Читаем без скачивания История Франции. Том 2. Наследие Каролингов - Лоран Тейс

Почему же Эд не передал власть своему брат и почему Роберт столь быстро принял именно такую сделку, — трудно понять. Германские и реймсские источники выделяют главенство династического принципа. «Карл, сын Людовика, сына короля Западной Франкии Карла, племянник короля Арнуля», — так представляет его летописец «Хроники Фульда». Значит, Карл — король по рождению, независимо от того, есть у него королевство или же нет. Может быть, вельможи, и в первую очередь Ричард Бургундский, Герберт Вермандуаский и южные князья Гийом Овернский и Адемар из Пуатье, не желали утверждения и процветания Робертинов. Более того, Эд и Роберт, закрепляя власть среди своих родственников, преодолевали множество трудностей, окруженные каролингским королем и маркизами. В 897 году у Эда не было детей. Роберт, имеющий двух девочек от первого брака, только что женился вторично, в этом же году, на Беатрисе, дочери Герберта Вермандуаского. Этот брак стоил ему присоединения к своим владениям аббатства Сент-Мари в Морьенвале. Их сын Гуго родился скорее всего около 900 года. Иначе, если бы Роберт унаследовал королевскую власть, то никто бы уже не мог заполучить богатства и привилегии Робертинов — все то, что было упрочено и приумножено во время правления Эда. Чего стоила, после потери стольких графств, аббатств и городов, монархия, маркизы которой, если бы даже и позволили Роберту властвовать, то все время ограничивали бы его власть? И здесь впервые выявляется условие, необходимое для поддержания и возвышения династии Робертинов, уже теперь подталкивающее эту династию на создание вертикальной линии для наследования по мужскому признаку: своевременно иметь хотя бы одного сына. В 897 году положение было иным. И Карл Простоватый извлек из него выгоду. Он должен был заплатить дорогую цену за союз с нейстрийским кланом: ведь Роберт исполнял обязанности маркиза в междуречьи Сены и Луары, его власть простиралась до самого Мана. В этих областях Роберт опосредовал королевскую власть: король общался теперь с местными властями только через посредничество маркиза, ведающего их назначениями. Кроме того, ни один важный вопрос в королевстве не мог быть решен без Роберта и его клана. Такое высокое положение, льстиво и напыщенно выражаемое в королевских грамотах, придавало клану Робертинов особый авторитет и одновременно позволяло им еще более укрепиться в материальном и стратегическом отношениях. Король Эд, торжественно погребенный в Сен-Дени, которым владела отныне его семья, рядом с прославленным Карлом лысым, занимает полноправное место в истории наследования Франкского королевства. Каролингская канцелярия определяет его совершенно естественно как предшественника правящего короля. Так, в грамоте 904 года, пожалованной в пользу аббатства Сен-Мартен в Туре, Роберт назван «особо уважаемым человеком, братом нашего предшественника и господина короля Эда». И только в конце X века императорская пропаганда, враждебно настроенная к первым Капетингам, попытается распространить образ временного заместителя короля, бывшего в подчинении у незыблемых Каролингов. И все же, наряду с ними, править Западнофранкским королевством была призвана и другая династия. Отныне она будет занимать особое место подле короля, и ее обладатели заставили других ценить это место.

2. Грядущие князья 898–936 годы

Длительное правление Карла Простоватого — около четверги века — характеризуется тремя реальными особенностями и одной кажущейся, которая, впрочем, в X веке тоже станет реальностью.

1. Явная реставрация

Очевидным стал возврат к самой славной из традиций: новый Карл восстановил связь времен. Восстановлено могущество Карла Лысого. Предано забвению вырождение его дебильных преемников — Людовика Заики, Людовика III, Карломана, Карла Толстого. В 899 году умирает Арнуль Германский, император с 896 гида. В 911 году уходит из жизни и его сын Людовик Дитя. Отныне на Западе Карл остается единственным правящим Каролингом. У него было еще достаточно дворцов и владений в малой Франции и в Лотарингии. Королевскую канцелярию возглавлял Фулк Реймсский, а затем, начиная с 900 года, деятельный архиепископ Эрве. Карл, особенно в начале своего правления, издает через свою канцелярию большое количество указов их сохранилось более ста двадцати, которые касались подчас провинций и церквей, расположенных на другом конце королевства — например, в Септимании или Каталонии. В июне 899 года король пожаловал иммунитет монастырю в Орийаке, основанному «любезным другом графом Жеро». Так, имя короля становится известным и признанным в самых отдаленных краях королевства, где частная и общественная документация постоянно датируется годами его правления. В сфере законности и порядка король остается высшей инстанцией.

На севере Сены Карл непосредственно владел большим числом графств. Еще ни одному маркизу не удавалось объединить здесь земли под властью одного лица. Амьен, Бове, Реймс, Суассон, Шалон, Нуайон. Лан, Санлис, Сен-Кантен, Монтрей каждый город имел своего графа, но графская власть была ограничена в сравнении с королевской властью. В 899 году Карлу удалось даже ослабить Бодуана Фламандского, отобрав у него графство Аррас и передав его своему приближенному Альтмару, а также аббатство Сен-Васт, подаренное Фулку Реймсскому, который быстро поменял его у Альтмара на аббатство Сен-Медар в Суассоне. В малой Франкии король обладал правом вмешиваться в назначение епископов, кандидатуры которых он формально продолжал утверждать в пределах всего королевства. В феврале 906 года Карл, задавшись целью восстановить благочестивые обычаи своих прославленных предков, взимает средства от поступающих в казну налогов в Корбени и основывает монастырь во имя св. Маркуля, мощи которого находились у него на храпении после очередного норманнского наступления. Сен-Маркуль в Корбени сыграет позже большую роль, как известно, в освящении королевской власти.

Действительно в первые годы X века король западных франков и внук Карла Лысого поддержал честь своего рода в управлении королевством. Будучи правителем многочисленных королевств, управляемых маркизами, Карл стремился заполучить и еще одно, с которым его связывали тесные династические и духовные узы: Лотарингию, колыбель его семьи, где сорок лет назад был коронован его дед. Это было королевство, полное славных воспоминаний, где процветали богатые церкви и монастыри, — владения предков Карла, частенько основанные ими лично, поддерживающие Каролингов своими молитвами, плодами интеллектуального и художественного труда, своей политической и воинской службой. В Лотарингии жила также могущественная аристократия, владеющая богатыми имениями и преданными воинами. Одного из самых знатных Лотарингских военачальников звали Ренье. Позже он приобретет себе прозвище Длинная Шея. Внук императора Лотаря со стороны матери, граф Эно, Эсбей и Лимбурга, аббат Эхтернаха и Ставло, Ренье, которому Регинон Прюмский пожаловал титул герцога, был ближайшим советником короля Цвентибольда, побочного сына Арнуля, который отдал ему Лотарингию. Но затем этот же король лишил своего советника всех почестей и богатств по причинам, о которых Регинон не сообщает, и предписывает ему покинуть королевство в двухнедельный срок. В течение нескольких месяцев Карл правил на Западе один. Ренье со своим кланом вовремя позвал его на помощь, уверив в своей преданности. Карл тотчас же, движимый наследственным побуждением, хотя не в последнюю очередь и политическими мотивами, устремляется в Ахен. Здесь он наверняка впервые видит могилу Карла Великого. Затем он достигает Неймегена, минуя Прюм, где Регинон должен был бы увидеть королевский экипаж. Вскоре армии встретились лицом к лицу. Короли, попытавшись произвести друг на друга впечатление, и мало озабоченные тем, чтобы вступить в настоящее сражение, провели переговоры и заключили перемирие. Карл вернулся во Франкию. Менее чем через два года, когда Людовик, сын Арнуля, стал королем Германии и был призван в Лотарингию, чтобы заменить Цвентибольда — последний был убит в бою в августе 900 года Лотарингскими аристократами. Редкостный случай: насильственная смерть короля, к тому же из династии Каролингов!

Это скоротечное вторжение Карла Простоватого в королевство Лотаря II, освобожденное, согласно прошлым соглашениям, от господства преемников Карла Лысого, заслуживает упоминания. Прежде всего, оно свидетельствует о воле и способности к действию молодого князя за пределами своего королевства. С другой стороны, это вторжение стало первым проявлением того, что можно было бы назвать Лотарингским искушением. Оно тяготело над Карлом и его тремя каролингскими преемниками на Западе и играло свою роль в судьбах Франкского королевства вплоть до конца X века, приблизив исчезновение самой династии. Та самая Лотарингия, которая, напомним, простиралась в бассейне рек Мёз и Мозель и охватывала Эльзас и всю территорию между Эско и Рейном вплоть до морского побережья: сердце христианского Запада, королевского и императорского вот уже более двух веков, с тех пор как Пипиниды получили и приумножили наследие Хлодвига.