взгляд и бросает телефон обратно на кровать. — Ты свободна в эти выходные?
— Я… — Да. Обычно я не работаю по вечерам, а если и работаю, то никогда допоздна, даже когда они в затруднительном положении, если только не подменяю кого-то. — А как насчет Диего?
Мы с ним не сталкивались друг с другом с нашего последнего свидания, которое состоялось, по крайней мере, две недели назад, и не общались с тех пор, как он отменил наше следующее свидание, в результате чего Даллас появился у меня на работе.
— А что с ним?
Я разинула рот.
— Не будет ли он… Не будет ли это странно, если мы появимся на вечеринке вместе после того, как мы с ним только что расстались? И ты тот, кто порвал со мной.
Даллас поворачивается в кресле.
— Учитывая, что у вас не было физических отношений, и вы едва ли встречались? Нет, это не было бы странно. И если у него есть проблемы, это будут мои проблемы, а не твои.
Это будут мои проблемы, а не твои.
Я заставляю свое тело не дрожать от его слов и переключаю внимание обратно на телевизор.
— Как долго, по-твоему, мне следует оставаться здесь, прежде чем уйти?
Здесь становится жарко и душно, тем более сейчас, когда у нас есть планы на будущее, которые включают в себя больше фальшивого флирта и притворства, и возможную встречу с моим бывшим… не говоря уже о таких девушках, как те, что внизу. Осуждающие, хваткие девчонки.
— Думаю, это не имеет значения, так как мне все равно придется отвезти тебя домой.
М-м-м. Хорошо.
Мы оба молчим.
А потом…
— Итак, говоря о Диего… почему вы двое не занимались сексом? В чем дело?
Я прислоняюсь к изголовью кровати и кладу подушку на колени.
— Не то чтобы это было твоим делом, но… я понятия не имею, что на это ответить. Наверное, он не находил меня привлекательной.
Даллас фыркает.
— Чушь.
Взмахиваю руками.
— Я не шучу. Не думаю, что он был увлечен мной.
— Ну, если хочешь знать мое мнение, то я не думаю, что Диего вообще нравятся женщины, но это всего лишь теория. Так что не принимай близко к сердцу.
«Даллас Колтер только что сказал мне, что мой бывший парень — гей?»
Я снова и снова обдумываю эту новую информацию в своем мозгу, добавляя и удаляя детали, как пазл, чтобы все совпало. Красные флажки и знаки, которые я пропустила, но теперь вижу очень ясно.
В этом, безусловно, есть смысл.
Даллас ерзает в кресле.
— Черт. Я опять тебя разозлил?
— Нет. — Он не вывел меня из себя. Лишь дал повод для размышлений. — Я перевариваю.
Он понимающе кивает.
— Хорошо.
Комната наполняется тишиной, одновременно комфортной и некомфортной; я не могу решить, что я чувствую. Комфортно, потому что никто из нас не чувствует необходимости говорить что-то еще… и некомфортно, потому что я на его кровати, а он гигант, и теперь, когда я прикоснулась к нему и почувствовала его запах, то осознаю его как никогда раньше.
Я не знаю, хорошо это или плохо, и можно ли с этим что-то сделать.
Глава 15
Даллас
«Мы не узнаем, что это плохая идея, пока не попробуем».
— Дрю Колтер
Почему я согласился на все это?
Дурацкая идея.
Глупо было просить Райан притвориться, что встречается со мной, глупо приглашать ее на эту вечеринку. Почему я не прислушался к своей интуиции и не сказал своему агенту, что у меня и так достаточно забот и не нужно добавлять к ним фальшивые отношения?
Я написал своему брату Дюку об этой неразберихе, но он пока не ответил. Я знаю, что он сейчас в дороге, но было бы неплохо узнать его мнение; из нас четверых Колтеров он самый стабильный.
Его девушка — воспитательница в детском саду, черт возьми. Насколько более стабильным может быть человек?
Возле дома, где живет Райан, я размышляю: зайти ли мне внутрь за ней или подождать, пока сама выйдет? Возможно, мне следует вытащить свою задницу из грузовика и…
Входная дверь открывается.
Вот и она.
Я вздыхаю, откидываясь на спинку сиденья и расслабляясь. Она идет ко мне.
Кризис предотвращен.
На ней другая куртка, джинсы, и думаю, что это туфли на каблуках, но не могу точно сказать, потому что на улице темно, а верхний свет — полное дерьмо.
Может, мне выйти и открыть ей дверь со стороны пассажира?
Хотя это не настоящее свидание…
Но все же.
Я снова обсуждаю дилемму так долго, что Райан уже открывает дверь грузовика и запрыгивает, захлопывая ее за собой. Тянется к ремню безопасности.
— Извини, я собирался зайти за тобой, но ты меня опередила, — бурчу я, объясняя свой плохой этикет.
В кабине моего грузовика темно, поэтому я не могу рассмотреть ее, но улавливаю ее кивок. Я вижу, как девушка откидывает голову назад и прислоняется спиной к сиденью.
— Уф, — стонет она. — Я так устала.
Да, тоже самое. Мое тело измотано всеми тренировками и практикой. Я вымотан тем, что просыпаюсь рано и иду на занятия. Я истощен, потому что питаюсь на ходу и не ел нормальной домашней еды с тех пор, как этим летом был дома с мамой.
Я не говорю ей ничего из этого.
Жаловаться — не мой стиль.
— Ты хотя бы поела? — Последнее, что я хочу сделать, это взять ее на вечеринку, когда у нее пустой желудок; не уверен, что у Шнайдера будет еда, и он точно не захочет, чтобы я копался в его шкафах.
На самом деле, некоторые люди держат на них настоящие замки, чтобы, когда устраивают вечеринки, их тайники не были съедены, но дело не в этом. Дело в том, что я должен накормить Райан, если она голодна.
Не хочу, чтобы потом у меня на руках был пьяный беспорядок.
— Я съела бургер на работе, — она делает паузу. — И картошку фри. — Пауза. — И несколько куриных наггетсов.
Я бросаю на нее косой взгляд.
— Ты макаешь наггетсы во что-нибудь?
Она кивает.
— Обычно в соус ранч.
— А как насчет картошки фри?
— Кетчуп и майонез.
Я киваю.
— А что?
— Просто проверяю, совместимы ли мы в других аспектах.
— И каковы твои выводы?
— Ага.
Райан смотрит в окно, пока мы добираемся до свалки Шнайдера за пределами кампуса — то есть, дома. Это большой дом, но запущенный, и, честно говоря, ни за что на свете вы
