Поняв ее мысли, Айвен сухо отрезал:
– Со мной все в порядке.
Но он не был спокоен. Мила чувствовала это. Его беспокойство было иного рода, чем то, которое привыкла испытывать она. Это была ноющая тяжесть в животе – холодная и однообразная. Мила ощущала ее как собственную. Вместе с тем, транквилизатор все больше овладевал ее сознанием, и ей не хотелось ни о чем глубоко задумываться.
Она посмотрела в окно. Смешанный лес кончился, внизу торчали заостренные верхушки елей и скошенные – кедров, временами попадались сосновые боры. Несколько сотен лет назад в этих местах были болота, покрытые метровыми мхами. Потом, когда реки взяли под контроль, болота осушили, на их месте высадили леса.
Мила осмотрелась. Хвойный лес простирался до самого горизонта. Внизу он был темно-зеленым, вдали казался сероватым. Женщина чуть приоткрыла вентиляционное отверстие, и поток свежего воздуха с шумом ворвался в салон.
Летели молча. Мила все время смотрела в окно. Маршрут, который выбрал Айвен, пролегал в стороне от крупных городов. Лес тянулся на сотни километров на восток, временами сменяясь просторными участками вспаханных земель, озерами и небольшими поселениями.
Айвен коснулся пальцем сенсора приемника. Салон наполнили звуки песни:
Каждый день влюбляюсь вновь…Там-там-там…Мои мысли – ваши мысли…Там-там-там…
Через час лес начал редеть и вдруг закончился, сменившись холмами. Среди них, в долинах располагались производственные зоны.
Справа показалось широкое многополосное автомобильное шоссе. Слева от него проходила авиатрасса. Авиетка сама собой свернула и заняла место в свободном ряду.
– Подлетаем к Нану, – предупредил Айвен.
Мила ни разу не бывала во втором по величине городе двенадцатого региона. Техническое превосходство Нана по сравнению с более старинной Никтой было очевидным. Проспекты и кварталы, густо усеянные зонтиками климатеров, что походили на грибы, напоминали иллюстрации к какой-то сказке. После искусственного дождя, шедшего, по видимому, всю ночь, улицы сияли чистотой, а трава на газонах до сих пор была покрыта росой, несмотря на то, что время близилось к полудню. В воздухе пахло антисептиками.
Айвен сказал, что хочет изучить местность. По его команде авиетка заняла прогулочную полосу на высоте фронтонов и сбавила скорость. Мила прильнула к окну, всматриваясь в незнакомые силуэты.
Сама архитектура была довольно однообразной: кубические стеклянные дома, кое-где перехваченные стальными поясами. Зато поражало буйство красок и форм на крышах – от скульптурных мегаансамблей до висячих садов, украшенных фонтанами и бассейнами. Тут располагалось множество магазинов, окруженных посадочными площадками. Значительная часть нанцев проводила время на крышах зданий, где жизнь бурлила вовсю; на улицах попадались лишь одиночные прохожие.
На одной из площадей Мила узнала здание филиала Киберлайф. Как и в Никте, это был небоскреб эпохи начала развития с теми же голографическими облаками в районе верхних этажей. Мила заметила, как руки Айвена легли на аварийный руль и как напряглись мышцы. Картинка, что возникла у нее в мозгу, напугала Милу. Она увидела, как разлетаются вдребезги окна Киберлайф, как взрывы сотрясают его стены, и здание складывается, словно карточный домик.
– Не надо, прошу тебя, – вскрикнула она.
Айвен стушевался, как человек, пойманный за тайным занятием. В глазах его мелькнуло смятение, но тут же сменилось ненавистью.
– А что?! Ты хочешь, чтобы они победили? Да?! Да?! Тьфу…
Он ударил по рулю, заскрежетал зубами, и Мила ощутила тугой комок в горле – боль Айвена.
Эйфория от лекарства полностью прошла. Теперь восприятие стало ясным.
Айвен подавил приступ бессильной злобы, – Мила почувствовала это. Ей стало жаль его.
– Не злись, – попросила она.
Здание Киберлайф осталось позади. Авиетка свернула с площади на улицу, которая сплошь была окружена высоченными зонтами климатеров. Один из них слегка моросил, и несколько капелек упали на лобовое стекло.
Айвен, нахмурив брови, смотрел прямо перед собой.
– Все, – сказал он. – Экскурсия окончена.
Долетев до конца улицы, авиетка приземлилась. Колпак еще не полностью откинулся, когда Айвен выскочил на площадку. Мила не ожидала, что он подаст руку, но Айвен обошел авиетку и помог ей выбраться.
– Теперь нам придется идти, – сказал он. – Около двух километров.
Мила пожала плечами – идти, так идти. Если ее сознание прояснилось после приема лекарства, то эмоции все еще оставались притушенными, ею владело безразличие.
Они пошли обратно в сторону площади, свернули в узкий переулок между двух зданий. Дойдя до поворота, опять свернули, прошли мимо монолитного здания, сверкавшего зеркальной поверхностью, забрели в просторный квартал с небольшими, метров до десяти в высоту, кубическими домами и, попетляв еще немного, вышли на ту самую площадь, где стояло здание Киберлайф. Прогулка отобрала у них больше получаса.
– Ты перепутал дорогу, – сказала Мила.
– С чего ты взяла?
– Хочешь сказать, что нарочно водил меня по этим улицам? – Мила была поражена. – Ты рассчитывал запутать следы? Да за нами каждую секунду наблюдают десятки камер. Либо тот человек, которому ты угрожал, не заложил тебя, либо… – Она вспомнила о Дэне с Ритой. Неужели и они оставили выходку Айвена на его совести?
– Либо они еще не видят во мне врага, – ухмыльнувшись, завершил Айвен. – Скоро я дам о себе знать.
Они пересекли площадь, и Мила успела, задрав голову прочитать рекламу Киберлайф: «Стань счастливым прямо сейчас!»
– Я чувствую твои мысли, – вдруг сказал Айвен. – Тебе трудно. Ты не можешь определиться. Время от времени тебе хочется избавиться от меня немедленно, иной раз ты хочешь, чтобы меня арестовали, а порой мечтаешь вернуть то, что было раньше. Ты стараешься отвлечься от этих мыслей, но они тебя одолевают. Ты всегда была неуверенна в себе, но в последнее время – особенно.
– И теперь ты пытаешься вогнать меня в депрессию? Заставить поверить, что я – полное ничтожество? И все из-за того, что я полюбила доброго, порядочного человека по имени Рихард?
Айвен резко остановился.
– Я тебя не виню за то, что ты случайно втюрилась в домашнего робота-любовника! – крикнул он. – Беда в том, что ты позволяешь себя обмануть теперь, когда знаешь, что все это ложь. Ты продолжаешь верить, что Рихард существовал. Но его никогда не было.
Мила заупрямилась.
– Просто ты не можешь быть таким как он. Признайся в этом самому себе.
– Очнись! Ты никак не хочешь понять, что Рихард – программа. Они так промыли тебе мозги, что теперь ты готова на все, лишь бы твой робот к тебе вернулся. Мила… – Он понизил голос. – Тебя это не пугает?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
