испытывает неловкость.
– И все равно было весело.
– Это может быть опасно! – возмутилась Марин.
– Образы берутся из ее собственной головы, – возразил Владимир. – Как это может быть опасно?
Чем больше они препирались, чем больше отнекивалась Марин, тем сильнее мне хотелось попробовать. Мне представлялось это похожим на виртуальную реальность, но казалось, что должно быть гораздо круче.
– Я хотела бы попробовать.
Спорщики замолчали и посмотрели на меня. Марин – напряженно и немного испуганно, Влад – весело и заинтриговано.
– Вот видишь, она сама хочет!
Подруга вздохнула и предупредила напоследок:
– Только если это окажется слишком жутко или тебя стошнит…
– Жаловаться не буду, – заверила я и добавила наугад, подозревая, что ее может тревожить: – И директору Колту ничего не скажу.
Она кивнула, подтверждая, что это имеет значение, и молча посмотрела на меня.
Сначала ничего не происходило, но потом в помещении стало как будто темнее и немного холоднее, послышались шаркающие шаги. Я оглянулась, чувствуя, как спина покрывается холодными мурашками, и увидела трех парней в немаркой одежде, приближающихся ко мне. Они шагали, пошатываясь, словно были сильно пьяны, но, к моему удивлению, ничего не говорили: не отпускали сальных шуточек, не подзывали к себе, как это бывает.
Я вдруг поняла, что уже не сижу за столом, а стою посреди переулка, и за моей спиной – тупик. Шедший первым парень потянулся ко мне, я попыталась его оттолкнуть, но он вцепился в ворот моей рубашки и дернул. Ткань затрещала, разрываясь, пуговицы отскочили и упали на асфальт с глухим стуком. Вторая рука парня вцепилась мне в волосы, и я вскрикнула от ужаса и боли. Вполне реальной боли.
На мгновение перед глазами потемнело, но вновь открыв их, я обнаружила, что меня опрокинуло на спину, а парень лежит сверху. Из глубоких ран на его теле текла кровь, заливая все вокруг, но его рука все еще сжимала мое горло с такой силой, что я едва могла вдохнуть, мутный взгляд не отрывался от лица.
Я дернулась, пытаясь скинуть парня с себя, в глазах снова потемнело, и давление на горло в ту же секунду исчезло.
– Ника! Ника! – кричал кто-то над моим ухом, тормоша за плечи.
Я попыталась оттолкнуть этого человека, но через пару секунд сообразила, что голос принадлежит Владу. Открыв глаза, я замерла, настороженно оглядываясь по сторонам. Меня окружал ставший уже привычным интерьер столовой, только смотрела я на него под непривычным углом: с пола, на котором лежала. Надо мной навис встревоженный Владимир, Марин стояла чуть подальше, прижимая к лицу руки и сморщившись так, словно собиралась заплакать.
– Говорила же: плохая идея! – несчастным тоном простонала она, когда я смогла сфокусировать на ней взгляд.
– Что, нечистый тебя задери, это было? – почти прорычал Влад. – Что у тебя за кошмары такие?!
– Это не кошмары, – сипло выдавила я и закашлялась. Горло болело, словно меня действительно только что душили. – Это воспоминания.
– Не хочешь поделиться? – с вызовом потребовал Влад.
Я покачала головой садясь.
– Была бы рада, будь у меня чем делиться. Сама ни черта не помню. На меня напали. В начале лета, еще дома. Поэтому и пришлось валить сюда.
– Кто напал? – испуганно поинтересовалась Марин.
– Какие-то три пьяных отморозка, – пожала я плечами и непроизвольно потерла печать в основании шеи. Ее отчего-то саднило, хотя со дня инициации я ни разу ее не чувствовала, даже порой вовсе о ней забывала. – Но их кто-то порешил, а меня бросил рядом с их трупами.
– А мы-то думали, ты просто к отцу решила переехать, – хмыкнул Влад.
Я криво усмехнулась. Подобные откровения вполне могли поставить крест на наших отношениях, но раз уж начала, надо было договаривать до конца.
– На самом деле я тут просто скрываюсь.
– От кого? – не понял Влад.
– От правосудия, – задрав подбородок, заявила я. – Вдруг это я их… того. Превысила пределы допустимой самообороны. Я не помню ничего, а больше рядом с телами никого не видели.
– А разве могут быть пределы у самообороны, когда девчонка отбивается от троих парней? – засомневалась Марин.
– У нас и не такое может быть. Вот и прячусь теперь. От греха подальше.
– А ты крута, оказывается, – одобрительно кивнул Владимир, поднимаясь сам и помогая встать мне. – Интересно, как ты с ними справилась?
На лице Марин в это мгновение тоже было написано только любопытство. Что ж, кажется, от меня не собирались бежать, как от чумной. Я облегченно выдохнула и призналась:
– Мне тоже интересно.
Глава 12
В пятницу во время ужина с Колтом я была откровенно не в духе, поэтому и без того натужный разговор давался с особым трудом. Я все больше молчала и уныло ковыряла еду в тарелке, думая о том, что ни в четверг, ни сегодня Рабан так и не клюнул на мое предложение. Это означало, что к его тайнам мне не подобраться. Как будто мне мало своих!
Я задавалась вопросом, не сходить ли ночью к той стене самостоятельно. Может быть, удастся подобрать заклятие? Или повезет, и та девчонка тоже придет, а я на этот раз успею проскользнуть за ней?
Одно меня останавливало: страх. Я все еще помнила смутную фигуру у границы темноты, ощущение чужого присутствия за спиной, невесомое прикосновение, от которого волосы на затылке встали дыбом, и как нечто темное развеялось в воздухе. Что это могло быть? Таило ли оно в себе опасность? Нет, для такой вылазки нужен надежный напарник. Может, позвать Марин? Или даже Влада? Или обоих сразу?
– С рагу что-то не так? – услышала я вдруг вопрос и удивленно посмотрела на Колта. Тот, в свою очередь, с тревогой смотрел на меня. – Мне казалось, это одно из твоих любимых блюд, но сегодня ты почти не ешь.
– Да нет, рагу в порядке, – заверила я, немного удивленная тем, что он, оказывается, отслеживает, какие блюда мне нравятся, а какие нет.
– Тогда тебя что-то тревожит? Или что-то болит? Я могу пригласить врача…
– Да нет,
