не видела смысла. При желании волк легко нас настигнет. Но изнутри больше не раздалось ни звука.
Странно, почему зверь снова встретился на нашем пути? Мы ведь уже пару часов гуляем по окрестностям, а показался волк только сейчас. Как будто он охранял развалины. Но от чего? Или же от кого?
Чуть успокоившись, я вновь открыла дверь и осмотрелась. Животное исчезло и ничто не намекало на его присутствие. Искушать судьбу не стала и вместе с Матвеем, вздрагивающим от каждого шороха, отправилась обратно. Пересекла парадный двор и приблизилась к калитке в парк, распахнув которую, вскрикнула от неожиданности.
– Вы? Что вы здесь делаете? – Меньше всего ожидала столкнуться здесь с бирюком.
– Присматриваю, чтобы к развалинам не приближались посторонние, – невозмутимо ответил Григорий. – Зачем вы полезли в замок? Там опасно. Перекрытия обветшали, лаги прогнили, перезимовав под открытым небом.
– Думаете, я этого не понимаю? – Справившись с испугом, сдула непокорную прядь со лба и посмотрела на мужика с вызовом. – Я и не собиралась там лазить. Только взглянуть хотела на характер разрушений и понять, что потребуется для восстановления.
– Ну, и как, удачно? – усмехнулся зловеще.
– Какое там! Внутри мы вновь столкнулись с громадным волком. Я еще понимаю, когда зверюга по окрестностям бегает. Но, что ему делать в развалинах? А вы, раз присматриваете тут за порядком, должны были его видеть! Не пытайтесь этого отрицать!
– А я разве отрицал? – Григорий пожал плечами. – Волки – не редкость в этих краях.
– Но они же… – захлебнулась возмущением. – Я столько страху натерпелась! Сердечный удар едва не приключился, а вы не удосужились даже предупредить? Раз уж о волках известно, почему вы ничего не предприняли, чтобы прогнать зверюг? Выходит, нарочно приваживаете их, чтобы они выполняли вашу работу? Как вы можете? А если тварь нападет на крестьян? Тут до деревни рукой подать.
– Местные жители обходят замок стороной, звери их не трогают. И вам я бы посоветовал держаться от развалин подальше. А лучше бы уехать туда, откуда приехали. Условия жизни здесь не подходят изнеженным барышням. – Выразительным взглядом, оценивающим и даже наглым, мужик прошелся по моей фигуре.
– Да, что вы говорите? Держите свои советы при себе! Никуда я отсюда не уеду! Запущу завод, восстановлю фабрику и заново отстрою замок. Но прежде, почищу окрестности от волков! Если вы не способны справиться с этой задачей, значит, найму тех, кто справится.
Гордо тряхнув головой, я обогнула могучую фигуру бирюка и направилась к деревне. Однако и двух метров не прошла, как споткнулась о спрятавшийся в сплетении травы корень. Я же смотрела под ноги, ничего такого там в помине не было. Откуда только этот злосчастный корень взялся? Я шлепнулась, вскрикнув, и схватилась за лодыжку, которую неудачно повредила при падении. Опять!
– Ваша светлость! Что же вы так неаккуратно! – бросился ко мне Матвей. – Не ушиблись? Не поранились? Обопритесь на меня, я помогу подняться.
– Подожди. Я, кажется, ногу подвернула, – признала нехотя, ощупав моментально распухшую конечность. – Ты лучше сбегай за повозкой и попроси Матрену, чтобы амулет целительский с собой прихватила.
– А как же вы тут… – опасливо оглянувшись на Григория, парнишка гулко сглотнул и добавил шепотом, – одна? Вдруг зверь вернется?
– Я справлюсь. Днем не так страшно. Ты только не задерживайся нигде и возвращайся побыстрее.
– Отставить повозку! – вмешался в наш разговор Григорий. – Дайте посмотрю, что с ногой. – Мужчина присел на колени и неожиданно невесомыми прикосновениями ощупал лодыжку. – Хм, действительно, вывих. – Покачал головой, а после без предупреждения ка-ак дернет! – У меня слезы из глаз брызнули от боли, а мужик подался вперед, подхватил меня на руки и поднялся.
Охнув от неожиданности, невольно вцепилась руками за его шею, чтобы не упасть. Вряд ли Григорий бы меня выронил, но так на самом деле удобнее. Но он же не собирался нести меня всю дорогу? Пусть даже держал с таким видом, словно я ничего не вешу.
– Отпустите! – Вплотную прижиматься к дикарю я тем более не планировала. – Зачем же утруждаться? Я не просила. Матвей сходит за каретой и доставит до дома.
– Ваша светлость, иногда люди помогают другим, потому что могут. И вовсе не нужно об этом просить. Вчера же вы не побоялись ночью в дождь отправиться за помощью?
Вблизи оказалось, что от бирюка веет лесом и скошенными травами. Легкие нотки горькой полыни в сочетании с древесной камедью – клеем, образовавшимся из застывшего сока деревьев, приятно будоражили обоняние. Одежда, хоть и поношенная, но чистая, пахла хозяйственным мылом. А в карих глазах с хитрым прищуром плескалось человеческое участие и желание помочь. Только губы, чуть полноватые, обрамленные короткой бородкой и аккуратными рыжеватыми усами, изгибались в насмешливой улыбке.
– Потому что не осталось другого выхода, – пробурчала упрямо. – Я предпочитаю свои проблемы решать сама!
– Решайте! Кто ж вам запретит? – изумился Григорий, взметнув густые брови вверх. – Но глупо рисковать собственным здоровьем, когда о помощи нужно лишь попросить. Или гордость не позволяет?
Я поджала губы и отвернулась, испытывая дискомфорт. Убрала ладонь с мужского плеча и скрестила руки на груди. Во мне килограмм шестьдесят будет, пусть тащит, если приспичило.
А Григорий и тащил, размашисто шагая по аллее парка. И по закону подлости, когда мы вошли в деревню, то наткнулись на толпу местных жителей.
– Вы не могли бы подойти поближе и посадить вон на ту лавочку? – попросили бирюка, завидев удобное место для переговоров, возле которого так удачно собрались крестьяне.
– Сначала надо целительским амулетом воспаление снять и тугую повязку с мазью заживляющей наложить, – возразил мужик. – А мужичье никуда не денется, подождет!
– А чего это ты, Гриня, Ее светлость на руках несешь? Неужели, в носильщики нанялся? Правильно! Телега-то не везде пройдет, а дорог, считай, нет, – нам навстречу поспешил жилистый старикашка с крючковатым носом и кустистыми островками поседевших волос, торчавших из-под шапки. Головной убор любопытный житель тут же стащил с головы и, неловко сминая в руках, поклонился. – Доброго здоровья, Ваша светлость.
– Здравствуйте! А вы?..
– Харитон я! Староста роднинский. По всеобщему выбору и голосованию. Мы вот услыхали, что вчерась вы к нам прибыли. Вот и хотели засвидетельствовать почтение.
– Здравствуйте! – приветствовала всех. –
