том, что однажды у него тоже проснется сила, достойная лорда, и он займет свое место в этом мире. Разумеется, этого не произошло, никакой инициации не случилось ни в двенадцать, ни в пятнадцать лет, а потом он перестал об этом мечтать. Теперь эта сила была совсем рядом, даже не на расстоянии вытянутой руки, но осталась такой же недосягаемой, как и прежде.
Ник уже не был уверен, что хотел бы ей обладать. Уж явно не в этой ситуации. В мирное время сила принесет тебе положение в общество. В военное время сила приведет к тебе китайцев…
А если верить деду, то не только китайцев.
Китайские Мастера, русские князья, британские лорды… Еще неделю назад это все было большой политикой, далекой от нормальной жизни в забытой богами провинции, а все идет к тому, что уже завтра Нику придётся окунуться во все это с головой. И никого из них не будет волновать тот факт, что сам Ник не имеет к этой чудовищной силе никакого отношения.
Впредь надо будет тщательнее выбирать себе родственников…
Ник то ли слишком глубоко погрузился в размышления, то ли задремал, но в какой-то момент он вдруг обнаружил, что тени у деревьев удлинились и мир готов погрузиться в сумерки.
— Готов? — спросил Ломтев.
— Нет, — сказал Ник. — Но это же ничего не меняет, правда?
— Правда, — сказал Ломтев.
— Действуй, — вздохнул Ник.
Он понимал, что это ничего не изменит и ни на что не повлияет, но все же закрыл глаза.
* * *
Ник открыл глаза, и в тот же миг в его ноздри ударил запах гари.
Черный дым заволакивал небо. Черный дым, исходящий от…
Небо было темным, никакого даже намека на рассвет, и лишь пламя освещало окрестности, но Ник сразу понял, где он находится. Горели амбары, горело что-то в поле, сразу в нескольких местах, но большой дом, где жили его родители, вроде бы не пострадал, и не было опасности, что огонь перекинется и на него.
Глаза слезились от дыма, но Нику все же удалось приноровиться и рассмотреть то, чего раньше в окрестностях родительского дома никогда не водилось.
Искореженный танк. Два танка… Нет, три, и это только на поле перед домом…
Ломтев стоял рядом, не на своей обычной дистанции, а чуть ли не плечом к плечу, но никаких прикосновений Ник, конечно же, не чувствовал.
— Твоих приемных родителей здесь нет, — сказал Ломтев.
— А это… — Ник пытался сложить все детали картины в единое целое.
— Китайцы, — сказал Ломтев. — Они тебя ждали.
— Танки? Они ждали меня с танками?
— Шесть штук, — подтвердил Ломтев. — И пехота. Два взвода, как минимум.
— И где они все?
— Веришь ли ты в загробный мир? — спросил Ломтев.
— Нет.
— Тогда они нигде.
— Ты это сделал? — кажется, до Ника только начала доходить правда. Значит, вот так все это выглядит, да? Пламя и смерть. Искореженное железо, переломанные тела.
— Да, — сказал Ломтев.
— Зачем? — спросил Ник. — Можно же было просто уйти…
— Нет, — сказал Ломтев. — С ними были Мастера. Они меня засекли, так что просто свалить по-тихому все равно бы не получилось.
— Сколько их было?
— Трое или четверо, — сказал Ломтев. — Амбар поджег один из них.
— Их ты тоже убил?
— Это война, — сказал Ломтев. — И они не пытались взять меня… нас живыми.
— Нас тут вообще не должно было быть, — сказал Ник. — Ты меня обманул. Был же уговор, что ты направишься в соседний город, а оттуда мы пойдем тихо и аккуратно, без этих… способностей….
— Путешествие оказалось короче, чем я ожидал, и я решил воспользоваться темнотой, — сказал Ломтев. — Уверяю тебя, если ты ты пришел сюда на своих двоих, итоговый результат все равно бы не изменился. Они были здесь, они ждали. И, поверь мне, китайцы умеют ждать.
Шесть танков, два входа пехоты — кстати, надо бы уточнить, сколько это в людях — три или четыре Мастера, и все они ждали здесь его? Значит, вот насколько высоки ставки на самом деле?
То, что они вычислили его, как виновника произошедшего на военной базе, Ника не удивляло, и то, что они устроили засаду в одном из возможных мест его нахождения, тоже.
Но масштабы этой засады давали явное представление об угрозе, которую для них представлял Ломтев.
Или не давали?
Ведь сделать с ним они все равно ничего не смогли…
— Откуда ты знаешь, что моих родителей здесь нет?
— Я их не видел.
— А ты способен видеть через стены?
— В боевом режиме — да, — сказал Ломтев. — Здесь вообще не было безоружных людей. Посторонних людей. Только солдаты.
— Или тебе выгодно так говорить.
— Ты можешь посмотреть на все собственными глазами, — сказал Ломтев. — Собственно говоря, для этого я тебя и позвал. Думаю, у нас есть немного времени, прежде чем они двинут сюда подкрепления.
Интересно, а какие подкрепления они сюда могут двинуть после случившегося? Танковую дивизию? Эскадрилью вертолетов? Сотню мастеров, потому что на обычную военную силу здесь надежды вообще нет?
Как бы там ни было, вряд ли они сумеют перебросить сюда новые силы за несколько минут. Вряд ли они концентрировали свою армию в той области…
Ник пошел к дому. Ломтев отставал от него всего на пару шагов.
Первые мертвые тела обнаружились метрах в двадцати от крыльца, и Ник сначала даже не понял, что это люди. Только по остаткам военной формы, смятым каскам, уцелевшим, хотя и исковерканным, кускам оружия.
Этих людей не застрелили, и даже не сожгли. У Ника создалось такое впечатление, что их просто смяли. Раздавили.
Как насекомых, как муравьев…
Кровь впитывалась в землю.
— Это всегда так выглядит? — спросил Ник. — Я имею в виду, когда ты…
— Нет, — сказал Ломтев. — Не всегда. Но у меня не было времени, чтобы сделать все аккуратно.
Да и зачем, подумал Ник. Смерть — это всегда смерть.
Так ли уж важно, одним куском ли ты лежишь, и есть ли у этого куска форма…
А как это выглядит, когда он делает все аккуратно? Тела лежат нетронутые, неповрежденные, прямо как живые? Или тел вообще нет? Ужасные эвфемизм, когда речь идет о чьей-то насильственной смерти.
Аккуратно…
В полном отупении Ник поднялся по ступенькам — третья, как всегда,
