— Давай-давай, — нетерпеливо повторил он.
Микки медлила, она слышала, что за дверью в офисе кипит работа. Тогда Бинни подошел к ней и стал сам расстегивать пуговицы ее блузки. Микки попыталась было его остановить, но она уже поняла, что Бинни Мальхотра привык получать все, чего хочет, поэтому смирилась и даже помогла ему расстегнуть молнию на юбке.
— Я мечтал об этом с того самого дня, как впервые тебя увидел, — сказал он с довольным смешком. — Мне хотелось овладеть тобой прямо здесь, на этом столе… и не в выходной… и не вечером, когда все уйдут, а прямо посреди суматошного рабочего дня, когда секретарша звонит по селектору, а меня ждут посетители.
Микки снисходительно улыбнулась. Подобное безумство ее заводило. Бинни подхватил ее на руки и осторожно положил на свой огромный рабочий стол. Под нежными прикосновениями его пальцев она чувствовала себя драгоценной фарфоровой статуэткой. Тут раздался телефонный звонок. Звонили не через секретаршу, а на прямой номер Бинни. Он не обращал на это ни малейшего внимания. Телефон не умолкал, и с каждым новым звуком Бинни все больше распалялся. Одно нетерпеливое движение его руки — все бумаги и папки со стола полетели на пол. Он раздвинул Микки колени и подтянул ее к краю стола.
— Отлично! — выдохнул он, мягко проникая в нее.
Микки на мгновение приоткрыла глаза и увидела отражение их тел в стеклянном плафоне лампы. Бинни запрокинул голову и откинулся назад.
— Мечта сбылась, — прошептал он, все ускоряя и ускоряя движения. — Подожди, не кончай, принцесса… или нет, кончай снова и снова.
Его дыхание стало прерывистым, он положил руки ей на грудь и зажмурился. Микки уже готова была растаять от блаженства, но Бинни внезапно отстранился и рывком усадил ее.
— Понравилось? — спросил он, задыхаясь.
— Почему ты остановился?
Она притянула его к себе, до крови оцарапав ему спину. Он подхватил ее на руки и понес к стоявшему в углу мягкому дивану.
— Еще! — взмолилась Микки и тут же вновь ощутила его в себе.
— Оседлай меня, принцесса. Представь что я — твой скакун, — предложил он.
Микки послушно следовала его желаниям. Не в силах сдержаться, она обхватила его за шею и протяжно застонала. Ей было наплевать, что их могут услышать.
— Да, принцесса, да… еще, — повторял Бинни.
Микки двигалась все быстрее и быстрее. Хотя в кабинете работал кондиционер, она вся покрылась блестящими капельками пота. В тот самый момент, когда она уже почти достигла вершины наслаждения, он пальцами проник в нее сзади. Микки взвыла от сладкой боли, и они кончили вместе. Хриплое дыхание. Мокрые тела. Полное опустошение. Они были созданы друг для друга.
Микки убеждалась в этом каждую ночь. Неутомимый в любовных играх, Бинни к тому же каждый раз выбирал новое место для свидания. Перед Микки открывались все новые грани сексуальности, такие, о которых она раньше даже не подозревала. Бинни наслаждался, соблазняя ее по телефону, его откровенные слова и неистощимая фантазия доводили Микки до оргазма. Она ревновала Бинни к его прошлому и подробно расспрашивала о других близких ему женщинах, но он закрывал ей рот поцелуем и начинал новую любовную игру.
— Не будем об этом, принцесса. Теперь для меня существуешь только ты. С кем я был до тебя и сколько у меня было женщин — не имеет значения. Наслаждайся настоящим. Главное, что мы вместе.
Микки улыбнулась, провела носом по его груди и поцеловала в сгиб локтя, на котором только что покоилась ее голова. Он признала его правоту — ведь он же не расспрашивал ее о бывших поклонниках и даже о Навине не заговаривал.
Тот вечер они провели в городской резиденции Бинни, и Микки была ему за это благодарна: ей уже надоели бесконечные вечеринки, которые устраивались в их честь. Там присутствовали люди постарше, и если мужчины вели бесконечные разговоры о делах, то женщины казались Микки приторными, и ей было скучно слушать, как они обсуждают свои бесконечные покупки. Но с Бинни, который то заговорщически с ней перемигивался, то склонялся, чтобы поцеловать, то просто глядел на нее поверх голов разодетых гостей, ей было хорошо. Она влюбилась.
Микки ругала себя за то, что не сразу его оценила. За суровой внешностью и грубоватыми манерами она не сумела разглядеть внимательного, нежного мужчину, который был готов на все, лишь бы угодить ей. «Нет, я не продаюсь. Наоборот, многое приобретаю», — говорила себе она, нежась в ванне перед тем как надеть украшенный богатой вышивкой национальный свадебный наряд, который специально доставили самолетом из Дели. В этот вечер ей предстояло знакомство с родными Бинни.
***
Этот торжественный прием оказался не таким тяжким испытанием, как она ожидала. Бинни празднично украсил дом и сад, ловко замаскировав все приметы европейского стиля (он даже распорядился, чтобы мраморные статуи спрятали под покрывалами, расшитыми пхулкарскими узорами). Под огромным красочным шатром собралось больше тысячи человек, но Микки по совету Ами пригласила только Анджанабен, Шаная, дядю Химаншубхаи и еще двух-трех родственников, которых действительно рада была видеть. Ами помогала подруге развлекать гостей, ловко пробираясь сквозь толпу и отпуская остроумные замечания.
— Кто все эти люди? — то и дело шепотом спрашивала ее Микки. — Они так на нас не похожи.
— Конечно, не похожи, милая, — отвечала Ами. — Они же из Пенджаба.
Микки нашла глазами своего жениха. До чего же он хорош в идеально подогнанном по фигуре костюме с алмазными пуговицами. Такой мужественный! Ей казалось, что здесь нет мужчины привлекательнее Бинни.
— Правда, он красивый? — шепнула она подруге на ухо, сжимая ее руку, и покраснела.
— Да, — задумчиво произнесла Ами. — Но посмотри, с кем он сейчас беседует? Это же сучка Урми!
— А кто она такая? — полюбопытствовала Микки, с интересом разглядывая женщину лет тридцати пяти с суровым выражением лица, которая разговаривала с Бинни.
— Красивая, правда? — уклонилась от ответа Ами. — И смертельно опасная. Я думала, она сейчас живет в Лондоне. Говорят, подцепила какого-то шейха.
Микки поймала себя на том, что глаз не может оторвать от незнакомки в наряде из нежно-голубого шифона, который эффектно подчеркивал плавные изгибы ее тела.
— Вот это фигура! — восхитилась Микки. — Я начинаю ревновать.
— Не стоит, — ответила Ами. — Он ведь на тебе женится, а не на ней.
— Ты права, — рассмеялась Микки. — Может, мне тоже начать строить кому-нибудь глазки, чтобы Бинни обратил на меня внимание?
Ами вела свою младшую подругу сквозь плотную толпу разодетых женщин, которые с довольствием лакомились сладостями, и наставляла:
