старый, а молодой мир? И жизнь в нём только готовится к зарождению? Тогда наши «орехи» представляют собой зиготы, ДНК разных механизмов.
Дарислав озадаченно осмотрел «миндалину».
– Споры в форме технологически законченных изделий?
– Ну да.
– В таком случае придётся объяснять причину реализации такого странного генезиса вмешательством разумной силы. Случайно такие формы не появляются, их надо запрограммировать.
– Наверно, – приуныла Диана.
– Но можно объединить идеи. Скажем, я прав в том, что пустыня была прежде стоянкой, ангаром для техники местных жителей. Потом, когда на паркинг никто не заявился, все машины законсервировали каждая свою спору. Естественно, защитив споры прочной оболочкой. Сами они давно разрушились, а споры остались.
Диана улыбнулась:
– Фантазия у вас, товарищ адмирал, на высоте!
– Годится гипотеза?
– Вполне.
– Тогда давай всё-таки ещё побродим по окрестностям, поищем портал.
– Слушаюсь, товарищ адмирал! – Она шутливо кинула руку ко лбу.
Он выбросил все «орехи», как вскрытые, так и нетронутые, в воды озера, и путешественники снова двинулись в путь, не меняя курса – «на восток».
* * *
Обошли место выхода два десятка раз, удалившись от него на два километра. Вернулись обратно в надежде, что портал сам подаст сигнал либо станет видим. Но пустыня не отозвалась на вызовы людей, на её барханах никто не появился, и путешественники спустя три часа похода навестили озерцо, рассчитывая умыться и отдохнуть.
Костюмы позволяли легко утилизировать продукты жизнедеятельности, но злоупотреблять этим не стоило, имея возможность использовать местные «удобства», поэтому сходили «в кустики», то есть за бархан, стоя спинами друг к другу.
Купались по очереди, сначала Диана, пока Дарислав нёс сторожевую службу на берегу озера, потом он сам, сбросив «кекс» и оставшись в одном термобелье.
Переплыв озеро, понырял с удовольствием и обнаружил на дне, там, куда упали «шестерёнки миндаля», четыре странные стрелочки бледно-жёлтого цвета, похожие на травинки. Самих «миндалин» видно не было, словно они полностью растворились в воде. Трогать «травинки» руками Дарислав не стал, подумав, что их предположение о природе «орехов» близко к действительности. Вполне возможно, «миндалины» реально представляли собой споры, которые в воде вдруг начали прорастать.
Выбравшись на берег, он поделился открытием с женой, улёгшейся на песок, но она не заинтересовалась, подставив лицо светилу и сонно пробормотав:
– Отдохни.
Лежала она практически нагишом, стянув с себя подкостюмное термобельё, и Дариславу понадобилась вся его воля, чтобы не возбудиться, несмотря на их отчаянное положение. Однако терпел он недолго, а Диана не возражала, когда муж начал её целовать, и через полчаса им пришлось купаться снова.
Потом они полежали на тёплом песке, высыхая, оделись, поели что «бог послал», использовав НЗ в ранцах: саморазогревающиеся супчики с фасолью и беконом, рисовую кашу с мёдом и кофе. Чашки, пластиковые тарелочки и обёртки закопали в песке, зная, что они через несколько минут распадутся на молекулы.
– Пошли? – сказал Дарислав.
– Пошли, – кивнула она, не спросив куда.
За то время, пока они купались и отдыхали, светило склонилось к размытому горизонту. Пустыню накрыли длинные тени от барханов, складываясь в необычную решётку исполинских размеров. Подул ветерок, принёсший новые запахи, в которых преобладали ароматы ржавого железа, силиконовой пыли и почему-то сгоревшей бумаги. Пустыня по-прежнему оставалась безлюдным вместилищем песков, на котором ничего не росло, даже колючки саксаула. А портал в Мультиверс, забросивший людей в этот мир, так и не проявился в виде технического устройства. Возможно, он находился где-то рядом, совсем близко, скрытый защитным полем, но путешественники его не видели.
Решив сделать более длинный поход, Дарислав направился к тёмной полосе «на западе», которая могла быть плато или горной грядой. С виду до неё было около двадцати километров, пешком добираться пришлось бы часа четыре, а то и пять, поэтому он избрал антигравы. Не то чтобы они забыли о летунах, когда обходили уголок пустыни до озера, но генераторы требовали расхода энергии, а Дарислав подозревал, что им придётся плутать по пустыне долго, и энергию надо было экономить. Пусть и не до полной потери физических сил. Таким образом «попаданцы в соседнюю Вселенную» добрались до плато всего за десять минут, остановились примерно в полукилометре перед его подножием, которое представляло собой ещё одну стену, реально существующую, высотой около двухсот метров, уходящую в обе стороны до горизонта, и осмотрели её в шлемные оптикофотонные биноктары с пятидесятикратным приближением.
– Тебе не кажется… – неуверенно начала Диана.
– Китайская стена! – фыркнул Дарислав, перебив жену. – Явно искусственное сооружение! Вертикальные блоки слегка иззубрены, но всё равно видно, что они все ровные, как зубы динозавра.
– Как ты думаешь, кого мы встретим?
– Поднимемся повыше и посмотрим, – улыбнулся Дарислав. – Моя интуиция молчит как рыба об лёд.
Они взлетели на высоту стены, потом ещё выше, чтобы разглядеть ландшафт на плато. Открывшаяся панорама поразили обоих.
Никакого плато не было и в помине. Пустыню перегораживала самая настоящая стена толщиной около сотни метров, а за ней до горизонта простиралась холмистая равнина жёлто-зелёного цвета, прорезанная там и сям озерцами воды и протоками, соединявшими их.
– Трава? – неуверенно оценила цвет равнины Диана.
– Похоже, – кивнул он. – Посмотрим.
Они перелетели через стену, опустились на один из холмов, прошлись по вершине, убеждаясь, что холм порос невысокой травой, каждая стрелочка которой заканчивалась знакомой «шестерёнкой». Дарислав сорвал одну травинку высотой около пятнадцати сантиметров, повертел перед глазами.
– Кажется, я догадываюсь, что это такое.
– Поле, засеянное какой-то сельскохозяйственной культурой. Местная гречиха.
– Не гречиха, но смысл тот же. И, судя по масштабу посевов, хозяева этого мира собираются получить неплохой урожай.
– Возможно.
– Но ведь это нонсенс! Кому понадобилось выращивать какие-то гайки и шестерёнки в таком количестве? Не проще ли построить завод и гнать продукцию с помощью автоматики?
– Это по нашей логике, адмирал. А местные жители думают иначе. Вероятно, их цивилизация нетехнологического типа.
– Тем более непонятно, зачем им технические детальки.
– Они ими торгуют.
– Ну разве что.
Диана сорвала пару травинок.
– Обрати внимание, все детальки разного размера и разной формы.
Дарислав нагнулся, посмотрел.
– В таком случае это вовсе не поле «гречихи».
– А что?
– Каприз природы. Просто нам попалась естественная природная аномалия, растения которой имеют форму деталек. Тогда и масштаб поля имеет объяснение: травы на Земле занимают чуть ли не всю её материковую территорию. Здесь то же самое.
Диана спустилась к озерцу.
– Подойди.
Он послушно подошёл к ней, увидел дно озера, усеянное длинными бледно-жёлтыми стеблями.
– Водоросли?
– Как видишь. Только заканчиваются эти стебли не шестерёнками.
Дарислав забрёл в озеро по колено, сорвал стебель, с интересом осмотрел белый бутон на конце водоросли. Больше всего бутон размером с детский кулачок напоминал ладонь
