Итак, нужно ставить серьезные опыты! Надо выяснить, участвует ли в процессе передачи мысли электромагнитное поле...
Со своей стороны могу сказать: для меня почти безразлично, есть ли у меня личный контакт с моим индуктором или нет. То есть для меня малозначителен тот факт, коснется моя рука руки индуктора или нет. Но большинству телепатов гораздо легче «проникнуть» в чужие мысли, когда они держат его за руку. Быть может, этот фактор и поможет ученым в поисках решающего открытия? Ты, Таня, заметь, что мне ведь абсолютно не важно, на каком языке думает индуктор, я же его мысли вижу, как на экране, в образах и действиях.
Ну, а если окажется, что все-таки электромагнитное поле не при чем? Как тогда быть? Да очень просто! Нужно искать то, еще неведомое, поле, которое и «ответственно» за телепатические явления. Найти и изучить его. «Прощупать», «перетряхнуть» все хозяйство матушки-природы и отыскать что-то неизвестное, белое пятно, могущее приоткрыть завесу таинственности в этой проблеме. А овладение этой тайной может открыть новые и совершенно изумительные возможности — не меньше, чем дало открытие электромагнитного поля. Еще раз хочу напомнить, что менее чем за столетие стало возможным радио, телевидение, радиолокация благодаря открытию Генрихом Герцем радиоволн. И бесчисленный ряд иных «чудес».
Так что нет никаких сомнений в том, что новое открытие явится совершенной революцией в науке.
Лично у меня нет даже смутной догадки, какова природа этого поля. Некоторые ученые высказывались предположительно, что это может быть гравитационное поле... Может быть. А может быть и такое, которому в науке нет пока и «имени».
Глава 22
Человеческое мышление
Мы знаем в мировой истории целый ряд выдающихся дипломатов. Ведя переговоры с соперниками или союзниками, они часто поражали своих собеседников чрезвычайной информированностью. Безусловно, иногда или даже в большинстве случаев, эта информированность проистекала от четкой и налаженной системы работы агентурной сети. Но встречались и такие дипломаты, которые действительно обладали даром «читать» мысли своих собеседников. Несомненно, что важным подспорьем для них было глубокое знание человеческой психики вообще. Однако, глубина их знаний выходила за рамки обыденных способностей.
Или давайте взглянем на всем известный, один из древнейших (если не самый древний), общественный институт гадалок. Кому не приходилось слышать о невероятных предсказаниях цыганок или профессиональны гадалок? Тут как? Конечно, людей доверчивых и простоватых впечатляли и такие «диагнозы»:
«На душе у тебя, голубушка, обида...», или: «Тревожно у тебя на сердце, дорогая...»
Совершенно ясно, что сии «познания» носят спекулятивный характер. У кого из нас в этом лучшем из миров нет обиды? Кому не тревожно на душе? Так что оставим такие «откровения» на совести «колдуний».
Но встречались и такие гадалки, что уже с порога заявляли посетительнице: «Ты похоронила свое дитя, голубка, и я могу только утешить тебя...» или: «Вернется, твой муж, вернется... Поиграет маленько с голубоглазой, а к тебе воротится...»
И оказывалось, что именно с этими бедами пришли несчастные женщины в оккультный «офис». Никаким простым совпадением такое объяснить невозможно. Допустим тут тончайший анализ: одежда пришедшего, манера разговаривать, движения, взгляд — вся гамма внешних атрибутов, позволяющая что-то определить. Пускай в облике вошедшей женщины читалось состояние человека, только что потерявшего кого-то из близких. Но как угадывалось, что именно — ребенок? В той же степени горя можно находиться и от смерти других близких. И по какой шкале можно раскладывать человеческие эмоции?
Нет сомнения, что в многочисленном, в общем-то, «клане» всяческих провидцев — хиромантов, звездочетов, цыганских и иных гадалок — встречаются отдельные личности, обладающие даром провидения, хотя, возможно, не все они отчетливо сознают свои возможности. И наверняка не знает никто из них ни природы этих качеств, ни тем более их «технологии». Я припоминаю рассказ Вольфа Григорьевича об одном офицере-пограничнике, работавшем в таможенном отделе.
По роду службы он должен был следить за «чистотой» багажа иностранцев, пересекающих границу: отыскивать подложные документы, контрабандно перевозимые золото, наркотики, драгоценные камни.
Бегло окинув взглядом багаж, он всегда безошибочно находил тайники. Если запрещенные предметы находились у самого их владельца, то он пристально смотрел ему в глаза и говорил:
— Снимите левый сапог... И отвинчивайте каблук...
— ...Двойное дно у саквояжа наружу или внутрь открывается?.. Ах, наружу... Подайте мне, старшина, отверточку...
И когда сослуживцы спрашивали его, как он безошибочно узнает место нахождения контрабанды, офицер отвечал:
— Сам не знаю... Но интуитивно чувствую, где «собака зарыта»...
Мне же думается, что он был наделен телепатическими свойствами. Поиски спрятанных предметов и у Вольфа Григорьевича составляли в большинстве выступлений большую часть программы. С них он, по сути, и начал свою «карьеру» еще в раннем детстве в берлинском цирке...
Да, этот офицер, безусловно, телепат. Но вполне возможно, что он и не подозревает об этом. И если бы он пришел на сеанс «психологических опытов» Мессинга, то хлопал бы ему и удивлялся вместе со всеми...
Я хочу привести несколько газетных и журнальных заметок, сохранившихся в моем архиве. Я так долго их хранила, что теперь это — хрупкие пожелтевшие листочки. Вот отрывок из одной рецензии, сделанной по «типовому проекту», и совсем не важно, кто ее написал и где она была опубликована. Статья называлась: «В мире человеческого мышления».
«...Человек с завязанными глазами, склонившись над шахматной доской, сосредоточенно думает. Затем он уверенно берет фигуру и переставляет на нужную клетку. Еще ход, и мат мнимому сопернику. Следует к тому же добавить, что «победитель» никогда до этого в шахматы не играл. В этом-то все и дело!
Но не торопись, дорогой читатель, делать поспешное заключение! Только ознакомившись с «Психологическими опытами» Вольфа Мессинга — человека, обладающего высокой натренированностью чувств, психолога-анализатора, — сможешь ты увидеть «физическую нереальность».
Правда, один, без посторонней помощи, Вольф Мессинг никогда мат мнимому противнику не поставил бы, не зная тонких приемов шахматного искусства. Ему нужен индуктор, то есть человек, дающий ему мысленные приказания, с которым он находится в непосредственном контакте. Индуктор крепко держит своей рукой кисть Мессинга. Вот он-то и должен играть в шахматы, во всяком случае, на уровне своего действительного соперника. Но во время сеанса он нем как рыба, он может отвернуться от психолога, посмотрев позицию, может мысленно подсказывать ему ход с закрытыми глазами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
