— А ты не собираешься? — удивился Гомер.
— Слышал анекдот про Дракона и кота? Когда Дракон, как царь зверей, собрал всех своих подданных на большой поляне, а после сказал умным встать слева, красивым справа, а ловким и умелым отойти на дальнюю опушку поляны?
— Не слышал.
— Все звери разошлись по сторонам, а в центре поляны один кот остался. Сидит и невозмутимо яйца лижет. Дракон его спрашивает: «Кот, ты почему никуда не пошел?» А кот голову поднял, осмотрелся по сторонам и отвечает Дракону вопросом на вопрос: «Мне что, разорваться что ли?»
Гомеру, Лазарю и Себастиану смешно не было. Зато Цветана, много лет жившая в вакууме Фегервара без соприкосновения с самыми разными пластами культуры Юпитера и Европы, звонко рассмеялась. Ей анекдот определенно понравился. А вот ее звонкий, ласкающий слух смех уже определенно понравился всем остальным.
— Ты это к чему? — поинтересовался заметно заслушавшийся Гомер, когда Цветана закончила смеяться.
— Дел у меня много, вот к чему. Выжившие индигеты в форте Марии Терезы для меня сейчас совершенно маловолнующий фактор, есть проблемы и задачи посерьезнее.
Глава 12
— И вы обо всем этом так быстро договорились? — с удивлением посмотрела Доминика на Гомера.
— Конечно, моя девочка. Понятно, что насухую может так быстро все и не удалось бы, но в легионах служат нормальные ребята, быстро организовали небольшой фуршет.
— Вы там, на секундочку, судьбу мира решали, — недоверчиво протянула Доминика.
— И что? Как будто раздумья и решения о судьбах мира технически отличаются от выбора сыра к белому сухому. Сыр, кстати, выбрать иногда труднее, — пожал плечами Гомер.
В этот момент я заставил своего демонического скакуна притормозить и отклониться в сторону. Доминика, Филиппа и Гомер моей остановки даже не заметили и продолжая переговариваться, двигались дальше вперед. Я же обозрел орду, основную ее часть, колоннами идущую по выжженной красной земле.
Среди многочисленных демонов, над толпами которых висел гвалт предвкушения близкой битвы, светлыми пятнами выделялись сразу две небольшие группы. Первая — варгрийские адские всадники, два десятка, двигались слева и чуть позади нас на адских конях Врангарда. Мой личный эскорт теперь; основной же отряд прибывших ко мне на помощь варгрийских всадников, под командованием Лазаря и Цветаны, уже отправился на запад. С целями и указаниями от меня, которые никто из спутников, даже Гомер, пока не знал. Впрочем, никто о направлении убытия основного отряда варгрийских всадников меня и не спрашивал.
Вторая выделяющаяся среди орды группа, колонна справа, была значительно более крупная чем мой варгрийский эскорт. Леди-колдунья Франсуаза Новицкая отправила с нами более двух сотен своих полудемонов. И над ними, над колонной легионеров-рапторов, сейчас открыто развевался стяг Легиона Хищников — распластавшийся в прыжке красный зверь, отдаленно похожий на гепарда.
Кроме сопровождающей нас (Доминику) колонны еще около полусотни легионеров-рапторов, причем в основном в качестве командиров, шло сейчас в авангарде орды: кроме солдат, демонесса-колдунья выделила достаточно офицеров. И присутствие отряда хищников, тем более в таком количестве и нерядовым составом, меня радовало несказанно. Потому что как только легионеры-рапторы соединились с ордой, я смог вообще отпустить все заботы о продвижении, планировании и взаимодействии. Я и так до этого не вмешивался, давая возможность Доминике самой постигать мастерство управления, но не вмешиваясь, я все же серьезно переживал о происходящем. Сейчас же был совершенно спокоен, видя работу профессионалов.
Сам Легион Хищников, по достигнутой нами совместной договоренности с фон Вайсом и леди Новицкой, уже снялся с мест дислокации и сейчас двигался параллельно с нашей ордой на юг. Но шел легион по земле человеческой цивилизации, направляясь к Дикому полю. Которое, до этого момента, было защищено негласными соглашениями имперских чиновников с местными авторитетными варлордами. Сейчас же, пока в ситуация на Востоке и Западе из-за вторжения Стужи дестабилизировалась, на утреннем совете единогласно было принято важное решение (одно из) наплевать на эти договоренности имперцев с резунами и полностью зачистить Дикое поле. Кроме того Легион Хищников, в полном составе переместившийся на северную границу Дикого поля, должен был послужить хорошим дополнительным аргументом для Доминики в ее предстоящих переговорах с красными тамплиерами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Кстати насчет переговоров — когда я вернулся из форта Александр, в свите королевы-ведьмы я не увидел Сент-Арно. Тамплиер уже, как оказалось, отправился вперед — передать сообщение и приглашение от королевы-ведьмы главе Ордена участвовать в переговорах.
Единственный только момент: для того чтобы начать договариваться с Орденом, Доминике нужно было сначала вернуть под свою руку Деструс и выгнать из северного разлома всех культистов. Чем сейчас, судя по звукам сражения впереди, уже и начал заниматься авангард орды. Мы уже были близко к городу, скрытому за грядой скалистых холмов, но звуки боя доносились прекрасно.
Орда вокруг заволновалась, бесы ускоряли шаг, гомон усилился. Все демоны верили в победу и жаждали битвы — которой, только которой, можно было заслужить прощение от королевы-ведьмы, поддерживаемой самой Великой огненной богиней, как здесь называли Астарту.
В планировании штурма Деструса я тоже совершенно не участвовал. Даже советом — присутствуя только в роли стороннего наблюдателя. План штурма мне, кстати, очень понравился. Пришел, увидел, захватил — звучало все это быстро, резко, напористо.
Нет, сам я сделал бы по-другому, но влезать не стал — не моя война.
Впереди между тем что-то серьезно грохнуло. Видимо, одни ворота города уже открылись. И еще раз грохнуло. Видимо, вторые ворота открылись. На действия защитников звуки взрывов совершенно не похожи — потому что после каждого из них, с опозданием, доносились отзвуки торжествующих криков десятков тысяч глоток. Давно я так не воевал — в сторонке, безучастно, и практически без переживаний за результат. Мне это даже начинало понемногу нравиться.
Закончив осматривать длинные, растянувшиеся насколько хватало глаз ускорившиеся в движении колонны основной части орды, стремившийся поскорее добраться до места битвы, я догнал движущуюся впереди троицу.
— Кста-аати… — в этот момент снова обернулся ментат к ведьмочке.
— Да? — отвлеклась Доминика. Ведьмочка сейчас сохраняла внешне беззаботный вид, но было заметно, что она чутко прислушивается к тому, что происходит впереди. И больших усилий ей стоит сдержаться от того, чтобы не поскакать быстрее.
— Девочка моя, я насчет белого сухого. У тебя как с обозом, кто вообще главный?
Пока Гомер спрашивал, из-за скалистой гряды холмов раздалась еще череда взрывов.
— С обозом? Эм… а я не знаю.
Доминика отвечала отстраненно — она уже не скрывая прислушивалась к шуму впереди. Я видел, что только спокойствие Филиппы и Гомера удерживало ее от того, чтобы не заставить своего Кошмара ускориться, довезти ее поскорее до места, откуда можно увидеть происходящее действие.
— Еще раз, что-то я не расслышал? — крайне удивился Гомер. Его интонации заставили Доминику отвлечься и обернуться к нему, еще раз осмысливая вопрос.
— Я не знаю, кто у меня главный по обозу. Филиппа знает.
Гомер выпучил глаза и открыв рот, не в силах что-то сказать, несколько раз импульсивно даже руками всплеснул.
— Девочка моя, это неправильно! Это может быть твоей фундаментальной ошибкой! — наконец вернул ментат себе дар речи. — Неприкрытый зад, извини, тыл — бедствие почище идиота командующего. Не слушай ты шум битвы впереди, чтобы там не происходило, силы у тебя больше, результат предопределен. А идиотизм отдельных военачальников всегда могут компенсировать героизмом командиры малого и среднего звена. Но если у тебя в службе тыла дело дрянь, можно вообще готовиться к тому, чтобы… о, дорогая моя, ты просто лучшее из того, что есть на нашей планете, — голос Гомера кардинально изменился, когда он принял у едущей по левую руку от него Филиппы протянутую фляжку. И незамедлительно выпил, судя по выражению лица смакуя что-то определенно из крепкого алкоголя.
