Надписей (это, скорее всего, было именно так), то становится понятным, куда делся весь этот несчастный народ.
— Неужели классические майя были в основной своей массе принесены в жертву? Тогда понятно, куда все делись… Но ведь это чудовищно! — посмотрел я на замолчавшего антрополога.
— Я вижу, и ты думаешь о том же… — глаза у дяди Ёши были грустными.
— Ну, а как тут не предполагать? — заволновался я. — Во-первых, до сих пор наука никак не может объяснить гибель майской цивилизации. И, во-вторых, становится понятным, почему мумию зверюги спешно и тайно поменяли на скелет 40-летнего человека. Хотя бы старика нашли для такого дела… Торопились — мать их за ногу! — выругался я. — Если бы лежал скелет старика, то было бы труднее доказать подлог.
— Спокойно! — сказал учёный. — Бог их попутал и слава ему! Ну, а твоё мнение?
— Неужели был принесён в жертву эгрегору Амона целый этнос? Хочешь сказать, пятому Солнцу? — застучал пальцами по столу спец по загадкам истории.
— Да, пятому! Нашему Солнцу или Амону, не всё ли равно, дело не в Солнце, а в исчезнувшем неведомо куда народе.
— Думаю, что такое вполне могло произойти. Ты же знаешь, что любая реформа всегда начинается с идеологии, а точнее, с подмены жречества. Если во главе клана правителей майя оказался Пакаль, один из архитекторов паразитического, создаваемого для разрушения земного социума эгрегора, то можно представить судьбу классических майя… Когда на жертвенные алтари пирамид повели тысячи и тысячи ни в чём не повинных людей. И этим занялись свои же жрецы, то в индейском обществе вполне могла начаться самая настоящая паника. Допускаю, что фанатики-зомби за свои жизни бороться не стали, но людей с придурью всегда не так много. Остальное же население майских племён стало искать спасения от своей религиозной элиты. И нашло его на берегу Атлантики в той стороне, куда, судя по легенде, ушёл от индейцев их белый бог Кукулькан или Кецалькоатль. Там, на берегу океана, и возникло несколько городов-государств поздних майя. Во главе со знаменитым Чичен-Ица. Но, похоже, со временем и до них добрались «добрые дяди» с каменными ритуальными тесаками. Потому что к приходу испанцев от поздних майя почти ничего не осталось, — закончил своё грустное повествование историк.
— Тебе бы диссертации писать на эту тему дядя Еша, — сказал я искренне.
— И угодить в сумасшедший дом… Видишь, вон на полке за стеклом пять папок? — показал историк на противоположную стену комнаты. — Всё это мои диссертации. За каждую из них могут посадить в лучшем случае к психам, в худшем, сам знаешь куда…
— Пятикнижие! — посмотрел я на дядю Ёшу, улыбнувшись. — Неужто Антибиблия?
— Самая настоящая! — засмеялся учёный. — Но как ты догадался?
— Право не знаю, просто пришло в голову… — развеселился я. — Если у тебя на полке в папках лежит Антибиблия, значит, ты, дядя Ёша, получаешься что-то вроде антиеврея! Так?
— Как раз, наоборот! — выпятил свою грудь знаток альтернативной истории. — Я считаю себя евреем настоящим, таким, каким должны быть все евреи. Это иудеи являются антиевреями. Но хватит шутить. Пора бы нам закругляться с нашей темой. Мы уже целый день её мусолим. Теперь, я думаю, ты понимаешь, какая сила проталкивает шудр и неприкасаемых к деньгам и власти? Понимаешь, почему все эти хищники и охищенные столь цепки и живучи? Знаешь их Бога практически досконально: и откуда он взялся, и как устроен, что он хочет от своих хозяев… И что более всего ценно, кто им управляет…
— И куда ведёт это вот управление, — вставил я от себя.
— Да, — согласился антрополог.
— Но я жду от тебя, дядя Ёша, рассказ о тех людях, которые побывали в храме вот этих, — показал я на рисунок рептилоида. — Ты же всё время переводишь разговор на другие темы. Если это секрет, то не рассказывай, если же секрета нет, то я весь во внимании.
— Хочешь услышать о подземном храме Сета? — переспросил знаток эзотерических знаний. — Я грешным делом думал, что ты о нём уже забыл… Ну что же, тогда слушай.
Глава 8. Храм Сета
— Всё началось, юноша, с древней карты коптов, — приступил к своему повествованию историк. — Карту эту хранили когда-то жрецы бога Ра из Гелиополя. На ней был изображен путь от столицы Нового царства города Фивы в глубь Ливийской пустыни к очень древнему подземному храму бога-покровителя части фиванского жречества. По сути, на карте был изображен участок кочевой дороги переселенцев из погибшей Атлантиды. На ней со временем и возник храм Сета — духа зла и разрушения. Фактически, научная лаборатория по созданию нового на Земле эгрегора и будущего «нового порядка». Этот эзотерический институт жрецы атлантов в стране Кеми организовывать не стали. В додинастическом Египте после великой войны и потопа правили потомки легендарных Шемсу-Гор, враги атлантов — люди белой расы, пришедшие с севера. Их скелеты до сих пор приводят в изумление многих антропологов. Поэтому, как ты говоришь, недобитки из Атлантиды и выбрали уединенное место на старой кочевой дороге. Почему на дороге? Да потому, что вдоль неё были когда-то вырыты десятки колодцев. Посмотри, вот она эта самая дорога поздних атлантов, — повернулся к лежащей на столе карте Сахары рассказчик. — Крестиками отмечены на ней колодцы. Перед тобой, как ты понимаешь, копия, но это дело не меняет. Она предельно точна и ей можно вполне доверять. На тайной старинной карте коптов было изображено то же самое. Она, эта карта, и толкнула группу отчаянных безумцев на подвиг, равных которому практически нет. Представь, тысяча километров сплошных песков, и практически без воды!
— Но ведь ты говорил, что по всей кочевой дороге было вырыто множество колодцев? — невольно задал я вопрос.
— Когда-то колодцы были. Тысячи лет назад. Но в наше время их почти что не осталось. Ты же знаешь, что такое сыпучие передвижные барханы, — оторвал от карты голову антрополог.
— Кое-что читал на эту тему, — ответил я.
— На всём протяжении пути экспедицией было найдено всего шесть сохранившихся от песка колодцев. Всего шесть! Но трудности не остановили людей.
— Ты говоришь какими-то загадками, дядя Ёша. Не сказал, кто снарядил экспедицию к храму, зачем и кто был участник этого беспримерного похода? — перевел я повествование историка в несколько иную плоскость.
— Я думаю, ты уже догадался, Гера, что вышеупомянутый в берберском предании подземный схрон ящероголовых и построенный атлантами храм Сета одно и то же заведение.
— Если честно, нет, — признался я. — Мне показалось, что ты говоришь о разных вещах.
— Я говорю об одном и том же, юноша. Только рассматриваю тайну храма с разных сторон.
— В первый раз ты мне говорил, что подземный храм в пустыне был построен ящероподобными, а теперь утверждаешь, что его возвело жречество погибшей Атлантиды…
— Чтобы беспрепятственно общаться со своими союзниками и подельниками, — прервал меня учёный. — Эта подземная лаборатория стала тем тайным местом, где люди начали регулярно общаться с космической нелюдыо. Поэтому я и говорил о нём как о схроне вот эти, — обратил моё внимание на рисунок рептилоида эзотерик. — Речь идёт об одном и том же месте. А то, что у Сета голова осла, — всего лишь камуфляж. На самом деле перед тобой подлинное изображение твари, которая создала на Земле свою глобальную империю.
— Плюс полевую энергоцентраль, от которой современное человечество не знает куда деться, — с умным видом подвёл я итог объяснению учёного. — До меня дошло, дядя Ёша, поэтому давай продолжай дальше, — принял я удобную за столом позу.
— Кто выдвинул идею добраться до подземного логова ящероголовых и храма духа смерти, до проклятого берберами места, я не знаю. Меня в такие глубины не посвятили. Но возглавил экспедицию копт, один из современных жрецов бога Ра. Он и предоставил древнюю фиванскую карту, взятую для этой цели в одном из тайных хранилищ. Скорее всего, из архива жрецов города Ану или Гелиополя. Вторым участником необычной экспедиции был тоже копт — сильный, выносливый воин и телохранитель жреца. Он, как и его шеф представлял собой древнюю египетскую традицию, поэтому проблем с ним никаких не было. Третьим участником похода был армянин из Стамбула. В его обязанности входило финансирование экспедиции и помощь в её организации. Показал этот человек себя только с хорошей стороны. Жаль, что из песков к своей семье он так и не вернулся…
На несколько секунд историк задумался, а потом сказал:
— В экспедиции приняли участие три кавказских еврея. Все трое были наши гелиопольцы из отступников. И не фанатики, люди самой высокой пробы. Забегая вперед, скажу тебе, что они тоже погибли. Все трое. Погибли как герои…
Слушая учёного, я молчал. Мне была понятна его боль по отношению к соплеменникам. К людям, которых в среде обманутого еврейского народа буквально единицы.
