Микки излагала суть дела, подтверждая свои слова диаграммами и статистическими выкладками, которые наспех подготовили ее сотрудники. Навин откровенно скучал: сначала вертел в руках пепельницу, а потом стал постукивать своей дорогой ручкой «Mont Blanc» о серебряную подставку. Когда Микки выразительно посмотрела на него, а Судхабен сверкнула глазами, он, с виноватым видом отложив ручку, сделал вид, что внимательно слушает. Девушке стало ясно, что его присутствие здесь — пустая формальность, а окончательное решение будет принимать Судхабен и ее ближайшие помощники, которые пока что скрывали свои мысли за вежливой маской внимания. Микки говорила минут двадцать. По окончании ее доклада никто не произнес ни слова. Потом Судхабен встала, подошла к девушке и с материнской заботой положила ей руку на плечо.
— Что ж, девочка еще совсем молоденькая, в бизнесе недавно. Надо поддержать ее, ведь она только-только начинает входить в деловые круги.
Микки залилась краской. Вот стерва! Хотя что тут возразишь? Девушка откинулась на спинку стула и стала с независимым видом складывать бумаги. А Навин-то хорош, хоть бы слово сказал в ее защиту. Присутствующие смотрели на Судхабен, ловя каждое ее слово. А та продолжала снисходительно сюсюкать. Через пять минут Микки осознала, что переговоры зашли в тупик и она потерпела полное фиаско. Девушка встала, поблагодарила всех собравшихся за внимание и за то, что уделили ей время. Навин упорно избегал ее взгляда и даже не предложил проводить до машины. Что ж, оно и к лучшему: у нее не хватило бы сил объясняться с ним. после всего того, через что ей только что пришлось пройти.
***
Шанай дожидался Микки в офисе. Он бросился ей навстречу, когда она шла к своему кабинету по пустому полутемному коридору. Они зашли внутрь, Микки сбросила с себя пиджак и тяжело опустилась в огромное кресло отца.
— Ничего не вышло, — коротко сказала она.
Шанай сочувственно кивнул. Она была рада, что он здесь, и, если бы он не подвел ее недавно, рассказала бы ему все, но…
Микки злилась не столько на Навина, сколько на себя. Она неверно оценила ситуацию, преувеличив свою роль в его жизни… И сейчас чувствовала стыд и отчаяние.
— Пойдем, выпьем чего-нибудь, — предложила она с печальной улыбкой.
Они отправились в Library Ваr в Президент-отеле. Микки здесь нравилось: тихо, спокойно и уютно — то, что надо. Они уселись за ее любимый столик в углу. Микки даже не пришлось делать заказ: бармен прекрасно знал ее вкусы. Через минуту перед ней появился бокал с освежающим дайкири. Шанай заказал апельсиновый сок. После трех больших глотков Микки стало легче.
— Выше нос, — сказала она, склонившись к Шанаю. — Это еще не конец света. Мы найдем человека, который нам поможет. Но сначала мне надо кое-что сделать. — Она махнула рукой, и перед ней тут же появился симпатичный молодой официант. — Принесите мне блокнот, пожалуйста.
Микки написала короткую записку Навину. О том, что помолвка расторгнута, что кольцо и другие подарки она завтра же вернет. А в конце не удержалась от колкости, посоветовав в следующий раз подцепить кого-нибудь более платежеспособного.
Удивительно, но разрыв с Навином ее совсем не расстроил. Наоборот, ей захотелось выпить еще стаканчик дайкири… а потом еще один. Микки решила, что должна радоваться — ведь пусть такой ценой, но ей удалось избежать ужасной ошибки. Подняв свой бокал, она сказала Шанаю: «Выпьем за жизнь!» — откинула голову назад и рассмеялась. У Шаная перехватило дыхание.
***
Весть о разрыве помолвки разлетелась быстро, а вместе с ней и слухи о катастрофическом финансовом положении «Хиралаль Индастриз». Причем последнее взбудоражило гуджаратскую общину Бомбея куда больше. Микки понимала: теперь в большинстве домов ей вряд ли будут рады, и шансов удачно выйти замуж у нее почти не осталось.
Ами пригласила ее на чашку кофе, как только узнала новости.
— Милая, — проникновенно заговорила она, — чувство юмора — это прекрасно, но каждому надо найти свое место в жизни, и к тебе это тоже относится. Что ты намерена делать дальше?
Микки расправила складки на своем шифоновом сари — одном из тех, что купила по совету Ами для офиса.
— У тебя есть на этот счет какие-то соображения? — спросила она беспечно.
Ами задумчиво посмотрела на нее.
— Помнишь того человека… Мальхотру… После того как мы столкнулись с ним в Чемберс, я навела кое-какие справки. Как тебе известно, я полностью доверяю своим источникам в бридж-клубе. И знаешь, о нем не так уж и плохо отзываются… Он, конечно, мошенник, но хуже того, каким оказался Навин, ничего не может быть. Думаю, тебе стоит позвонить Бинни. Женщинам вроде нас с тобой не место в трущобах. Нам нужен элементарный комфорт. Мы привыкли ездить за границу, предпочитаем постельное белье с монограммами, любим дорогие безделушки, нам нужны слуги и машины… Глупо было бы от всего этого отказываться. Сейчас, если так можно выразиться, твои акции сильно упали. Самый простой способ быстро поднять их котировки до небес — это породниться с Мальхотрой. Давай рассуждать здраво. Чем тебе это грозит? Если брак окажется неудачным, всегда можно развестись. Сейчас это не считается катастрофой, не то что раньше. Ты молода и привлекательна. Возможно, в будущем у тебя будут десятки таких, как Мальхотра. Но сейчас тебе нужен рыцарь, пусть даже в ржавых доспехах и без белого коня. Поэтому будь хорошей девочкой: иди сейчас домой, понежься в свое удовольствие в горячей ванне, а потом надень свое самое сексуальное белье и позвони этому Бинни.
Однако Микки не пришлось делать первый шаг. Он позвонил сам. Она чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда трубка в ванной запиликала.
— Что поделываешь? — спросил он.
— Принимаю ванну, — ответила она и тут же прикусила язык. У нее и в мыслях не было провоцировать его.
— Чудесно, — ответил Бинни. — Предлагаю встретиться сегодня. Машина будет ждать тебя через час. Так что вытирайся и надевай что-нибудь красивое. Я отвезу тебя в очень необычное место. Надеюсь, ты не боишься воды?
Крайне заинтригованная, Микки положила трубку и вылезла из ванной. Воды? Что он там задумал? Она подошла к шкафу и стала пристально изучать его содержимое. Ощущая какой-то странный подъем, она остановила свой выбор на черной куртке-болеро и длинной черной юбке с большим разрезом. К этому прекрасно подошли жемчужно-серая шелковая блузка и несколько ниток жемчуга из маминой шкатулки, подчеркивающих изящную простоту наряда. Неспешно одевшись, Микки стала выбирать духи. После недолгих раздумий она остановилась на легком женственном аромате «White Linen» от Estée Lauder. Ненавязчивый, но очень притягательный. Микки глянула в зеркало, осталась довольна и попросила Гангубаи принести стакан апельсинового сока.
