Погонщик, не раз испытавший на себе норов виверна, в седле усидел, а вот я полетела вниз, причем от неожиданности враскоряку. Что же, чаяния ушастого отчасти сбылись; я оказалась у эльфа, только не в объятьях, а на шее. Эрин, от неожиданно свалившихся на него пятидесяти килограммов «счастья», оступился и начал заваливаться.
Я же, почувствовав, что моя эфемерная опора ускользает, инстинктивно вцепилась в ближайшую выступающую деталь. Ею оказался сапог погонщика.
Взревели все: Эрин, оттого, что приложился спиной о брусчатку, погонщик, оттого, что его частично раздели (портянка, из которой торчал большой палец, имела непередаваемое амбре), и я, чудом приземлившаяся на ноги с трофейным сапогом гренадерского размера, от неожиданности.
«Да уж, фееричное начало покорения столицы», — подумалось некстати. Мысли таракана были созвучны с моими:
— Тихо соскользнуть в объятья пылкого воздыхателя у нас не получается, не так ли, Кесси? — Его ироничное обращение ко мне заставило заозираться по сторонам в надежде, что у этого короткого представления нет свидетелей. Три раза «Ха!». Зрителей нашлось в избытке.
Я с самым невозмутимым видом повертела в руках трофей, и, пожав плечами, обратилась к публике:
— Наверное, размерчик великоват: сидит плохо.
А потом, беспечно кинув сапог через плечо, пошла прочь. Как ни в чем не бывало.
Эльф нагнал меня спустя пару шагов, с таким же невозмутимым видом пристроившись рядом:
— Вообще-то дамские магазины в другой стороне, — будничным тоном уведомил он.
— Ну и что, сейчас главное уйти, не привлекая внимания, с вектором движения потом разберемся.
— Логично.
И мы под ручку, как приличная парочка, двинулись дальше, аккуратно затерявшись в толпе. Отойдя на приличное расстояние от места «десантирования», Эрин осведомился:
— Скажите, княгиня, вы всегда так экстравагантно подходите к обыденным ритуалам?
— Поясните? — великосветским тоном осведомилась я, хотя прекрасно понимала, о чем речь.
— То ведром привечаете, то подсвечником грозите, то вот на шею садитесь в прямом смысле этого слова…
— Это мой фирменный стиль. — А что еще ответить на такое заявление леголасообразного?
— Учту. — В словах эльфа слышалась грусть. Наверняка он уже мысленно прикидывал, где прикупить местные аналоги каски и броника, с такой-то бедовой клиенткой, как я, это будет не лишним.
В дамский магазин мы попали, сделав изрядный крюк. Может, и к лучшему: я хотя бы успела привести мысли в порядок. Витрина данного заведения призывно пестрела розанами и купидончиками всех мастей. Вывеска над ней гласила: «Салон госпожи Ми-Ми», а под ней подпись: «В наших товарах вы проведете незабываемые дни и чудесные ночи». Наверное, местным барышням такая реклама казалась завлекательной, у меня же вызвала лишь умиление: мир без бьющего в глаз неона и промоутеров, что норовят всунуть флаер всем проходящим мимо, — в нем есть своя прелесть.
Как только Эрин галантно отворил передо мной дверь, раздался мелодичный звон. Судя по всему, он был призван оповестить хозяйку о посетителях. Но мои ожидания не оправдались, в том плане, что навстречу нам действительно поспешили. Но это была не почтенная фрау или легкомысленная мадемуазель. Утончённый до вязкой карамели на зубах франт расплылся в приветственной улыбке.
— Приветствую вас, уважаемая госпожа. Чего желаете? — обращался он именно ко мне, удостоив спутника лишь приветственным кивком, выражающим почтение, но не более.
— Здравствуйте, — вежливость наше все, как и умеренное кокетство. — Желаю. Много. Понимаете, я недавно вышла замуж, и хотелось бы…
— Прекрасно вас понимаю. — Приказчик улыбнулся, стрельнув глазами в эльфа. Заинтересованно так стрельнув. — В нашем магазине есть прекрасный выбор. Ваш супруг желает подождать вас здесь или пройти…
Эльф, услышавший последние слова, воспрянул духом и, перебив говорившего (наверняка опасался, и справедливо, надо заметить, моих возражений), произнес:
— Конечно, желаю!
Ах ты, паразит ушастый! Даже не поправил местного «менеджера» относительно нашего статуса. Какие мы, к чертям собачьим, супруги? Я злобно подумала: «Весь шопинг испортить решил? Ну, теперь держись!» Если до этого я планировала остановиться на шляпках и шпильках, то сейчас этот ушлый пройдоха у меня получит по полной.
— Скажите, а какие вы можете предложить пеньюары, ну, чтобы… — вполголоса проворковала я.
А дальше началось персональное испытание для Эрина. Я-то, дитя двадцать первого века, не смущалась чулок и кружевных пеньюаров, воспринимая все как игру: порою ловко выставляя обнажённую ножку из-за ширмы или щеголяя в нижних полупрозрачных рубашках.
Эльф, сидя в мягком кресле, все сильнее закидывал ногу на ногу, а потом и вовсе положил на колени дамский журнал, причем кверху ногами. Его учащенное дыхание и порозовевшие кончики ушей, которые он все чаще пощипывал, свидетельствовали: он по достоинству оценил спектакль. Я подливала масла в огонь фразами:
— Арию больше понравятся вот эти чулки в мелкую или в крупную сетку? А подвязки лучше муаровые? — И задирала подол ночной рубашки до середины бедра.
Фир, периодически, пока я переодевалась за ширмой, вставлял свои комментарии, как поэффектнее распахнуть полу или приспустить кружевной вырез.
Под конец ушастый все же не выдержал и, решительно выдохнув, заявил:
— Пойду пройдусь.
Мы остались с «менеджером» один на один.
— Ах, какой у вас муж! Я вас поздравляю! А вы, такая смелая… мало кто из дам решится так откровенно щеголять перед супругом, хотя драконицы и славятся горячим нравом, но вы-то человек…
Стало как-то даже обидно, и этот надушенный приказчик туда же: если человек, то бревно, что ли, бесчувственное? Кто меня дернул за язык ответить:
— Ах, ну бросьте! Перед своим мужем я бы не решилась, но понимаете, Эрин, он мне как подруга. Это так удобно, когда мужчина не интересуется женщинами… — При последних словах глаза франта вспыхнули. А я, словно не замечая произведенного эффекта, продолжила: — можно не опасаться ревности супруга и в то же время получить «мужскую оценку» любому наряду. — А потом, словно сожалея, промурлыкала игривым тоном: — Вот только мне теперь стоит опасаться за моего супруга: эльф-то недавно остался без друга, с сердечной раной…
Щеголеватый продавец расплылся в счастливой улыбке, окончательно уверив меня в правильности моих догадок.
Зазвонил колокольчик, оповестив, что кто-то вошел в магазин. «Эрин вернулся», — подумалось. Но сегодня, судя по всему, был день противоречий, ибо вслед за приветственной речью приказчика раздался тонкий женский голосок:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
