У меня кто-то из легких весь воздух выбивает. Становится стыдно за ложь. Не готова признаваться, как и не готова долго держать в себе эту тайну. Целую мать в щеку, так и не взглянув в глаза.
— Что случилось? — спрашивает Алекс, как только выходим из дома. Я еще ощущаю взгляд родителей и какую-то непонятную дрожь.
Никогда не умела врать, и теперь это состояние меня тянет на дно. Надо все взвесить и решить, как поступить. Не сегодня. Сегодня надо хорошо отдохнуть.
Алекс сразу ощущает перемену моего настроения. Не расспрашивает. Просто держит меня за руку и аккуратно, спокойно ведет машину.
— Ден точно не придет, — решает меня развеселить, остановившись на очередном светофоре. — Я ему пол-утра звонил, он сбрасывал. Потом набрал, — хмыкает, — говорит, заболел, — громко смеется.
— Ты чего радуешься? — удивляюсь.
— Просто я уже на все сто уверен, что они с Катькой твоей на одной волне. Даже вирусы одни и те же цепляются.
— Очень смешно, — не очень понимаю, чему тут радоваться? — Это же мы предложили пойти с нами, значит, по нашей вине Ден заболел.
Алекс резко поворачивает голову ко мне, подняв одну сторону губ.
— Ты чего опять надумала? — громко чмокает в губы. Мы стоим первые возле светофора, и я нервно на него поглядываю. Алекс может увлечься, уже так было. — Мил, его же никто за уши не тянул! — Опять ржет и чмокает в губы.
— Смотри за дорогой, — заставляю его оторваться от меня.
Улыбаюсь, мне приятно его внимание.
Кидаю взгляд на первую машину с другой стороны и застываю. Даже взгляд на себе ощущаю водителя. Сердце грохочет об ребра. Жар проносится всем телом.
— Алекс, — выговариваю едва слышно, — там дядя Егор.
55
— Где? — Резко поворачивает голову.
— Вон, — забываю о воспитании и тычу пальцем. Меня сразу охватывает мандраж. Перед глазами мелькает картина недалекого будущего и разочарованный взгляд мамы.
— Спокойно, — Алекс поворачивается ко мне. — Это не он. Машина просто похожая. Правда, номеров я не разглядел, и царапина со стороны. Мой папа владелец автосалона, он точно не ездил бы на такой машине, — хмыкает Алекс.
В этом я с ним согласна, но все равно поворачиваюсь и сама пытаюсь разглядеть хотя бы номерные знаки.
— Наверное, у меня уже паранойя, — вздыхаю. — Я несколько раз пыталась маме рассказать, но каждый раз, когда она на меня смотрит, становится стыдно.
Алекс паркуется на обочине, громко выдыхая ртом.
— Мил, если ты хочешь, можешь рассказать, — смотрит в глаза так, словно молит пока этого не делать. Охватывает ладонями мое лицо, громко дыша.
Он настолько близко, что мир просто исчезает. В такие моменты я не могу справиться со своими чувствами. Они будоражат кровь, заставляют все внутри сжаться.
— Я знаю, — опускаю глаза на его татуировки на шее, рассматриваю воротник куртки, только чтобы не смотреть в глаза. — Мне страшно, — признаюсь честно. — Страшно, что отец тебя накажет, а мать меня возненавидит, — слезы вот-вот покатятся по щекам, а я изо всех сил стараюсь их сдержать.
— Нет, нет, — Громкий звук отстегивающегося ремня, и через миг я уже в объятиях Алекса.
— Тебе не надо бояться, — гладит по спине ладонями, целует в волосы. — Мил, я тебя прошу, — отстраняется. — Давай расскажем твоей маме, если для тебя так важно!
— Мне нужно время! — я бесхребетная. Он просто не знает, сколько раз я пыталась это сделать. Всегда одно и то же.
— Окей. Давай так, — улыбается. Грустно, но с надеждой. — Сегодня мы оторвемся по полной, а завтра подуем, как поступать дальше.
Сердце больно ударяется об ребра. Сильно. Словно выпрыгнуть хочет.
— Почему ты такой? — шмыгаю носом. — Почему мы даже не можем поругаться из-за любой мелочи? Иногда мне кажется, что тебе не девятнадцать, а тридцать.
Алекс от шока выпускает меня из объятий, заливаясь громким смехом.
— Я много лет смотрел на ссоры отца с матерью, потом слушал, как он просил прощения и уверял, что любит. Еще тогда я понял, что не хочу такой любви, — отворачивается. — Когда мать умерла, отец терзал меня и себя, я это понимал, и по-своему справлялся с болью. Поверь, в каждом из нас живет истинной «я», которое не хочется показывать никому.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Но мне ты показал, — шепчу, затаив дыхание. Алекс горько улыбался.
— Потому что ты настоящая. — Накрывает мою руку своей и подносит к губам. — С тобой невозможно быть подделкой.
Не могу удержать слез и накидываюсь на парня с объятиями. Целую в щеку, крепко прижимаясь лбом к его лбу.
— Поехали, — надо ехать, иначе вся заплаканная приеду. Это же день рождения, не похороны.
Алекс прав, сегодня надо отдохнуть, повеселиться, а завтра подумаем.
Выехав за город, мы попадаем в элитный поселок. Возле въезда стоит охранник. Останавливает нас, спрашивает фамилии и после этого только пускает на территорию.
— Ты уже здесь был? — Мне становится интересно.
— Да, в прошлом году. Тим звал на вечеринку в честь открытия своего клуба.
— Какого клуба?
— В прошлом году его отец открыл ночной клуб. Там ему не разрешили сделать вечеринку для университетских друзей, вот он и сделал у себя на даче.
— Нехилая так дача, — фыркаю. Я понемногу начинаю приходить в себя. Вспоминаю о подарке и поворачиваюсь назад. — Алекс, где подарок?
— В кармане, — паркуется возле высокого забора.
— Только не говори, что ты деньги решил подарить, — закатываю глаза. Выхожу из машины.
— Нет. Поверь, он будет в восторге, — блокирует машину с пульта. Переплетает наши пальцы и жмет на кнопку домофона.
Я почему-то думала, что тут все двери нараспашку, а тут вон, даже охранник калитку открывает.
Длинная дорожка, ведущая к большому дому, хорошо освещается. Маленький ухоженный заборчик из кустов сопровождает нас до самых дверей дворца.
Трехэтажный дом построен в современном стиле, светится как новогодняя елка.
Без проблем входим внутрь, сразу стыкаюсь с громкой волной басов музыки.
В большой гостиной народ танцует. На камине повешен плакат со словами «кухня там» и стрелочкой, куда идти.
Алекс начинает здороваться с ребятами, не отпуская мою руку ни на минуту. Иногда знакомит и меня, если парни в адекватном состоянии. Если нет, крепко меня к себе прижимает, орет громче музыки «в другой раз».
Находим именника на втором этаже с парочкой ребят и Ольгой. Парни сидят за компьютерами, а она, видимо, комментатор. Я сразу напрягаюсь, сама прижимаюсь к Алексу, делая вид, что не замечаю девушку.
— С днем рождения, — поздравляю Тима. Целую парня в щеку, отчего мои пальцы сжимает крепкая рука Алекса.
— О, спасибо, — широко улыбается парень. — Рад, что вы пришли, — пожимает руку Алексу.
— Подарок, — напоминаю Алексу. Он уже позеленел от ревности, забыл обо всем на свете.
Как-то он прямо сказал, что очень ревнует к Тиму.
— Точно, — достает из кармана непонятную карточку.
— О, брат, ты красавчик. Подписка на год на Варкрафт! — У Тима глаза сияют, а я готова отругать Алекса.
Тоже мне подарок. Тимофею же не шесть лет, в конце концов.
Спускаемся на первый этаж и сразу идем за напитками. Алекс берет безалкогольные коктейли, и мы садимся в гостиной, наблюдая за толпой.
На самом деле здесь весело, только в груди пожар. Как тревога бьет на сполох.
Ужасное чувство.
Выдержав все рассказы знакомого Алекса, который подошел к нам, когда мы покидали кухню, прошу моего парня выйти на улицу. Тут жарко, но мне очень интересно посмотреть задний двор.
— Ты же не накручиваешь себя? — делает несколько шагов вперед и отпускает мою руку. Поворачивается ко мне, ступая задом.
— Нет, просто неспокойно.
Алекс останавливается возле беседки и дергает меня на себя.
— Это и есть «накрутка», — целует в нос. — Хочешь, что-то покажу? — опять целует, только в этот раз в губы.
Очень нежно, отчего коленки подкашиваются. Обнимаю парня за шею, чтобы быть еще ближе.
Когда мы вот так близко, мне кажется что вместе сможем все преодолеть, только отпускает руку — уверенность испаряется.
