Читаем без скачивания Другая сторона доллара - Росс Макдональд

— Говорят, что, возможно, он тоже уже мертв, — сказала его жена.

— Все может быть, миссис Браун.

— И это тоже сделал Майкл? Я знала, он далеко пойдет, но не подозревала, что это такое чудовище.

— Ты не права, — вяло возразил Браун. — Он больной человек. Его отец тоже болен до сих пор, несмотря на меры, принятые в психиатрической лечебнице.

— Если Майкл был так болен, то зачем ты привел его в наш дом и познакомил с дочерью? Это и погубило ее.

— Но и ты приложила к этому руку. Кто уговорил ее участвовать в конкурсе красоты?

— Но она же не победила!

— В том-то и беда.

— Беда в том, как ты относился к мальчику Харлеев!

— Я хотел помочь ему. Он нуждался в помощи. У него был талант.

— Талант?

— Талант атлета. Я думал, что смогу помочь ему в развитии природных данных.

— Ты и развил их. Что верно, то верно!

Они разговаривали, не обращая на меня внимания, но не потому, что забыли обо мне, а потому, что каждый хотел использовать меня в качестве третейского судьи. Я понял, что спор этот длится уже много лет.

— Я хотел сына... — сказал Браун.

— Ну вот, ты и получил его. Прекрасный, честный сын!

Он так посмотрел на нее, словно собирался ударить. Но не ударил, а, повернувшись ко мне, сказал:

— Извините нас... Мы не должны были... Это некрасиво.

Молчание миссис Браун говорило о том, что она не простила мужа. Я старался понять, что же могло создать такое напряжение в их отношениях и что следует предпринять, чтобы смягчить обстановку.

— Я приехал сюда не для того, чтобы служить источником ссоры.

— Вы здесь ни при чем, поверьте, — смущенно пробормотал Браун. — Это началось в тот день, когда Кэрол сбежала с Майклом. Такого я никак не мог предвидеть.

Жена прервала его:

— Это началось, когда она родилась, Роб. Ты не хотел дочери, ты хотел сына. И потому отверг и ее, и меня!

— Я не делал ничего подобного.

— Он не помнит, — обратилась она ко мне. — У него очень удобная память. Отбрасывает все, что не соответствует его мнению о самом себе. Мой муж — бесчестный человек.

Злая улыбка тем не менее очень украшала ее.

— Но это же чепуха! — запротестовал он. — Я заботился о вас всю свою жизнь!

— За исключением тех моментов, когда я уже не могла совладать с тобой. В такой момент ты и привел в дом мальчишку Харлея. Ты великий альтруист. Князь адвокатов!

— Ты не имеешь права высмеивать меня. Я хотел помочь ему. Я не мог и предположить, к чему он придет.

— Продолжай! Ты хотел сына любыми путями. Вот ты и получил его!

Он проговорил, ни к кому не обращаясь:

— Она не понимает! Мужчина получает естественное удовольствие, обучая его всему, что умеет сам.

— Ты обучил Майкла своей нечестности. Это все, чего ты достиг.

Повернувшись ко мне, Браун беспомощно всплеснул руками:

— Она по-прежнему во всем обвиняет меня!

Бесцельно пройдя несколько раз по комнате, он вышел через черный ход из дома. Я чувствовал себя так, словно остался один на один со страшной львицей. Миссис Браун наклонилась в кресле ко мне.

— Я виню себя в том, что была дурой, выйдя замуж за человека, развитие которого остановилось на уровне мальчишки. Он все еще болеет за футбольную команду своей школы. Ребята обожают его, говорят о нем, как о святом. А он не смог уберечь от неприятностей свою собственную дочь!

— Вы с мужем должны все взвесить...

— Не слишком ли поздно начинать это делать?

— Но если так будет продолжаться, вы погубите его.

— Нет, он доживет до восьмидесяти лет, как и его отец.

Миссис Браун качнула головой в сторону одного из портретов на стене. Она была сильно взволнована.

— Вы, должно быть, были очень красивы в молодости, — сказал я, желая успокоить ее.

— Да, была. Я могла выйти замуж за любого юношу из нашего колледжа. Некоторые из них стали сейчас президентами банков, руководят крупными корпорациями. А меня угораздило влюбиться в футболиста.

— Ваш муж лучше, чем вы о нем говорите.

— Не надо его защищать. Я знаю, что он собой представляет и какой была бы моя жизнь. Но я обманулась.

Я отдала все за возможность стать женой и матерью, а что получила взамен? Даже не видела своего внука!

— А что с ним случилось?

— Кэрол отдала его на усыновление, можете себе представить. Она не была уверена, что муж не причинит ему какой-нибудь вред. Вот за какого человека она вышла замуж.

— Она говорила об этом?

— Отчасти. Кроме всего, Майкл садист. Раньше он таскал за хвосты кошек. Он прожил в нашем доме чуть больше года, и все это время я его боялась. Он очень сильный. Я никогда точно не знала, что он намеревается сделать.

— Он угрожал вам?

— Нет, этого он не смел.

— Сколько ему было лет, когда он ушел?

— Дайте сообразить. Кэрол в то время было шестнадцать. Должно быть, ему было лет семнадцать или восемнадцать.

— Он ушел и сразу же поступил на флот? Так?

— Нет, сначала он уехал из города с каким-то человеком, который был старше его, полисменом из местной полиции. Я забыла его имя. Этот человек потерял место в полиции из-за того, что брал взятки. Он уехал из города и забрал с собой Майкла — обещал сделать из него боксера. Они уехали на западное побережье. Я думаю, что Майкл попал на флот спустя несколько месяцев. Кэрол могла... — Она смутилась и замолчала.

— Что могла Кэрол?

— Я хотела сказать, что Кэрол могла бы вам все это рассказывать. — Рот ее искривился в злой усмешке. — Я, должно быть, совсем потеряла голову.

— Успокойтесь, миссис Браун. Конечно, подобные удары на некоторое время выводят из строя.

— Некоторое время... Больше, чем я его имею... — Она порывисто встала и подошла к камину. — Интересно, что это Роб вздумал делать на кухне?

— Я хотел бы услышать продолжение вашего рассказа, миссис Браун. Это первая настоящая возможность получить информацию, чтобы разобраться в основе всего случившегося.

— Это все едва ли сейчас имеет значение.

— Отнюдь нет. То, что вы рассказываете, может помочь мне найти Майкла. Полагаю, что вы время от времени виделись с ним и Кэрол.

— Его я видела еще только один раз, когда он приезжал домой зимой 1944/45 года. После того, что случилось, я отказала ему от дома. Он тогда заявил, что в отпуске, и всякими разговорами вернул расположение Роба. Роб даже дал ему денег, которые Майкл использовал на то, чтобы сбежать с моей единственной дочерью.

— Почему Кэрол уехала с ним?

Она потерла лоб, оставив на гладкой коже белые полосы.

— Я спрашивала ее об этом, когда она в последний раз была дома два месяца назад. Но она не знала, что ответить. Конечно, она хотела уехать из Покателло. На побережье, сниматься в кино. Боюсь, моя дочь все еще находилась под властью ребячьих мечтаний.

Все пятнадцатилетние девочки таковы, — подумал я и внезапно вспомнил Стеллу. Эта неожиданная тревожная мысль о ней начала оформляться у меня в голове, занимая все больше места. Каждое поколение начинает постигать мир сначала. Сейчас все так резко изменилось, что дети ничему не могут научиться у родителей, как, впрочем, и родители у детей.

— Дело в том, — сказал я, — что Кэрол действительно снималась в кино.

— Вот как! Она говорила мне однажды, но я не поверила.

— Она часто обманывала?

— Нет. Этим занимался Майкл. Я просто не верила, что она может чего-нибудь достичь. Она никогда ничего не умела добиться.

Горечь, с которой женщина произнесла эти слова, огорошила меня. В ней, казалось, находился какой-то неистощимый резервуар скепсиса и недоверия. Если она была такой всегда, то я могу понять, почему Кэрол ушла из дома при первой же возможности и старалась держаться от него подальше.

— Вы сказали, что видели Кэрол два месяца назад?

— Да. Она переезжала в июне на автобусе из Лейк-Тахо. До этого я ее долго не видела, и было очевидно, что жизнь ее потрепала. Бог знает, на что толкал ее муж. Она об этом не рассказывала.

— Это была призрачная жизнь. Видимо, тогда Харлей потерял работу и они сидели без гроша.

— Так она мне и сказала. Она попросила денег. Я настояла, чтобы Роб дал их. Впрочем, он ей никогда не отказывал. Впоследствии он начал утверждать, что и машину он ей дал, но я-то знаю лучше. Наверное, их старая совсем развалилась, а они не могли жить в Тахо без машины.

— Почему вы решили, что она взяла ее сама, раз ваш муж говорит обратное?

Она жестом еще раз выразила презрение к мужу.

— Разве это имеет значение? Им было приятно иметь машину. — Это были ее первые великодушные слова, но она тут же испортила их. — Я уверена, что Кэрол сделала это под влиянием минуты. Она всегда была очень импульсивной девочкой.

— Но суть в том, — продолжала она, — что Кэрол уехала, не попрощавшись. Она забрала машину и вернулась в город к своим фильмам и больше уже не приезжала. Она даже оставила у себя в комнате чемодан.

— Она была чем-нибудь встревожена?

— Не больше, чем обычно. За ужином у нас возник спор.