– Я тебе предложил, помнишь? – спросил Клейман. – Отправить золото назад, инвестировать, вернуться в настоящее, а теперь шлепай в банк – и ты миллионер.
– Не годится, – сказала Роксана. – Ты забыл самое важное.
– Верно, – согласился Клейман, – не сработает. Дорога-то в один конец, разве что ты прихватишь с собой всю девятую лабораторию. Кто этого не сделал, тот не собирается вернуться. Однако мою теорию это не опровергает. Просто возьми с собой эту кучу золота в тридцатый год, во времена депрессии, когда ликвидных активов почти не было, – и ты богач. Могу спорить, что именно так он и поступил.
Трой покачал головой:
– Не звучит, Боб. Хорошо, но не для этого человека. Насколько нам известно, материальные потребности полковника Мак-Каллоха удовлетворялись полностью. Проще говоря, все, чего ему хотелось, было у него здесь и сейчас. Уходить в прошлое обогащения ради не имело смысла. И это не объясняет подбор книг и исследования, которыми занимался полковник. А кража синек и автомата? Нет, у него был другой мотив, и его надо найти.
– Вы правы, Шерлок, – согласился Клейман. – Найдите мотив, и вы найдете преступника. А потому пущу-ка я в работу мой верный ржавый калькулятор. Показания приборов у меня с собой... да, это мог быть человек. Масса объекта – девяносто пять и сорок пять сотых килограмма.
– Полковник столько не весит, – возразила Роксана.
– Не весит, – согласился Трой. – Если у него нет с с собой чемодана с золотом на четверть миллиона.
– Разумеется. Посмотрим, что Боб сможет извлечь из цифр.
– Сначала я должен внести поправки, – бормотал Клейман, щелкая клавишами. – Дата прибытия далека от предсказанной. Если перевести разность в секунды и грубо оценить распределение...
Оба они молча смотрели на Боба, погрузившись в свои мысли. Роксану Делькур мало волновал полковник, с которого все началось, поскольку ей виделись широкие горизонты, уготованные неожиданным открытием. Какие дороги открывались перед проектом, которому она отдала столько сил и лет!
Трою не легко было забыть Мак-Каллоха. Дух убийцы, спрятанный под маской джентльмена, и так хорошо спрятанный, что никто не заподозрил. Можно ли найти его и отдать в руки правосудия? Трудно сказать.
– Нашел, – сказал Клейман, пряча калькулятор в карман. – Это неточно, поскольку для скорости я кое-какие цифры округлил. Но ошибка не больше нескольких дней, максимум – неделя. Я глубоко уверен, что при допущениях...
– Роберт, – прервала его Роксана. – Хватит лекций. Давай сюда дату.
– Ах да, извините, ребята. В пределах упомянутых мной допусков можно сказать, что масса чуть более восемьсот пяти килограммов была отправлена назад на сто двадцать четыре года. Так что, Трой, можешь больше не искать Старого Брюзгу. Он давно уже умер и похоронен. Однако основной вопрос остается открытым.
– Именно, – сказал Трой. – Его мотивы.
– Совершенно верно. За каким лешим расставаться с удобствами, бедами и антибиотиками двадцатого века ради ухода в год от Рождества Господа нашего тысяча восемьсот пятьдесят восьмой?
17
Пачка документов, составлявших дело Мак-Каллоха, имела внушительный вид. В сложенном виде она достигала тридцати сантиметров высоты. Трой перенес их с Массачусетс-авеню в кабинет здания охраны лаборатории, который раньше занимал полковник. А теперь – он. Их лучше изучать именно там, где полковник работал.
Полковник Уэсли Мак-Каллох, для своих – Уэс.
Трой устроился за столом, подтянул к себе разлинованный желтый блокнот и написал наверху страницы слово «Уэс». Он хотел понять этого человека, влезть в его шкуру и взглянуть на мир его глазами. Ключи к разгадке были где-то в этой пачке документов. Если изучить их как следует, понять движущие пружины этого человека, причины всех событий всплывут сами собой.
В одиннадцать он прервался, чтобы выпить чашку кофе, потянуться и выпрямить спину. Сидеть за столом несколько утомительно. Зато желтый блокнот заполнялся, и сквозь записи проступал пунктирный контур человека. Отрываться Трою не хотелось. Он отнес кофе в кабинет и подошел к окну, как это много-много раз мог делать полковник. Ему хотелось увидеть заоконный пейзаж точно так, как его видел Уэс Мак-Каллох.
Мысли Троя прервал стук в дверь.
– Меня зовут ван Дайвер, – сказал стоящий в дверях человек а мундире. – Майор ван Дайвер.
Он вошел в комнату, и Трой увидел за его плечом целую группу военных, потом дверь закрылась.
– Могу ли я спросить, какого черта здесь делается? – спросил Трой.
Майор кивнул головой с жиденькими белесыми волосами, и его розовые щеки затряслись, как у бульдога. Белые зубы явно были искусственными, а водянистые голубые глаза за стеклами очков в стальной оправе помаргивали.
– Я вас освобождаю. Вот приказ. Отдан в Пентагоне сегодня утром. Лей-те-нант...
Последнее слово он произнес врастяжку, с натянутой холодной улыбкой – чуть-чуть высунулись и спрятались снова зубы за тонкими губами. Похоже, верхняя челюсть была плохо подогнана, и он все поправлял ее языком. Стараясь не обращать на это внимания, Трой прочитал все официальные документы. Они были в полном порядке. Колеса военной машины наконец завертелись и выбросили его, из дела. Трой вернул документы:
– Хорошо, майор. Мне нужно полчаса для очистки стола и сбора документов...
– Нет. Все бумаги останутся здесь, а вот вы уберетесь немедленно. Мои люди не в курсе, но я знаю, что здесь происходит. И я знаю, что вы – всего лишь сержант, прикомандированный к одному из секретных подразделений. И когда я сказал, что я вас освобождаю, сержант, это означало, что вы свободны с этой минуты. В любом смысле. Мне не нужны эти чертовы секретные службы, которые поналезли всюду при нынешней администрации. Армия в состоянии провести расследование по делу своего офицера – на то у нас и военная разведка и контрразведка. Вы этим занимались на вашем уровне – что-то там про золото. То дело закончено, а это гораздо более важное. Вы отстранены. Документы остаются здесь. Надеюсь, вам все ясно. Свободны, сержант.
Трой открыл рот – и медленно закрыл его. Он получил приказ. Все. Точка. Ничего, что могло бы изменить ситуацию, он сказать не может. Все, что он сделал, что еще собирался сделать, все его теории никому не нужны. Его выгнали, и все. Выбора у него нет, и изменить ничего нельзя.
Трой щелкнул каблуками по стойке «смирно» и отдал честь. Майор ван Дайвер вернул приветствие. Трой повернулся на каблуках, подошел к двери кабинета, открыл ее и вышел. Через приемную, не глядя по сторонам, на автостоянку к машине. Он выехал и направился к воротам, которые открылись при его приближении. Охранник кивнул ему, и он, проезжая, помахал рукой. Только отъехав на приличное расстояние, он почувствовал, как его отпускает напряжение. Он улыбнулся, потом рассмеялся в голос.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
