Наконец, следует подчеркнуть, что вопрос о мотиве в уголовно-правовой доктрине и судебной практике затрагивается или рассматривается только применительно к преступлениям, совершенным намеренно, т. е. умышленно.
Некоторые американские ученые считают одним из элементов преступления так называемое «совпадение» (concurrence) actus reus и mens rea.[408] Другие полагают, что это дополнительное условие уголовной ответственности (Дресслер). Третьи, не считая «совпадение» самостоятельным элементом, рассматривают его либо в связи с анализом деяния (Лавейф), либо в связи с анализом виновности (Робинсон).
О том, что принципу «совпадения» (так оно часто именуется в доктрине) в американском уголовном праве уделяется большое внимание, говорит хотя бы тот факт, что он получил закрепление в законодательстве ряда штатов. Так, например, в УК Калифорнии (ст. 20) сказано: «В любом преступлении… должны быть единство и взаимодействие действия и намерения или преступной небрежности».[409]
В доктрине различаются несколько аспектов этого принципа. Важнейший из них – временной. Он означает, что лицо должно иметь требуемое mens rea во время совершения деяния. Если такое совпадение отсутствует, то, по общему правилу, оно не может быть осуждено за соответствующее преступление. Так, лицо не может быть признано виновным в берглэри, если оно, открыв дверь, проникает в дом другого без какого-либо плохого намерения (например, чтобы переночевать), а затем решает там что-то украсть. Не является кражей (хищением), если лицо завладевает имуществом другого без намерения присвоить его, а затем, поддавшись соблазну, берет его себе.
Однако принцип «совпадения» считается реализованным и тогда, когда результат наступает позже, может быть, значительно позже, если во время совершения деяния имелось соответствующее mens rea, например когда смерть человека наступила спустя несколько месяцев после причиненного ему вреда.
Второй аспект указанного принципа состоит в том, что должно быть совпадение между mens rea и результатом. При этом не обязательно, чтобы причиненный результат точно корреспондировал соответствующему психическому состоянию (mens rea). Но если то, что произошло, выходит далеко за рамки намерения, нельзя говорить о «совпадении» и, следовательно, нет уголовной ответственности. Так трактуют этот вопрос в общем плане некоторые американские авторы, в частности Эмануэль.[410] Но, как следует понимать, это зависит от усмотрения суда.
В уголовно-правовой доктрине выделяются два случая несовпадения mens rea и результата. Первый – когда наступил вред другого характера (вида), нежели тот, который обвиняемый намеревался причинить, осознавал или рисковал причинить. По общему правилу в силу такого несовпадения он не подлежит уголовной ответственности за фактически причиненный вред. Второй – когда причиняется вред такого же характера (вида), но другой степени тяжести. Если, пишет Лафейв, считать общим правилом осуждение лица за совершение более серьезного преступления, чем то, которое оно намеревалось совершить, то это «привело бы к аномальным результатам». [411] По его мнению, лучшее решение проблемы состоит в том, чтобы рассматривать поведение деятеля с точки зрения вреда, который он намеревался причинить.».[412] Однако в обоих случаях надо иметь в виду действие в американском уголовном праве доктрин «фелония – тяжкое убийство» и «мисдиминор – простое убийство[413]
Судебная практика по вопросам «совпадения» весьма противоречива, а иногда суды просто игнорируют это требование.[414]
В Примерном УК по данному аспекту «совпадения» предусматривается следующее общее правило: если причинение определенного результата с целью или осознанно (заведомо) является элементом посягательства, то этот элемент не образуется, когда фактически причиненный результат выходит за пределы цели или ожидания деятеля (п. 2 ст. 2.03)[415]. Такое правило воспроизводится, с поправками или без таковых, в законодательстве некоторых штатов, например в УК Пенсильвании (ст. 303) и Кентукки (ст. 501.060).
§ 3. Субъект преступления
Наиболее общими признаками субъекта преступления являются возраст уголовной ответственности и вменяемость. Если по российскому уголовному законодательству субъектом преступления может быть только человек, т. е. физическое лицо, то по уголовному праву многих зарубежных стран, в том числе американскому, им может быть также юридическое лицо.
Возраст уголовной ответственности. По общему праву лицо, не достигшее 7-летнего возраста, не несет уголовной ответственности за свое поведение, так как считается, что оно не может иметь соответствующего mens rea. Лицо, достигшее 14-летнего возраста, является уголовно ответственным за совершенное им деяние в полном объеме. А в возрасте от 7 до 14 лет оно презюмируется «неспособным» совершить преступление. Но презумпция может быть опровергнута доказательством того, что лицо понимало, что делает, и что то, что оно делает, является «неправильным». Причем если в возрасте 7 лет презумпция довольно сильная, то постепенно она ослабевает и в
14– летнем совсем исчезает.
В связи с этим Б. С. Никифоров пишет, что «возможность преследования в уголовном порядке подростков, не достигших 14-летнего возраста, едва ли может быть морально оправданна»[416].
Однако в настоящее время вопрос о возрасте уголовной ответственности в США, как правило, регулируется законодательством. В некоторых, немногих, штатах действует правило общего права, а именно, что в отношении определенной возрастной группы действует презумпция «неспособности» совершить преступление, которая может быть преодолена только доказательством того, что несовершеннолетний понимал противоправность своего поведения[417].
В других штатах в уголовных кодексах просто указывается определенный возраст – обычно 14-летний, ниже которого лицо не несет уголовной ответственности за совершенное им деяние. Так, например, по УК штата Миннесота, «дети, не достигшие 14-летнего возраста, не способны совершить преступление. В возрасте от 14 до 18 лет могут преследоваться за уголовно наказуемое деяние…» (ст. 609.055). В законодательстве отдельных штатов указываются другие возрастные пределы. Например: в УК Колорадо и УК Луизианы – 10-летний; в УК Джорджии и УК Иллинойса – 13-летний, УК Нью-Гемпшира и УК Техаса – 15-летний, а в УК Нью-Йорка – 16-летний. В последнем, однако, говорится, что 13-летний несет уголовную ответственность за тяжкое убийство II степени, а 14– и
15– летние, кроме того, – за довольно широкий круг преступлений, в том числе за похищение человека I степени, поджог I степени, нападение I степени, простое убийство I степени, изнасилование I степени и др. (ст. 30.00)[418]. По-видимому, законодатель штата Нью-Йорк воспринял рекомендацию Примерного УК, по которому также предусматривается 16-летний возраст уголовной ответственности (ст. 4.10).
Статус подростков иногда значительно ухудшается соответствующими законодательными положениями в некоторых штатах. Так, согласно § 189 УК Калифорнии, «для установления того, что убийство было умышленным и заранее обдуманным, не обязательно нужно доказывать, что обвиняемый зрело и осознанно воспринимал серьезность своего действия». Дж. Самаха считает, что это положение, касающееся характеристики тяжкого убийства I степени, было включено в указанную статью после рассмотрения дела 15-летнего Вольфа, совершившего убийство своей матери[419]. Первоначально он был осужден за тяжкое убийство I степени и приговорен к пожизненному тюремному заключению, но затем преступление было переквалифицировано в менее опасное – тяжкое убийство II степени[420]. Но можно предположить, что если бы вышеприведенное законодательное положение действовало во время совершения деяния, то не исключено, что первоначальное осуждение осталось бы в силе.
К слову, тяжкое убийство I степени во многих штатах и на федеральном уровне карается смертной казнью, и еще сравнительно недавно США были мировым лидером по применению этого наказания к несовершеннолетним[421].
Другой пример: 17-летний Муньоз был осужден по ордонансу Нью-Йорка за владение автоматически открывающимся ножом. Этот нормативный акт запрещал иметь при себе такие предметы лицам до 21 года. Будь он старше этого возраста, он не понес бы ответственности за совершенное деяние[422].
Как правило, дела о преступлениях, совершенных лицами, не достигшими 14 лет (например, в штатах Алабама, Флорида, Нью-Джерси, Пенсильвания) или другого возрастного предела[423], рассматриваются только в порядке делинквентного производства в судах несовершеннолетних. В некоторых штатах вопрос подсудности решается иначе. В одних – законодательство относит к исключительной компетенции этих судов дела лиц, не достигших определенного возраста, обычно 16-летнего[424], за исключением тех, которые связаны с совершением определенных опасных преступлений. В других – оно «просто провозглашает в общем плане, что юрисдикция судов по делам несовершеннолетних не является исключительной» [425]. Это, по-видимому, следует понимать так, что дела несовершеннолетних могут рассматриваться не только в специальных судах, но и в судах общей юрисдикции, в зависимости от возраста правонарушителя и других факторов.
