – У вас не получится раздуть из мухи слона. Да, допустим, Вайц мне предлагал ваш… продукт. Но ни на какой ущерб в миллионы долларов эта история не тянет. Я не слепой и не идиот, и приложение это… яйца выеденного не стоит.
Лена машинально отступила и разинула рот, как ребенок, забыв о приличиях и о том, что ей положено быть неотразимой. Это «Влюбитель»-то яйца выеденного не стоит? Да в Кремниевой долине за такое не то что миллионы, а миллиарды долларов бы отвалили! И Русаков либо бесстыже врет, либо он и вправду слепой идиот, каких свет не видывал.
– Вы… вы… – бормотала Лена, не представляя, как в этой ситуации обойтись одной лишь цензурной лексикой. – Вы не правы! И потом, если наше приложение уж такое плохое, зачем вам его покупать?
– Так я и не собираюсь его покупать! – отрезал Русаков. – Хреновый вы отдел расследований, если этого не знаете!
– Но… постойте, как же…
– А вот так! Вам не удастся сплавить мне программный шлак под видом курицы, несущей золотые яйца! Именно это, слово в слово, я и сказал Вайцу. И могу повторить Томскому, глядя в глаза. О, вон, кстати, и он! – И бородач помахал кому-то у Лены за спиной. – И заодно пусть еще раз подумает, – добавил он, понизив голос, – стоит ли вообще давать зарплату шарлатанам вроде вас.
И не успела Лена обернуться, чтобы самолично увидеть своего палача, как Русаков отодвинул ее в сторону и протянул руку:
– Ян!
Короткое слово завибрировало в ушах, будто кто-то ударил в погребальный колокол. И сегодня этот колокол звонил по ней, Лене.
Глава 10
Человечество уже давно научилось измерять время. Казалось бы, что такое жалкая секунда, если средняя продолжительность жизни – лет семьдесят, то есть больше двух миллиардов этих самых секунд? Так, пустяки. Зевнуть или высморкаться. Но для Лены этот крошечный миг длился больше, чем многие дни до и после него.
Столько всего она успела испытать, едва встретившись взглядом с Томским! И страх, что Ян станет презирать ее за вранье и закроет перед ней все двери в мир IT, и малодушие, может, сбежать, пока Русаков не раскрыл рот, и даже радость. Да-да, что бы ни происходило вокруг, за одну лишь возможность смотреть в чудные светлые глаза Яна Лена была уже благодарна Вселенной. И то, что сейчас Томский узнал ее не сразу, а когда узнал, зрачки его сузились, выдавая мужской интерес, только подпитывало эту хмельную, приправленную адреналином радость.
– Лена? – пожав Русакову руку, Томский повернулся к Фетисовой. – А что вы здесь делаете?
Она вложила пальцы в его ладонь, и в груди сладко заныло, а по руке вверх будто побежали разряды тока. Лена думала, что это будет всего лишь дежурное рукопожатие, но Томский, не сводя с нее глаз, поднес ее руку к губам и поцеловал.
Фетисова разомлела. Ее словно швырнуло через портал в другую реальность, в старинную залу с натертыми до блеска полами и множеством свечей. Зазвучали откуда-то скрипки, приглашая к вальсу…
– Вот об этом я и хотел с вами поговорить, – встрял бородач из «Goomble», одним махом разрушив воздушные замки. – Нет, я, конечно, все понимаю. Внутренние расследования – ваше личное дело. Но спускать на меня, простите, собак с бредовыми обвинениями…
