все вместе на веранде — домработница успела приготовить обед; отец и мать радовались, что сын впервые за неделю съел полное первое и даже немного второго. Общее настроение стало постепенно выравниваться.
Вечером Артем с Нетой сидели в своей комнате на креслах у овального журнального столика: он проверял и чистил оружие, она смотрела на него и иногда задавала вопросы. Он понимал, что она волнуется, и успокаивал ее:
— Пойми, для меня это обычная, несложная шаблонная спецоперация. Как усыпим охранника, ты должна появиться на террасе, когда услышишь крик совы, не раньше, подумай об образе, может, что-то всплывет из подсознания, ты должна быть очень убедительна. Действуй строго против его жены.
Она, соглашаясь, кивала, а глаза ее все равно были тревожны. Он встал и поднял ее с кресла на руки, глядя ей в глаза:
— Главное, не паникуй и запомни: ты будущая жена офицера Госбезопасности, а это очень ответственная, но, к сожалению, и довольно рискованная работа.
Держась за его шею, она подтянулась немного и лизнула его губы языком.
— Потерпи немного, я приспособлюсь, и у тебя не будет со мной никаких проблем, — уже спокойней произнесла она.
[1] Почему английский? Все сейчас взялись за немецкий, ввиду надвигающейся угрозы.
[2] Видите ли, в том мире, где я живу, СССР доминирует, но английский язык остался языком международных отношений, мы не захотели здесь ничего менять.
ЧАСТЬ VII
Словно помогая офицерам, задумавшим сложную и опасную операцию, погода испортилась к ночи до крайности: хлестал проливной дождь, и началась сильная гроза; молнии сверкали с такой силой, что на мгновение ослепляли людей, треск от громовых раскатов пугал и подавлял психику. Игорь Витальевич давал последние наставления переодетому шоферу, удивленно смотревшему на загримированных людей, стоящих рядом: «Федя, поступаешь в полное распоряжение товарища майора. Довезешь его с фельдшером до дачи старшего майора Гришаева и жди их там, машину постарайся замаскировать».
За полчаса до полуночи три человека вышли из здания дачи и быстро забрались в легковушку, стоящую у калитки штакетника, запустился двигатель, и машина тронулась по подсыпанной мелким гравием дороге. Встречных машин не было, и водитель довольно быстро домчался до одиноко стоящей на окраине леса другой дачи, огороженной небольшим забором. Предусмотрительно выключив свет, он остановился метров за сто от нее. Майор обратился к спутнице: «Готовь шприц со снотворным». Та быстро достала из сумки коробочку из нержавеющей стали, достала ампулу и, отломив конец, наполнила шприц. Они вышли наружу. Тихонько оторвав несколько досок от забора, Артем пробрался внутрь участка, затем за руку помог спутнице перебраться к нему. Тихонько подкравшись сбоку к зданию, он остановился, видя, что на крыльце дежурит охранник, он негромко стукнул по стене, но так, чтобы тот услышал. Оглядевшись вокруг, в свете молний дежуривший вынул наган и направился прямо к стоящим за углом людям. Как только он поравнялся с ними, майор не сильно, но резко ударил его ребром ладони по горлу, тот присел, хватая воздух ртом. Артем обхватил его шею локтем и дал знак Нете, та, задрав плащ-палатку, вонзила иголку шприца в руку охраннику. Через минуту тот перестал сопротивляться и обмяк. Подтащив парня к углу здания, где было сухо, майор быстро перочинным ножом вынул штапик из большого окна летней веранды, затем стекло и ловко забрался внутрь. «Жди крика совы», — сухо приказал он спутнице и исчез во тьме.
Терраса дачи старшего майора Гришаева, 00:00
Уже несколько часов шел заунывный дождь, не приносящий разрядки атмосферы, и вся природа ожидала грозу. Лазарь Гришаев с женой Саррой уже собирались ко сну после обильного застолья с выпивкой. Было очень душно, и заснуть даже в гостиной представлялось невозможным.
— Дорогой, — простонала изнеженная супруга, — давай ляжем на террасе, там больше воздуха, я постелю там, — через полчаса они лежали на разложенном диване, и она вновь обратилась к мужу. — Ты все опасаешься мести за того нищеброда Ваньку Шлыкова с его дурой женой-гойкой?
Он посмотрел захмелевшими глазами на жену и невнятно промычал:
— Ты видишь, что делается? Сущий ад на улице.
В этот момент огромный ствол молнии ударил в землю рядом с домом и раздался такой грохот, что в окнах зазвенели стекла.
У женушки апломб враз весь пропал. Прижавшись к мужу она, стуча зубами, пробормотала:
— Чай ничего, все-таки охранник на крыльце и пистолет у тебя под подушкой.
Он обнял ее правой рукой и, обдав водочным запахом, буркнул:
— Давай спать, — через несколько минут она мирно засопела.
…Что-то сильно стукнуло внутри террасы и муж, спавший неглубоко, открыл глаза: гроза успокоилась, и было тихо, лишь дальние отблески молний периодически освещали помещение террасы; в дальнем углу был виден силуэт человека во всем белом, у энкавэдэшника мурашки пошли по коже, он хотел достать из-под подушки наган, но его там почему-то не оказалось. Дрожащим голосом он спросил: — Кто ты, что тебе здесь надо?
— А ты подойди поближе, — глухим голосом, растягивая слова, произнес силуэт и стал манить белой рукой.
С легкой дрожью в ногах мужчина подошел к стоящему в углу и в ужасе отпрянул назад, защищаясь руками:
— Нет! Этого не может быть, Ванька Шлыков, я сам видел, как тебя расстреляли, ты не мог никак сюда явиться!
Призрак в белой одежде плавно подошел к упершемуся задом в стол старшему майору и схватил его руками за горло, в ужасе негодяй наблюдал перед собой белое, как снег, лицо с черными впадинами глаз и стучавшими в злобе зубами.
— А разве к таким негодяям приходят только живые? Я решил мертвый к тебе прийти и послушать, как ты оболгал мою Марфу в колдовстве, а меня в том, что прикрываю заговор против наркома Ежова. Хоть раз в жизни скажи правду, ха-ха-ха-ха, — раздался ужасный смех призрака. Старший майор весь трясся от страха, дышать ему было тяжело, так как призрак душил его, но и все члены свела судорога, он не мог ни пошевелиться, ни выдавить ни слова. — Раз ты не хочешь ничего говорить мне, тогда позову из могилы свою жену, пусть она поговорит с твоей благоверной.
Раздался громкий и протяжный крик совы, дверь на террасу скрипнула, и в открывшемся проеме замаячил еще один призрак в светлом плаще и белом берете, он с вытянутыми руками направился к кровати жены, которая проснулась и в ужасе наблюдала происходящее. Подойдя к трясущейся Сарре, призрак
