Пользуясь случаем, я поспешила затеряться в толпе. Преодолев зал, оказалась возле запасной стеклянной двери, ведущей во внутренний дворик, где располагалась летняя площадка. Сейчас она была пустой и словно зазывала уединиться, обещая спрятать от всей этой суеты.
Оглянулась и, не найдя взглядом Влада, выпорхнула за дверь. Прохладный воздух мгновенно прояснил разум, и даже притупил головную боль. Неспеша побрела к одной из беседок, откуда открывался вид на искусственный водоем со светящимся фонтаном. То, что нужно.
Оперлась локтями о деревянный парапет и расслабленно посмотрела вдаль, наблюдая за разноцветными брызгами и слушая шум воды. В вип-зал возвращаться не хотелось, как, впрочем, и думать о реакции Влада на мой уход.
В конце концов, я не подписывалась быть его рабыней и слушаться во всем. Кажется, нет… Вспоминая брачный контракт, я уже ни в чем не могла быть уверена на сто процентов…
— Страшнее нет одиночества, чем одиночество — в толпе, — послышался за спиной бархатный мужской голос.
— Когда безумно всем хохочется, но плакать хочется — тебе, — машинально продолжила я строки русского поэта, медленно поворачиваясь на звук…
* * *
В сумерках было сложно разобрать черты незнакомца, да и неудобно проявлять к нему излишнее внимание. Так что мне оставалось только слушать.
— И красива, и умна. Вы точно настоящая? — обволакивающе протянул он, заставив меня насторожиться. — Простите, я веду себя невежественно. Меня зовут Дима, — протянул мне руку. — А вас?
— Мари, — помедлив, все же вложила свою ладонь в его.
Мужчина наклонился и галантно поцеловал мою кисть, совсем слегка касаясь сухими губами. Но не спешил отпускать, поэтому мне пришлось высвободиться самой.
— Прекрасное имя. Мари, мы можем перейти на «ты»? Когда мне выкают, чувствую себя древним стариком, — рассмеялся он, легко и искренне, вызывая у меня ответную улыбку.
— Хорошо, — тихо согласилась я, понимая, что просто так мой случайный знакомый уже не останет.
Действительно ли мне хотелось, чтобы он ушел? Или я пыталась найти в нем отдушину? Отвлечься хоть на минутку от своей роли невесты…
— Тебе здесь нравится, Мари? Лично я питаю слабость к итальянским ресторанам, — заявил Дима, удивляя меня этим.
— Да, здесь… мило, — осторожно ответила я, не желая выдавать истинных эмоций. — А ты — один из гостей Углицких?
— К сожалению, — кивнул головой угрюмо. — Иногда приходится делать то, чего совсем не хочется. Тебе знакомо это чувство, Мари?
Меня не покидало острое ощущение, будто Дима прощупывает меня, пытаясь что-то выяснить. Или я от Влада заразилась манией преследования?
— Нет, я не понимаю, о чем ты, — солгала я, подсознательно возводя между нами стену.
— Помолвка — это всегда радость, — я лукавила, ожидая его ответа.
— Не всегда, — задумчиво шепнул Дима. — Такая поспешность Углицких настораживает…
— Может, это любовь? Или судьба? — хмыкнула я.
— Веришь, что все в нашей жизни предначертано свыше? — мгновенно зацепился за новую тему для беседы.
Кажется, Дима просто не хотел меня отпускать, бросая крючок за крючком. Только зачем ему ловить такую рыбу, как я?
— Не все, но ключевые моменты — определенно! От судьбы не сбежать, как ни пытайся, — расслабилась я, явно говоря лишнее. — Поэтому и в предсказания тоже верю, ведь вполне возможно — угадывать ход предначертанных событий, — на этих словах осеклась, поймав внимательный взгляд собеседника.
— Да ты фаталистка, — усмехнулся он, а я пожала плечами. — Однако я скорее поверю в то, что наша с тобой встреча — это судьба, чем в любовь Углицкого к кому бы то ни было. Только холодный расчет. Я слишком хорошо знаю своего кузена.
— И слишком неосторожен в своих высказываниях в адрес родственника, — укорила его.
— Да, ты права. Просто такое чувство, что знаком с тобой всю жизнь и могу доверять, — на его фразе я смущенно опустила глаза. — Но не будем больше об Углицких, осуждать их — это действительно не по-родственному, — улыбнулся Дима и после паузы продолжил. — А ты кем им приходишься?
— Невестой! — прогремел голос, который я никогда не перепутаю ни с чьим другим.
Глава 4
Из темноты зловеще появился Влад. В пару шагов оказался рядом со мной и по-хозяйски обнял, притягивая к себе. Не хватало разве что ярлык на меня прицепить с надписью «собственность Углицкого». Хотя и так его поведение буквально кричало об этом.
Дима проследил за действиями Влада и нахмурился, задержавшись взглядом на его руке, сжимающей мою талию.
— Добрый вечер, Дмитрий. Мы тебя заждались, — без малейшего намека на искренность процедил Углицкий.
Мне почудилось, что от его злости даже воздух вокруг наэлектризовался. Того и гляди, небеса разверзнутся и шарахнет молния.
— Добрый. Поздравляю, если это уместно… — грубо бросил Дима, даже не пытаясь лицемерить или сглаживать углы, что, стоит заметить, импонировало. — И прошу прощения, — эта фраза была обращена четко ко мне, и я лишь слабо качнула головой в ответ.
Кузен еще раз обвел меня взглядом, гневно посмотрел на Углицкого, а потом резко развернулся и быстрыми, уверенными шагами направился в зал.
Затаила дыхание, не решаясь поднять глаза на Влада. Предсказать, как он поведет себя сейчас, было невозможно. Нервно кашлянула и попыталась отстраниться от разъяренного тигра.
— О чем вы говорили? — сурово спросил Углицкий, обхватывая меня за плечи и рывком разворачивая к себе лицом.
Окунулась в черную, опасную бездну его глаз и зажмурилась от страха. Не могла с собой ничего сделать — просто дрожала в мужских руках, способных сломать меня в два счета. И не столько физически, как морально…
Заметив мою реакцию, Влад незамедлительно отпустил меня и, сделав пару шагов назад, повернулся спиной, спрятав руки в карманы. Похоже, так жених пытался справиться со своим гневом, но я не до конца понимала, чем он был вызван. Мы же не сделали с Димой ничего предосудительного!
— Неужели так сложно было поступить так, как я сказал? — некоторое время спустя надменно произнес Влад в темноту.
— Я тебе не комнатная собачонка, чтоб команды выполнять! — вспыхнула я, хотя разум неистово призывал остановиться. — Неужели так сложно объяснить, что происходит? Если со мной говорить, а не приказы бросать, толку будет больше, — окончательно осмелившись, обошла Влада так, что мы опять оказались лицом к лицу. — Кто этот Дима? Кого еще я должна опасаться? — забрасывала его вопросами, но он лишь напряженно смотрел на меня. — Составь мне список! Только первым номером занеси в него себя, — ткнула его пальцем в грудь.
Не получив ровным счетом никакой ответной реакции, шумно фыркнула и, развернувшись, собралась вернуться в вип-зал, но от резкого движения голову прострелило острой болью. Покачнулась, прижав пальцы к вискам. Странно, никогда раньше я не страдала мигренью… С этим Углицким никаких нервов не хватит!
Влад молниеносно оказался рядом, придержал меня за талию и осторожно провел к одному из плетеных кресел, помогая расположиться в нем. А сам присел на корточки напротив, не сводя с меня напряженного взгляда. При этом аккуратно обхватил мои кисти, сложенные на коленях, своими широкими ладонями.
— Тебе плохо? Голова болит? — участливо спросил он, удивляя меня таким неожиданным отношением. — Перенервничала?
— Думаешь? С чего бы мне нервничать, у меня же все прекрасно! — съязвила я, тщетко пытаясь придать невозмутимости своему дрожащему голосу. И поспешно вытащила свои руки из бережной хватки Влада.
— Марина, я пытаюсь помочь, — строже сказал Углицкий.
— Да, наверно, это нервы, — послушно согласилась. — Я очень устала сегодня, вот и голова разболелась. Все оказалось сложнее, чем я ожидала, — с досадой закусила губу.
— Хорошо, — поднялся Влад и протянул мне ладонь. — Давай отвезу тебя домой.
Ошеломленно уставилась на него, пытаясь найти подвох в таком поступке. Наверно, жених понял, что сегодня я уже не боец — и только все испорчу. Ну и замечательно!
