– Отстранили! – крикнул он, когда здания в зеркале заднего обзора уменьшились и исчезли совсем. – Новый приказ! Дело поступает в распоряжение специалистов! Ну давайте, работайте, гвардии мудаки правительства Соединенных Штатов! Ничего-то вы не найдете. Вы, болваны, даже забыли изъять у меня пропуск.
Он похлопал себя по карману, где лежал пропуск. Он по пунктам знал, что они собираются делать. И знал, как мало они найдут. Так им и надо. Это его дело, и он еще над ним работает. Или нет? Это будет решать адмирал. С ним-то и надо повидаться. Трой направился в город. По дороге ему попалась закусочная для водителей, и он вспомнил, что уже шесть часов ничего не ел. Покончив с сандвичем, он позвонил из будки секретарше адмирала. Да, адмирал на месте. Да, примет вас через тридцать минут.
Адмирала Колонна действия армии по отношению к Трою не удивили ни в малейшей степени. Слушая подробности, он посасывал трубку и кивал.
– Это СОП. Наше агентство выполнило свою работу – мы сторожили сторожа и доложили результат. Сторож исчез. Дело вышло из нашего круга обязанностей. Им занимаются те, кому полагается, а мы отходим в сторону. Стандартная Оперативная Процедура. Дело закрыто.
– Извините, адмирал, но не могу с этим согласиться. Вы дали мне задачу: узнать, зачем полковник покупает золото. Задача не выполнена. Во время ее выполнения Мак-Каллох исчез, совершив несколько преступлений, которые сейчас расследуются полицией и военной разведкой. Все согласно уставу. Но исходное дело все еще открыто и не доведено до конца.
Адмирал наклонил голову:
– Я понимаю твою точку зрения. Но что мы можем сделать такого, чего не могут другие отделы?
– Я могу обнаружить, что произошло на самом деле. У меня уже неплохие результаты – доклады вы видели. На самом деле я только начал. Должна быть связь между золотом, убийствами и кражами. Как только я пойму одно из этих действий, я пойму и остальные.
– Ты веришь, что сможешь?
– Думаю, что смогу, сэр. На дело затрачено столько времени и сил, и я прошу еще немного времени. По крайней мере разрешения испробовать свой шанс. Сэр, я еще занимаюсь этим делом?
Адмирал с минуту молча смотрел на него сквозь облако дыма:
– Занимаешься. Я согласен с твоими соображениями. В той мере, в какой это касается нашего отдела, расследование по полковнику Мак-Каллоху продолжается. Что ты собираешься делать дальше?
– Просить вашего разрешения связаться со всеми агентствами, собиравшими для нас информацию, и запросить копии докладов. Майор так быстро вышиб меня вон, что я не смог взять даже свои заметки.
– Не получится. Согласны мы или нет, официально КССС выведено из этого расследования. Даже если я запрошу информацию, нам наверняка откажут.
– М-м-мать! – Трой вскочил и заходил по комнате, вбивая кулак в ладонь. – Полный нокаут. Без этих сведений мне этого парня не раскусить. Дурак я был. Мне бы сразу сделать копии с документов, как только я их получил!
Адмирал кивнул в знак согласия:
– Ты довольно поздно приходишь к выводу, который я сделал много лет назад. Следует установить стандартную процедуру: пришла бумага – немедленно сделать с нее копию и подшить. Полагаю, после вполне предметного урока ты согласишься с разумностью такого подхода.
– Так вы... так у этих документов есть копии?
– Разумеется. Я же сказал, что это стандартная процедура. Сейчас с них будут сняты дубликаты и посланы в тот ящик внизу, который служил тебе кабинетом. – Он поднял руку. – Не нужно благодарностей. КССС – мой отдел. И я не меньше тебя хочу, чтобы это дело было раскрыто, к нашему общему удовлетворению.
Трой не мог сдержать радость:
– Великолепно, сэр! Я должен вас благодарить, поскольку вы спасли мою шкуру. И я это дело расколю.
– Буду ждать твоего доклада.
Трой двинулся к двери, но вдруг обернулся:
– Могу я задать вам личный вопрос, сэр?
– Задать можешь. Ответить не обещаю.
– Ну, он не совсем личный, скорее – для информации. Сэр, что вы делали на флоте? Не поймите меня неправильно, я не критикую флот, но я смотрю, как вы управляетесь с отделом, и думаю, что, наверное, ошибался в представлениях о флотском порядке.
– И опять же, возможно, не ошибаешься. Флот вырабатывает привычку работать с книгой и не проявлять излишнего воображения. Может быть, поэтому я оказался здесь. Кроме того, я, может, никогда и не был на флоте. Посмотри на себя – разве ты лейтенант? Однако на тебе форма лейтенанта. И закончим на этом. Жду твоих докладов о ходе расследования.
Трой спустился в свой отсек и погрузился в работу. Бумаги расползались по столу и даже скользили на пол, Трой перекладывал их, пытаясь как-то классифицировать. Только просмотрев все подробные доклады ФБР, он позволил себе сбросить первый слой. Далее шли расчеты личности Мак-Каллоха, выполненные психиатром по данным личного дела и медицинской карты Мак-Каллоха.
Работа была выполнена трудная и очень фрейдистская. Много выводов основано на том, что полковник рано покинул дом. Далее шли спекулятивные рассуждения на тему отторжения от матери и извращения братских чувств. Трой перелистнул несколько страниц и перешел к заключению.
«В силу изложенного я прихожу к заключению, ослабленному, к сожалению, как я упоминал ранее, отсутствием личного контакта с объектом и состоящему в том, что объект обладает сильной личностью параноидального типа и его приспособленность к жизни подвергается напряжению в силу наличия шизофренических тенденций. Он ощущает, что его обходят по службе менее квалифицированные работники и что его недостаточный успех является не следствием его собственных недостатков, а следствием пороков общества в целом. Служба в военных структурах приучила его действовать адекватным образом, несмотря на подобные настроения. Однако его послужной список, равно как и обвинения в убийствах, совершенных в период службы во Вьетнаме, хотя таковые обвинения были впоследствии сняты, свидетельствуют о сильной склонности к человекоубийству. Он не теряет способности отличать правильное от неправильного, однако всегда полагает себя правым и испытывает желание поступить по своей воле с тем, кого считает неправым. Наиболее серьезными для офицера действительной службы представляются его, хотя и подавленные, тем не менее злобные и подразумевающие насилие антинегритянские побуждения. Этот вывод подтверждается его прежним членством в ку-клукс-клане. Наиболее глубокой мотивацией для объекта является ненависть, вызванная этими побуждениями. Я уверен, что он не сможет подавлять эти чувства еще сколько-нибудь продолжительное время».
– Для этого не надо быть психиатром, – сказал Трой, бросая документы на захламленный стол и брезгливо вытирая руку о брюки. – Я это знал с первого взгляда. Ну ладно, это хотя бы доказательство. Что я еще знаю?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
