ни о чем не думать. Его главная задача — быть лордом. Прийти на помощь вон тем самым обычным людям, когда возникнет такая необходимость. Это, так сказать, часть его социального контракта.
Кому многое дано, с того много и спросится или что-то вроде того.
И где этот хваленый лорд Реджинальд, когда он так нужен? Почему не потопил китайский флот, когда тот только вошел в территориальные воды? Почему даже не попытался?
А Ник был уверен, что он даже не попытался, потому что если бы он попытался… ну, это было бы заметно.
Как объяснить его невмешательство? Что это? Трусость, предательство или высшие политическое интересы, и как можно отличить одно от другого?
Мир очевидно сошел с ума, и на этом фоне было легче принять тот факт, что рядом перебирает ногами призрак его убитого двадцать лет назад русского деда. И ногами он перебирает, видимо, по привычке или от нежелания смущать Ника, ведь ровно с таким же успехом он мог бы парить над дорогой.
Дорога была пустынной. Ни гражданского транспорта, ни военного. Похоже, что китайские войска ушли куда-то далеко вперед, а местные не отваживаются даже на редкие вылазки. Да и куда им теперь ездить?
Тем не менее, Ник был готов залечь в придорожной канаве при малейшем намеке на опасность. Его даже не смущало, что под определение опасности теперь попадал любой звук мотора.
Такие времена настали.
А на личной жизни теперь точно можно будет поставить крест. Какая может быть личная жизнь, если у тебя есть постоянный спутник, незримый наблюдатель, от которого невозможно избавиться? Ник сам удивился несвоевременности этой мысли и тому факту, что она продолжает его тревожить, ведь в его обстоятельствах волноваться о личной жизни следовало, наверное, в последнюю очередь, но человек — существо странное, и даже в экстремальной ситуации может беспокоится о совершенно не влияющих на его выживание вещах…
Заправку Ник заметил за несколько километров.
Сначала он увидел рекламный щит, а потом и само строение уже можно стало рассмотреть.
На заправке могли быть люди. С одной стороны, любые люди — это опасность. С другой, люди — это информация, а информации Нику катастрофически не хватало. Кроме того, для того, чтобы обойти ее стороной и остаться незамеченным, Нику потребовалось бы заложить здоровенный крюк, а это означало, помимо прочего, и потерю времени. Поэтому он решил не менять курса, а если что пойдет не так, действовать по ситуации.
Ломтев ему никак не препятствовал, и Ник счел это хорошим знаком.
Если вдруг что, дедушка поможет…
По мере приближения Ника охватывало разочарование. Заправка выглядела пустынной, и странно было бы думать, что на ней будут люди — ведь мимо-то никто не ездит. Картина напоминала сцену из постапокалиптического фильма — пустая дорога, заброшенное здание, не хватает только шаров «перекати-поля» и радиоактивных мутантов, любящих бегать за своими жертвами с бензопилой…
Но на самом деле все оказалось не так плохо, и тот парень, что сидел на раскладном стуле около входа в магазинчик, не был похож на радиоактивного мутанта. Да и бензопилы при нем не наблюдалось.
Парень на вид был ровесником Ника, может быть, чуть младше. Он читал книгу и попивал лимонад из жестяной банки. При виде Ника он отложил книгу в сторону — обложку так и не удалось рассмотреть — и поприветствовал Ника поднятием руки.
— Заправка не работает, — сказал он. — Бензина нет.
— Так я, вроде бы, и не на машине, — сказал Ник, покосившись на Ломтева. Дескать, как этот парень на него отреагирует. Но парень смотрел только на Ника и на его военную форму без знаков различия, а присутствие Ломтева полностью игнорировал.
Видать, для остальных дедушка все-таки невидим. Но вот хороший ли это знак и плохой — с этим еще предстояло разобраться.
— Магазин тоже закрыт.
— Ну и ладно, — сказал Ник. — У меня все равно денег нет.
— Бывает, — сказал парень. — Газировки хочешь?
— Хочу.
— Тогда заходи.
Они зашли в небольшой магазинчик, и местный достал из холодильника банку лимонада и передал ее Нику.
Ник откупорил банку, сделал глоток, рассматривая местный ассортимент. Обычный, в общем-то, для любой заправки — автомасла, аксессуары, чипсы, шоколадки и прочая мелочь, которая может понадобиться в дороге.
Как будто ничего и не случилось.
— Ты откуда? — спросил парень.
— Из Порт-Джексона.
— Далековато ты забрался от Порт-Джексона.
— Так получилось, — сказал Ник. — И, кстати об этом. А насколько далеко я забрался?
— Ты что, не знаешь, где находишься?
— Так получилось, — повторил Ник. — Телефон потерял. Так где я?
Парень сказал.
Ник прикинул. Что ж, ночью Ломтев транспортировал его в относительно верном направлении, путь до фермы сократился километров до шестисот.
Ориентировочно.
Сколько нужно времени, чтобы пройти шестьсот километров пешком?
— А у тебя телефон работает? — спросил Ник.
— Как часы, — сказал парень.
— Можно позвонить?
— Нет, — сказал парень. — Я же говорю, он работает, как часы. В смысле, включается и все такое. Но сети нет.
— Китайцы здесь уже были?
— Конечно, — сказал парень. — Но последняя партия прошла здесь позавчера. Они, кстати, и выкачали последний бензин, так что я смог выключить насосы. С тех пор — вообще никого, сижу тут один, охраняю семейный бизнес. Точнее, то, что от него осталось.
— Думаешь, в этом есть смысл?
— Думаю, ни в чем больше нет смысла, — сказал тот. — Теперь здесь будет другая страна, и все в ней будет другое. А мы превратимся в чужаков.
— Похоже, он тоже не верит, что Метрополия сюда вернется, — заметил Ломтев, рассматривая витрину со снеками. — Спроси у него про транспорт.
Интересно, как парень отреагирует, если Ник начнет разговаривать с невидимым собеседником? Ник решил, что выяснять это пока не стоит.
— А где твои родители?
— Умерли уже очень давно, — сказал парень. — Семейный бизнес принадлежит дяде, и все, что я о нем сейчас знаю — незадолго до вторжения он тоже уехал в Порт-Джексон по делам. В принципе, я мог бы уже пойти домой, но там все то же самое, так что я сижу здесь в надежде узнать хоть какие-нибудь новости. Как там в Порт-Джексоне, кстати?
— Его взяли меньше, чем за день.
— А лорд Реджинальд?
— Не знаю. Его никто не видел.
— Лорд Таннер?
— Его самого
