Выслушав историю, Шеллар поспешил спровадить верноподданных горожан, пригласив их на коронацию в качестве почетных гостей и пообещав выразить свою безмерную благодарность в более подобающей обстановке. Когда гости удалились в совершенном восторге, он первым делом настоял, чтобы принц Мафей покинул столовую и отправлялся спать. Взрослые будут заниматься делом — думать, чем помочь пострадавшему герою, и мешать им не следует. На этот раз принц не посмел возражать.
Шеллар упал в кресло и посмотрел в окно. Солнце клонилось к закату. Прошло немногим больше суток с того момента, как в его кабинет ворвался Флавиус. И почти двое суток с тех пор, как принц последний раз спал. Теперь, когда над городом повисла тишина, когда все закончилось и не надо было больше никуда бежать, Шеллар, наконец, почувствовал, как он устал. У него не было сил даже думать о том, что завтра, и послезавтра, и еще несколько дней ему предстоит опять бегать, высунув язык, и наводить порядок.
Западное крыло дворца сильно пострадало во время штурма, поэтому в свои комнаты он не пошел. Там не хватало нескольких стен, и не было ни одного целого стекла. В спальне, по-видимому, взорвалось несколько огненных шаров, и находиться в ней было невозможно. Поэтому он решил остаться здесь, в уцелевших королевских апартаментах. Здесь же собирались остаться и Элмар с соратниками, и мэтр Истран. Мэтр не хотел отходить далеко от Мафея, а Элмар заявил, что во-первых, ему лень идти домой, а во-вторых он сто лет не видел горячо любимого кузена и намерен провести хотя бы вечер в его обществе.
Больше во дворце никого не было, не считая отряда стражи у парадного входа. Слуги и придворные разбежались, кто еще до штурма, кто после него, и возвращаться не собирались, по крайней мере, до завтрашнего утра. Они были одни в огромном пустом здании.
Элмар, все еще взбудораженный после сражения, сидел за столом, уплетая все, что попадало под руку и влюбленно смотрел на кузена Шеллара. Его синие глаза сияли восторгом. Он просто был рад видеть друга живым и, похоже, ни о чем другом не мог думать. Около него чинным рядочком восседали его соратники по подвигам — лучница Валента, статная рослая девица с роскошной косой, мистик Шанкар, смуглый и черноглазый, с обритой наголо головой, и волшебница Этель, маленькая и щуплая, как девчонка. Мэтр Истран, склонившись над лежащим на диване Жаком, внимательно его осматривал.
«Вот ведь не везет, — подумал Шеллар, по привычке доставая трубку, и вспомнил, что табак у него кончился еще утром. — Этот парень мог бы быть полезен. Сколько он знает такого, о чем мы никогда в жизни не слышали… Как он это сделал? Как он, не имея понятия о магии, ввязался в драку с пятью магистрами и победил? А еще говорил, что он трус…»
Шеллар поднялся и подошел поближе. Жак лежал неподвижно, даже дыхание можно было заметить, только очень внимательно присмотревшись. Его нечесаные каштановые лохмы рассыпались по кремовому бархату обивки, рука бессильно свисала с дивана. Он был похож на тряпичную куклу.
— Допрыгался? — почему-то вслух сказал Шеллар. — Не сиделось тебе в департаменте, пошел на задницу приключений искать…
Он почему-то чувствовал себя виноватым за вчерашнюю вспышку на пороге кабинета. Не надо было так с ним. Не стоило. Можно было договориться по-хорошему, если постараться. Не смог. Нервы сдали.
— Вы его знаете? — поинтересовался мэтр Истран, выпрямляясь и отходя от дивана.
— Немного, — кивнул Шеллар. — Я с ним беседовал в департаменте.
— Мистралийский беженец? — уточнил маг и занял кресло, с которого только что встал Шеллар.
— Теперь — да. А вообще-то он переселенец. Только учтите, это секретная информация только для служебного пользования. Не болтайте.
Он снова посмотрел на Жака, потом на трубку, которую держал в руках, и молча направился к двери.
— Ты куда? — окликнул его Элмар.
— Схожу к себе, — не оборачиваясь, ответил Шеллар. — Табак поищу.
— Не ходи один! — встрепенулся Элмар и подхватился с места, поспешно дожевывая кусок. — Я тебя провожу!
Шеллар хотел напомнить, что он не маленький, но смолчал. Он прекрасно понимал Элмара. Бедняга чуть умом не тронулся, узнав о том, что случилось дома, примчался сломя голову в столицу, чуть не попал в засаду… Он ведь думал, что его любимый кузен Шеллар погиб вместе со всеми. Кто-то даже успел ему сказать, что от его друга детства осталась только серебряная звезда и куча обугленных потрохов… Бедный Элмар чуть не тронулся умом вторично, на этот раз от радости, когда увидел его живым. И теперь он, конечно, будет над ним трястись и всячески оберегать, боясь потерять его снова. Даже если бояться совершенно нечего.
— Я тоже пойду с вами, — сказала лучница, поднимаясь вслед за Элмаром. — А господа маги пусть пока вместе подумают.
«Боги, ну и бардак здесь… — думал Шеллар, осторожно ступая по битому стеклу и перешагивая через обломки мебели. — Завтра надо распорядиться, чтобы начали ремонт. Если начать рано утром и работать полные сутки без перерыва, до послезавтра тронный зал можно будет привести в порядок и короноваться. Тихо и по-быстрому, без всяких празденств и торжеств. Было бы чего праздновать… А все остальное можно будет не торопясь отремонтировать уже после того. Все равно здесь больше никто не будет жить…» Он вспомнил, что завтра рано утром ему предстоит помогать распорядителю церемоний в организации похорон, а именно — опознавать останки родственников, и эта мысль вдруг отдалась болью где-то в глубине глазниц, словно на глаза надавили изнутри. Очень резко и очень больно. Вслед за этим в глазах зажгло, словно в них сыпанули перца. Шеллар остановился и стал тереть глаза, одновременно пытаясь не думать о завтрашнем дне, переключиться на что-нибудь другое.
— Шеллар, что с тобой? — встревожено спросил сзади Элмар, хватая его за плечо. — Тебе плохо? Может, присядешь?
— Просто я не спал прошлой ночью, — ответил Шеллар и послушно присел на опрокинутый шкаф, продолжая тереть глаза. — Что-то глаза заболели… Ничего, сегодня высплюсь, и все пройдет.
— А когда ты ел последний раз? — не унимался Элмар. — Тоже позавчера?
— Вчера, — возразил Шеллар. — Успокойся, я не голоден.
— Ты совсем о себе не думаешь, — упрекнул его кузен. — Посмотри, какой ты худой! А ты ничего не ешь и еще куришь натощак! И не спишь сутками.
— Пойдем, — сказал Шеллар, поднимаясь чтобы прекратить эти нравоучения. — Уже все прошло. Я просто устал. Сумасшедший был день, сам понимаешь, не до еды было…
В его кабинете царил полный разгром. Стол был разрублен пополам. Из разбитого окна свисал труп в бело-голубой кольчуге воинов Ордена. Шкаф лежал посреди комнаты дверцами вниз. Шеллар попытался его поднять, но не смог.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
