тысяч фунтов! — восклицает она. — Старуха сошла с ума.
Как только мы одеваемся, мы оплачиваем покупки и направляемся на второй этаж, где Давина смогла быстро забронировать столик в Bond & Brook. Ресторан гламурный, сверкающий ослепительно белыми и серебряными тонами. Мы сидим за столиком рядом с окнами, выходящими на улицу, заполненную людьми, которым не терпится потратить деньги.
— Я смогла пригласить нас только на послеобеденный чай, надеюсь, ты не против.
— Конечно.
Наш официант быстро накрывает стол с горячим чаем и розовым шампанским Pommery, а также небольшими закусками, состоящими из тарталеток с крабами, булочек с грушей и шербета из сельдерея и огурца.
— Это выглядит потрясающе, — говорю я. — Спасибо тебе за то, что ты это делаешь.
— Конечно. Я просто счастлива видеть, что Деклан делит свою жизнь с кем — то. Я уже начала беспокоиться, что он навсегда останется один. — Она тихонько смеется, но я знаю, что она говорит серьезно. — Значит — это должно быть, была любовь с первого взгляда?
— Почему ты так говоришь?
— Он сказал, что вы двое встретились на открытии Lotus. Это было в начале декабря, не так ли?
— Да, — отвечаю я, а затем делаю глоток чая.
— Сейчас апрель, и он уже поселил тебя у себя.
— Я думаю, ты права. — Я немного удивлена, но скрываю это. Такое чувство, что с той ночи, когда я встретила его, прошло гораздо больше времени. — Я не могу поверить, что прошло всего четыре месяца.
— И я не могу поверить, что он держал тебя в секрете от меня, — язвит она с улыбкой, прежде чем откусить одну из тарталеток. — Ну, я знаю, что ты не работаешь здесь, в Лондоне, но чем ты занималась, когда жила за границей?
— Эм… — Деклан сказал мне просто отвечать на вопросы как Элизабет, но я не могу этого сделать. Я промокаю рот салфеткой, оттягивая время, но оно все равно движется вперед. — Я немного… — Я вспоминаю, как я познакомился с Беннеттом, и продолжаю:
— Я работала в сфере общественного питания в течение короткого периода.
Я не уверена, замечает ли она мои колебания, но она продолжает, говоря:
— Это так забавно. Я работала в этой сфере после университета. Я была барменом в компании общественного питания в Эдинбурге.
— Действительно?
— Мои родители не такие, как большинство. Они оплатили мне учебу, но как только я закончила учебу, они закрыли кредитные карты, и я была предоставлена сама себе. Мне потребовалось некоторое время, чтобы найти работу, так что в это же время я работала барменом, — объясняет она.
— Ты ходила в школу с Декланом?
— Нет. Деклан был безупречным учеником. Я — не так уж сильно. Я училась в Университете Данди.
— Где это?
— К северу от Сент-Эндрюса, где Деклан ходил в школу. На самом деле, меньше часа езды, — говорит она мне. — А как насчет тебя? Где ты училась в университете?
— Куда я пошла? — Я никак не могу сказать ей правду, поэтому прикрываю свою задницу и лгу. — Штат Канзас. — Это университет, в котором, как я сказала Деклану, училась Нина, но я сразу же пинаю себя за ложь, когда Деклан ясно дал понять, что я не должна этого делать, и когда я продолжаю, я запинаюсь на своих словах, зная, что мне нужно исправить ложь. — Ну, я имею в виду… — Черт!
— Все в порядке?
Она видит меня насквозь. Когда она встает, я задаюсь вопросом, знает ли она каким — то образом, что я фальшивка. Она подходит и садится рядом со мной.
— Позволь мне извиниться, — начинает она, и я не отвечаю. Я просто позволила ей продолжать. — Я не хотела совать нос не в свое дело. Я вижу, что поставила тебя в неловкое положение.
— Нет, — говорю я, пытаясь прикрыться. — Я просто немного закрытая.
— Я могу это понять. Просто, ну, после смерти Лилиан — Деклан сильно изменился. Он изолировал себя почти от всей семьи. Тем не менее, нам двоим удалось сблизиться, и мы остались такими, — рассказывает она. — Я очень люблю его, и когда я разговаривала с ним после нашего ужина прошлой ночью, он сказал мне, что ты была продолжением его. Так что я не могу не любить тебя тоже из — за этого.
Ее слова искренни и застают меня врасплох. Я не вижу никаких других мотивов с ее стороны, кроме искреннего желания узнать меня получше. Деклан был прав, когда сказал мне, что она хороший человек, потому что именно такое впечатление она производит на меня прямо сейчас.
— Я никогда не ходила в колледж, — признаюсь я ей, желая стереть ложь. — Мне жаль, что я солгала. Наверное, мне просто было стыдно. — Обнародование моей правды — это не то, к чему я привыкла. Я лгунья, манипулятор, самозванка. Или я ими была. Но я всегда от чего — то убегала, сбежала в четырнадцать лет. Всегда, так или иначе уклонялась от закона. Но сегодня, прямо сейчас, я собираюсь сделать шаг вперед в роли Элизабет. Если Давина верит, как Деклан, что я его продолжение, она не будет осуждать.
— Я была приемным ребенком, так что колледж никогда не был для меня вариантом.
Она улыбается и кладет свою руку поверх моей в жесте, который одновременно успокаивает и чужд.
— Спасибо, что доверила мне это.
Я киваю, и после того, как она слегка сжимает мою руку, она возвращается на свое место напротив меня. Она делает глоток шампанского, улыбается, а затем добавляет в шутку:
— Мы должны заказать еще шампанского… Угощение Деклана.
Она подмигивает, вытаскивает одну из его кредитных карточек и смеется.
— Он сунул ее мне, когда я забирала тебя, на случай, если ты откажешься использовать другую карту, которую он тебе дал.
Я качаю головой.
— Этот негодяй!
— Что ж, этот негодяй собирается оплатить наш счет.
Разговор стал менее напряженным теперь, когда с моих плеч свалился груз беспокойства и секретности. Она спрашивает о нашей поездке обратно в Штаты, и я рассказываю ей все о Чикаго. Я ни в коем случае не собираюсь рассказывать ей всю историю своей жизни, но сейчас я наслаждаюсь легкой беседой с кем — то, кроме Деклана или Лаклана. Эти двое так много знают о моей тьме, но с Давиной я чувствую себя немного… новой и даже немного нормально.
Глава 15
Элизабет
Я запихиваю список пассажиров вместе со своим блокнотом и списком контактов в конверт из плотной бумаги и застегиваю его на молнию в своем чемодане. Прошлая ночь была
