— Куда это вы? Нельзя сейчас покидать праздник! — прогромыхал откуда-то сбоку противный рев Петра Петровича, и я обреченно закатила глаза, что не укрылось от его внимания. — Понятно… Да она манипулирует тобой, Влад, специально хочет все испортить!
Углицкий молча подошел к своему дяде и что-то тихо ему проговорил. Даже в темноте я заметила, как искажается лицо Петра Петровича.
— Будь по-твоему, — рыкнул дядя, стрельнул в меня яростным взглядом и ушел прочь.
Размеренным шагом Влад вернулся ко мне и, взяв за локоть, увлек за собой к выходу. Благо, из внутреннего дворика «на волю» вели отдельные ворота, которыми мы и воспользовались.
Подумать только, мы сбегали с собственной помолвки! Но я порадовалась, что не придется идти мимо любопытных родственников и что-то им объяснять.
— Уверен? — с легким налетом вины спросила Углицкого, и ему не потребовалось уточнений.
— Да. Ты едешь домой, — в привычном командном тоне отчеканил жених. — А потом я здесь сам разберусь, объяснюсь со всеми. Хватит с тебя на сегодня, отдыхай, — продолжил он чуть мягче. — И да, ты права, нам с тобой нужно будет обсудить некоторые… моменты.
Когда мы наконец скрылись в салоне автомобиля, Влад вдруг бесстрастно сообщил:
— Тот, с кем ты ворковала в беседке, — это Дмитрий Щукин, мой кузен и следующий после меня претендент на наследство. Он опасен для нас обоих…
Глава 5
Несколько дней спустя
Мари
Душно, абсолютно нечем дышать… Жар разливается по всему телу, забирая меня в свой плен, стремясь сжечь дотла. Что происходит?
Пытаюсь сделать вдох, но в нос проникает запах гари, сводит горло и парализует легкие. Хочу откашляться, но я не в силах этого сделать.
С трудом разлепляю глаза, ощущая противное жжение, и не могу ничего рассмотреть вокруг. Часто моргаю, стараясь восстановить зрение. И сквозь непонятную дымку с ужасом вижу, как ко мне тянутся языки пламени.
Хочу встать и убежать, но тело не слушается меня. И тогда я решаю закричать. Открываю рот, но не издаю ни звука. Чувствую, как слезы безысходности катятся по моим щекам, и…
Просыпаюсь…
В горячих мужских объятиях, уткнувшись лицом в обнаженный торс и вдыхая горьковатый запах. Отстраняюсь, упираясь ладонями в мускулистую грудь, покрытую шрамами, что рытвинами проходят по всему телу, не оставляя живого места. Сильно зажмуриваюсь, чтобы не видеть этого кошмара, и убираю руки, но все еще остаюсь заключенной в цепких лапах зверя.
— Отпусти, — прошу так жалко, что сама себе противна.
Но хватка становится жестче. Впервые мне больно в его руках, впервые так безумно страшно. Хочу вырваться, но не могу даже пошевелиться. Словно в капкане, который сдавливает и впивается острыми зубцами в тело.
Мужчина толкает меня, бросая на спину, вдавливает в кровать и нависает сверху. Прижимает собой, и я задыхаюсь под ним, медленно и мучительно. Чувствую грубые руки на своем теле, они рвут мою одежду в клочья и вот-вот доберутся до кожи, раздирая ее на куски, а следом и душу…
Поэтому я кричу, неистово, громко и на этот раз по-настоящему…
С воплями подскакиваю на своей кровати. Кручу головой по сторонам, чтобы осмотреться, и выдыхаю, потому что оказываюсь в своей комнате. Одна.
Судорожно обхватываю руками плечи. Все тело покрыто испариной, но при этом я трясусь от холода. Быстро тру кожу ладонями, но не могу согреться.
Внезапно осознаю, что запах гари никуда не исчез. Все же он реален?
Страх опять заполоняет мой разум. Подскакиваю, босыми ногами касаясь прохладного пола, и прямо в пижамных шортах и майке выбегаю из комнаты в поисках источника вони. Нюх приводит меня на кухню, которая заполнена едким дымом. Кашляю и открываю окна, чтобы впустить свежий воздух и разогнать удушающий смог.
Прикрыв нос и рот рукой, ищу причину всего этого безобразия — и нахожу ее в кастрюле, что стоит на включенной плите. Наконец-то чувствую облегчение, ведь все могло оказаться куда хуже…
Да уж. Судя по всему, как только вода в кастрюле выкипела, картошка перестала вариться и благополучно начала жариться… Элементарно, Ватсон, дело раскрыто. Так, а где же главный подозреваемый в жестокой расправе над картофелем?
— Батюшки! — услышала испуганный визг за спиной. — Да я же только на пять минут в интернет зашла! — добавила мама, заставив меня полностью расслабиться и захохотать.
Недовольно взглянув на меня, она принялась заметать следы своего «преступления», а мне ничего не оставалось, как помочь ей. Мы управились довольно быстро. Но если у нас получилось вымыть плиту и даже кастрюлю, то с запахом гари дело обстояло сложнее — с ним не справлялся ни сквозняк, ни освежитель воздуха.
Так что когда появился отчим с перекошенным выражением лица, я, сославшись на то, что опаздываю на работу, поспешно ретировалась в свою комнату, а мама, следуя моему примеру, направилась во двор, где у нее вдруг появились неотложные дела.
Из-за утреннего происшествия времени на сборы катастрофически не хватало, поэтому я лишь успела наспех принять душ, при этом стараясь не мочить волосы: быстро просушить такую копну просто невозможно. Оперативно оделась, схватила вещи и выскочила из дома.
Стоило мне выйти за ворота, как я буквально столкнулась лицом к лицу с черноволосой женщиной в годах. Она была одета в ярко-красное пальто, из-под которого выглядывала длинная цветастая юбка. На голове — такой же пестрый платок, а на шее и пальцах — золотые украшения. Женщина внимательно просканировала меня своими карими проницательными глазами и улыбнулась, демонстрируя желтые коронки.
Цыганка, значит? И откуда она здесь?
— Яхонтовая моя, — пропела она, не сводя с меня испытывающего взгляда. — Алексеевы в этом доме живут?
— Н-нет, — не сразу осознав ее вопрос, медленно протянула я. — Вы ошиблись, здесь Судьбины.
Женщина удовлетворенно кивнула, однако уходить не спешила. Наоборот, приблизилась и попыталась взять меня за руку, но я поспешно отпрянула.
— Извините, мне пора, — буркнула ей, направляясь вверх по дороге, хотя мне вовсе не нужно было в ту сторону.
Почему же Михаил опаздывает? Это так на него не похоже, ведь каждое утро он заезжал за мной ровно в назначенное время и так же пунктуально встречал с работы. Водитель Углицкого просто не мог нарушить поставленной ему задачи. Но что же стряслось сегодня?
Внезапно это перестало меня интересовать, потому что моих ушей достиг пугающий голос цыганки.
— Замуж собралась, да только за демона идешь. Черный он, как уголь, снаружи и внутри. Не любит тебя и не пощадит, — угрюмо произнесла она мне в спину, вынуждая вздрогнуть и замереть на месте.
Надо уйти от нее! Немедленно!
Но словно под гипнозом, ведомая любопытством, я наоборот развернулась к странной женщине.
— Вижу, что было и что будет. Хочешь расскажу? — подмигнула мне цыганка и, не дожидаясь ответа, подошла вплотную ко мне. — Помочь тебе хочу.
— Я не… — промямлила я неразборчиво.
— Несчастна ты, красавица, беда черным вороном кружит над тобой, — силком беря мою руку, женщина начала водить пальцем по ладони, очерчивая линии. — Но рядом с демоном вижу ангела. Ищи два крыла на коже, — вещала цыганка, будто в трансе, а я не понимала ее. — Только ангел сможет спасти тебя. Свет от него исходит. Если не пропустишь, мимо не пройдешь, то счастлива будешь с ним. И демон не сможет больше зла тебе сделать. Но если…
Договорить ей не дал визг тормозов остановившейся возле нас машины.
Глава 6
Из внедорожника, звучно хлопнув дверью, вышел Влад и стремительно зашагал к нам.
Цыганка отпрянула, но уйти от зверя не успела. Углицкий схватил ее за запястье, но при этом его взгляд был направлен на меня, изучающий и внимательный. Мужчина будто хотел оценить нанесенный мне ущерб.
— Проверь свои вещи. Она что-то украла у тебя? — рыкнул мне повелительно, пока женщина тщетно пыталась вырвать свою руку из стальной хватки.
