Она отбросила одеяло и села на край постели, свесив ноги. Ей больше не хотелось лежать, особенно когда разговор пошёл о том времени. Сжав руками спинку кровати, она встретила взгляд Ричарда.
— Когда я увозила тебя в Старый Мир, перед тем, как мы покинули Новый, мы проходили мимо огромных размеров костей. Я не слезла с лошади, чтобы посмотреть на них, но я помню, как ты ходил среди гигантских рёбер в два твоих роста. Я никогда не видела ничего подобного. Ты тогда сказал, что это останки дракона.
Я подумала, что это должно быть старые кости. Но ты сказал, что на них всё ещё оставались остатки плоти. Ты указал на жужжащих вокруг мух, как на доказательство того, что это гниющий труп, а не древние останки.
Ричард кивнул в ответ на эти воспоминания. Зедд прочистил горло.
— А ты, Ричард, когда-нибудь видел дракона? Живого, я имею в виду.
— Скарлет.
— Что?
— Так её звали: Скарлет.
Зедд недоверчиво моргнул.
— Ты видел дракона… у которого было имя?
Ричард встал и подошёл к окну. Опёрся на камень подоконника и выглянул наружу.
— Да, — наконец промолвил он. — Её звали Скарлет. Она помогала мне раньше. Она была благородным драконом.
Он отвернулся от окна.
— Но дело не в этом — ты тоже знал её.
Брови Зедда поползли вверх:
— Я знал эту драконицу?
— Да. Не так хорошо, как я и Кэлен, но знал. Заклинание Огненной Цепи, очевидно, стёрло твои воспоминания и об этом. Оно замышлялось для того, чтобы стереть всю память о Кэлен, но все продолжают забывать и другие вещи, связанные с ней.
Как я понимаю, ты знал значения символов на стенах Башни Первого Волшебника лучше, чем я. Если да, то эти воспоминания для тебя потеряны. Но сколько ещё забыто? Я мало знаю о разных способах применения магии, но когда мы сражались со Зверем той ночью, мне показалось, что раньше вы использовали более изобретательные заклинания — возможно, за исключением того, что в самом конце сотворила Никки.
Вот чего больше всего боялись люди, изобретшие заклинание Огненной Цепи. Вот почему они не хотели использовать его и даже опробовать не рискнули. Они боялись, что заклинание, один раз запущенное, будет шириться и разрушать связи, отходящие от первичной цели — в нашем случае — Кэлен. Ваши воспоминания о Кэлен, о Скарлет и о драконах вообще потеряны.
Никки встала.
— Ричард, никто не спорит о том, что заклинание Огненной Цепи невероятно опасно. Мы все это знаем. Ещё мы знаем, что оно повредило нашу память. Ты хотя бы представляешь себе, каково это: сознавать, что мы все что-то совершали, знали и были знакомы с людьми и ничего не помним об этом. Ты понимаешь, какая это пытка — постоянно страшиться того, что за воспоминания были потеряны, и какие могут быть потеряны ещё, страшиться того, что твой разум распадается на части? К чему ты всё это ведёшь, в конце концов?
— К тому — что ещё было потеряно? Я думаю, что разрушение распространяется через память каждого — их воспоминания распадаются на части, как ты говоришь. Мне кажется, что заклятие не остановилось на Кэлен. Я думаю, что оно, раз активированное, представляет собой действующий, динамически развивающийся процесс и что потеря памяти продолжает расширяться.
Зедд, Кара и Никки не выдержали решительного взгляда Ричарда и отвели глаза. Никки подумала: как они могут надеяться помочь ему, если ни один из них не может сознательно использовать свой разум? Не говоря уже о сохранении изо дня в день тех воспоминаний, которые у них ещё остались. Может ли Ричард доверять кому-либо из них?
— Боюсь, что всё не просто плохо, но становится всё хуже и хуже. — Продолжил Ричард уже спокойным голосом. — Драконы, как и многие другие существа в Срединных Землях, нуждаются в магии, чтобы жить. Что, если повреждение, нанесённое шимами, уничтожило жизненно важную для драконов магию? И, возможно, то, что за последние несколько лет никто не видел драконов, означает, что их больше нет, и из-за заклятия Огненной Цепи они теперь забыты. Какие ещё создания, использующие магию, могли исчезнуть?
Ричард ткнул себя пальцем в грудь.
— Мы тоже магические существа. У нас есть дар. И сколько осталось до того, как испорченное заклинание уничтожит нас?
— Но возможно что… — Зедд затих, не придумав никакого довода против этой мысли.
— Само заклятие Огненной Цепи искажено. Вы все видели, что оно сделало с Никки. Она была внутри заклятия и знает его страшную правду. — Ричард зашагал по комнате в такт своей речи. — Нельзя определить, каким образом искажение повлияло на действие заклинания. Может быть, именно искажение и является причиной того, что разрушение памяти распространяется дальше. Хуже то, что искажение, оказывается, стало действовать в симбиозе с заклятием Огненной Цепи.
Зедд поднял взгляд на Ричарда.
— О чём ты?
— В чём состоит бездумная цель шимов? Для чего они в первую очередь были созданы?
Ричард сам ответил на свой вопрос.
— Чтобы уничтожать магию.
Он остановился, повернулся к остальным и продолжил.
— Повреждение, оставленное шимами, уничтожает магию. Скорее всего, в первую очередь это почувствуют существа, нуждающиеся в магии, чтобы жить. Например, драконы. Этот поток событий продолжится. Но никто о таком не подозревает, так как Огненная Цепь одновременно с этим уничтожает людскую память. Я думаю, это происходит из-за искажения заклятья, которое заставляет людей забывать именно то, что они теряют.
— Подобно пиявке, обезболивающей жертву, чтобы та не почувствовала, как пьют её кровь, заклятие Огненной Цепи стирает память людей о том, что было потеряно из-за шимов. Мир катастрофически меняется, а никто не знает об этом. Как будто бы все забывают о том, что этот мир испытывает влияние магии и даже во многом функционирует посредством её. Магия вымирает… так же, как и память о ней.
Ричард снова облокотился на подоконник и посмотрел в окно.
— Начинается новый день, когда магия продолжит исчезать, а никто об этом даже не знает. Когда она полностью исчезнет, сомневаюсь, что кто-либо вообще потом вспомнит, как всё было. Как будто всё, чем был этот мир, становится мифом, легендой.
Зедд уставился в пространство, прижав пальцы к столу. Свет лампы подчеркнул глубокие морщины на его осунувшемся, посеревшем лице. В этот момент, глядя на него, Никки подумала, насколько он стар.
— Добрые духи! — произнёс Зедд, не поднимая глаз. — Но что, если ты прав?
Вдруг послышался вежливый стук и все обернулись. Кара открыла дверь, за которой стояли Натан и Энн и заглядывали внутрь.
— Мы провели стандартную проверку, — сказал Натан, входя в комнату следом за Энн и рассматривая угрюмые лица присутствующих.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
