Герцог подался к нему и резко ударил по лицу. Сэтнар отшатнулся, вытер губы…
- Следите за языком, ваше высочество, - холодно промолвил герцог. - Спешу заверить, что моя кровь не грязнее вашей. И моя мать никогда не была таким жалким ничтожеством, как ваш отец. Но я здесь не для того, чтобы меряться родословными. Вы все поедете со мной.
- Что это значит? - спросил Инис. - Как ты можешь… Мы же родичи!
- Именно поэтому твой отец всегда тебя любил больше, - насмешливо отозвался герцог. - Ты во всем на него похож, и умом - тоже. Вернее, его отсутствием.
Он обернулся к своим и приказал:
- Взять их. Мага грузите на повозку, да привяжите как следует, чтобы чего не выкинул. Через час выезжаем.
Его люди кинулись к пленникам. Парни пытались бороться, но силы были неравны. На Мафхоре, лежавшем будто труп, расклепали кандалы, а Нимве отвязали от забора, и Мафхоровы кандалы надели на нее.
В разгар суеты отворилась калитка, вошли пятеро, в которых Нимве немедленно признала ночных похитителей. Замерев у входа, разбойники уставились на чужаков. Замешательство длилось только миг. Люди герцога опомнились первыми. Выхватив мечи, они кинулись на разбойников. Зазвенели клинки, но уже через минуту разбойники начали умирать. Двор наполнили вопли и ругань, поднялась пыль…
Когда все кончилось, герцог подошел к одному из убитых, посмотрел и пнул в ребро. Оглядел двор. Двое его людей валялись без движения, рыжая земля почернела от крови. На лице герцога не появилось никакого выражения, лишь дернулись желваки на щеках. Он натянул перчатки и повернулся к хозяевам усадьбы. Те отступили, женщина судорожно обняла паренька. Герцог подошел и, схватив мальчишку за шиворот, дернул. Мать закричала. Хозяин усадьбы попытался отнять сына, но герцог, не глядя, тычком отбросил мужчину прочь. Вырвал мальчишку из рук матери - и всадил кинжал ему в живот. Паренек, скорчившись, прижал ладони к ране. Кровь, вишневая, почти черная, полилась между пальцами, закапала на землю. Женщина кинулась к сыну. Обхватила, пытаясь удержать, но не смогла, и они рухнули под ноги герцогу.
- Предателей я не прощаю, - выговорил герцог. Хозяин дома словно ожил от звуков его голоса. Схватил с земли кинжал, который отбросил вельможа, и кинулся на мучителя. Но он не успел. В его тело тотчас вонзились несколько клинков, люди герцога швырнули мужчину наземь и принялись пинать.
- Довольно, - приказал герцог. Его люди отступили. Мужчина остался на земле, неподвижный, весь в крови и пыли. Поморщившись, герцог сказал что-то одному из своих. Тот кивнул, подошел к женщине, бесцеремонно поднял ее, сопротивляющуюся и растерзанную, молча поволок по двору, следом потащили ее сына и мужа. Затолкав хозяйку в сарай, кинули следом трупы и подперли дверь бревном.
Оцепенев, пленники следили, как люди герцога обложили дровами хозяйственные постройки и дом, начали чем-то обливать из бурдюков. Резко пахнуло керосином. Облили и трупы посреди двора, и тех, кто остался под навесом, не глядя на то, что там были живые, Нимве явственно слышала их стоны. Пленников отпутали от забора, заставили идти к воротам. В руке одного из пришельцев появился зажженный факел. Человек поднес его к дровам, и груда вспыхнула как порох. В хлеву тревожно замычала корова.
- Дядя, что ты делаешь?! - крикнул Инис, но его вытолкнули за ворота. Не останавливаясь, пленников погнали дальше в лес, усадьба запылала за спиной, пламя, почти прозрачное на фоне яркого неба, хрустело, жаром обдавая лица. Лес наполнился шумом, и страшный крик, полный ужаса и боли, перекрыл вдруг даже треск дерева. Нимве зажала уши ладонями. Вопль, не похожий на человеческий, заморозил в жилах кровь, все на миг застыли, глядя на огонь, взметнувшийся над деревьями…
Повелительный окрик герцога привел их в чувство. Встрепенувшись, чужаки поволокли пленников в чащу, где ждали оседланные лошади.
Глава 10
Пленников, кроме Мафхора, погнали пешком, за верховыми. Мага привязали за запястья и лодыжки к бортам небольшой телеги. Он был без сознания, голова моталась, как у неживого, а на сомкнутых веках лежала синева.
С кандалами на ногах похищенные почти бежали за всадниками. Цепи путались, цепляясь за ветви и траву. Люди герцога не делали привалов до самого заката, и лица пленников осунулись, одежда покрылась пятнами пота. Они все чаще спотыкались, но молчали, никто не стонал и не жаловался.
Лишь когда начало смеркаться, они остановились. Пленники рухнули в траву. Нимве лежала ничком, судорожно вцепившись в стебли осоки, кусая губы и стараясь одолеть панику. Лодыжки и запястья горели огнем, но она даже не поднялась посмотреть, что с руками, будто сквозь сон слушая звуки вокруг, голоса, ржание лошадей и лязг железа. Дернулась цепь, кто-то что-то сказал, ее толкнули в бок… Оторвав голову от земли, Нимве увидала над собой человека.
- Подымайся, - приказал он. - Живо.
Завозившись, Нимве кое-как встала на четвереньки. Чужак схватил ее за предплечье и грубо вздернул на ноги. Подтащил к дереву, и, обмотав цепь о ствол, запер звенья на замок и ушел.
Нимве села, прижимаясь плечом к теплой коре. Остальные пленники оказались поблизости, прикованные к деревьям. Вид у них был плачевный. Ларра сидел неподалеку, угрюмо рассматривая руки. Потом поднял глаза, и их взгляды встретились.
- Чего б им нас сразу не убить, - сквозь зубы бросил Ларра. - Мы ж все равно далеко не уйдем.
Люди герцога возились поблизости, разводя огонь, ходили туда-сюда по лагерю.
- Ты как? - Ларра снова взглянул на Нимве. Она только пожала плечами.
- Ты, главное, не раскисай. Как-нибудь выпутаемся. Да?
Нимве кивнула.
- Вот и ладно.
- Это все Мафхор сделал, - неожиданно даже для себя выдохнула Нимве. - Это из-за него!
Ларра молча глядел на нее.
- Он навел на нас работорговцев, - ожесточенно сказала Нимве. - Это все он!
- С чего ты взяла? - спросил Ларра.
- Я его слышала! - Нимве в бессильной ярости сжала кулаки. - Он утром шептался с ихним главарем! Сволочь проклятая!
- Ты уверена? - принц Сэтнар у соседнего дерева подался вперед.
- Еще как уверена! Я каждое слово слышала! Они хотели нас продать… не знаю, куда. Потому что эти типы были работорговцы!
- Они это говорили? - спросил Инис.
- Они… - Нимве перевела дыхание, не зная, как объяснить и с чего начать. Придется ведь сказать принцам, что всему виной их отец… Пока она лихорадочно соображала, в кустах раздался шорох, и рядом возникла темная фигура.
- Вовсе нет, - герцог остановился перед пленниками и обвел их взглядом. - Они не были работорговцами.
Молчание. Быстро темнело, начинали тоненько зудеть комары.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
