— Вы не думайте, что он говорит это серьезно.
Синтия, словно очнувшись, натянуто улыбнулась.
— Я и не думаю.
Дерек понимал, что Синтия все больше уходит в себя, и, если он сейчас же не втянет ее в разговор, она найдет повод, чтобы уйти из детской. Он подмигнул ей и, кивнув в сторону Сары, сказал:
— Она маленький тиран, вам не кажется? Не позволяйте ей заарканить себя. Ей нужно, чтобы вы восхищались ее акварелями.
Синтия явно опешила, а Сара возмущенно воскликнула:
— Я ее не заарканиваю, правда, леди Синтия?
— Нет, моя дорогая, конечно же, нет. — Она положила руку на плечо Сары. — Мне нравится смотреть, как ты рисуешь. И твои рисунки тоже. Ты очень талантлива.
— Она приходит сюда каждое утро, дядя Дерек. Ей здесь очень нравится.
Дерек вытаращил глаза, делая вид, что страшно удивлен.
— Что за чушь! Почему взрослой женщине должно нравиться приходить в детскую?
Он пришел в восторг от того, что Синтия и Сара тут же объединились против него. Именно этого он и добивался.
— Дядя Дерек, она мой друг…
— Мне всегда нравилось общаться с детьми…
— ..и я не позволю тебе прогонять ее из моей комнаты.
— ..а Сара — очень приятная девочка.
Он поднял руки, сдаваясь:
— Хорошо, хорошо! Но зачем же так кричать!
— Мы не кричали, — с достоинством возразила Сара. — Мы просто хотели тебе объяснить.
Щеки Синтии немного порозовели.
— Вы все шутите, — заметила она, посмотрев на него с упреком.
— Верно. Простите меня.
— Он всегда шутит. — Сара презрительно фыркнула. — Лучше не обращать внимания на то, что он говорит.
— Вот видите! — с деланным возмущением воскликнул Дерек. — Она опять дерзит. Следи затем, что говоришь, соплячка. Я очень даже часто бываю совершенно серьезен.
Очень часто, — строго повторил он, когда увидел, что Сара еле сдерживает смех. — И если ты не изменишь своего поведения, ты скоро это заметишь.
— Я тебя не боюсь. — Сара подняла мокрую кисточку и сделала вид, будто собирается брызнуть водой на Дерека. А Дерек, рыча, как разъяренный медведь, обогнул столик. И началась погоня, за которой последовала борьба за овладение кисточкой. Все это время Дерек краем глаза видел, с каким изумлением за ними наблюдает Синтия, особенно когда он прижал хохочущую и извивающуюся девочку к полу, сел на нее верхом и стал, как флагом, размахивать кисточкой.
Синтия, казалось, не понимала, что происходит и как ей к этому относиться. Дерек встал, одернул жилет и протянул руку Саре, которая все еще лежала на полу. Девочка ухватилась за руку Дерека, и он помог ей подняться.
— Ты в порядке? — немного обеспокоенно спросила Сару Синтия. Она пригладила растрепавшиеся волосы девочки и отряхнула невидимую пыль с ее платья.
— Конечно, — ответила Сара с явным удивлением.
— Это пойдет ей на пользу, — строго сказал Дерек, бросив на столик кисточку. — Будет знать, как надо разговаривать со взрослыми.
Сара прислонилась к Синтии и обняла ее за талию.
— Знаете, он мой любимый дядя, — призналась она.
Синтия улыбнулась.
— А твоя мама не возражает, что он обращается с тобой так невежливо?
— Нет, потому что он ее любимый брат.
— Любить меня не так уж трудно, — усмехнулся Дерек. — Вы, наверно, не знакомы с нашим вторым братом. Нет? Тогда я вас поздравляю. Гектор — довольно мерзкий субъект.
Синтия была явно шокирована. Поэтому Дерек поспешил пояснить:
— Он наш сводный брат. Когда-нибудь я об этом вам расскажу. Мне не хотелось, чтобы вы плохо думали о нас с Натали из-за того, что мы стараемся держаться от него подальше. Но когда вы все узнаете, вы, надеюсь, нас поймете.
Синтия все еще стояла, положив руку на плечо Сары.
— Ваша семья очень отличается от моей, — тихо призналась она.
— В каком смысле? — насторожился Дерек.
Ему показалось, что, прежде чем ответить, она немного замялась.
— Это трудно объяснить. Я бы сказала, что вы гораздо проще, что ли, относитесь друг к другу, свободнее. Во многих отношениях. — Легкая улыбка тронула ее губы. — Мне, например, никогда не разрешали играть с моими братьями.
Уж не говоря о моих дядях. Мне бы в голову никогда не пришло даже попытаться играть с ними. — Она взглянула на Сару, которая, подняв голову, так пристально и серьезно на нее посмотрела, что Синтия не удержалась и рассмеялась. — Тебе кажется это странным?
— Ну, у меня нет братьев. Но я думаю, что, если бы мне не разрешили играть с дядей Дереком, я бы чувствовала себя довольно одинокой.
— Но у тебя есть маленькая сестренка.
— Да, точно. И я очень люблю Пиппу. Но это не одно и то же.
— Пиппа не умеет тузить Сару, — пояснил Дерек. — К тому же она пока еще слишком мала, чтобы прижать Сару к полу.
Синтия выглядела озадаченной.
— Неужели кому-то нравится, когда его тузят и прижимают к полу?
Сара и Дерек обменялись взглядами. Дерек пожал плечами, а Сара возмущенно посмотрела на Синтию;
— Он никогда не сделал бы мне больно.
Замешательство Синтии заставило Дерека улыбнуться.
— Перестань, Сара. Леди Синтию никогда как следует не лупили. И до тех пор, пока никто этого не сделает, она не поймет, как это может быть весело. — Прислонившись к краю стола Сары, Дерек наблюдал за Синтией, безуспешно стараясь стереть созданный его воображением образ: он прижимает к полу Синтию и… старается сделать так, чтобы ей это было приятно. — Расскажите о своей семье, — предложил он. — Чем она отличается от наших семей? Она больше похожа на семью Чейзов или на семью Уиттакеров?
Синтия прикусила губу.
— Вам это вряд ли покажется интересным.
— Напротив. — Он сделал знак Саре поддержать его просьбу.
Сара, похожая в своих очках на добрую маленькую сову, вопросительно посмотрела на Синтию.
— Да, леди Синтия, расскажите, — умоляющим голоском попросила она. — Ваша семья ужасно скучная, да?
Синтия рассмеялась:
— Вот уж нет! Про моего папу никак не скажешь, что он скучный. Он заядлый спортсмен. Это он научил меня и моих братьев ездить верхом. Но мне не разрешали делать многие вещи, которые мне нравились. Например, сидеть на полу, класть ноги на стул, слишком громко говорить, сутулиться.
Не разрешали бегать по дому или взбегать по лестнице через две ступеньки. — Ее взгляд был устремлен куда-то вдаль, словно она погрузилась в давно ушедшие годы детства. — Однажды меня наказали за то, что я в одних чулках скользила по паркету гостиной, который только что натерли. Это было так весело! Как будто катаешься на коньках. Но мне сказали, что леди так не поступают.
— Так вы же тогда еще не были леди, — изумилась Сара, выступив в защиту Синтии-ребенка. — А как же вы играли в бирюльки, если вам не разрешали сидеть на полу?
