В конце концов чужак победил. Навалившись, притиснув Нимве к земле, так, что она и вздохнуть не могла, принялся связывать ей руки за спиной. Она пыталась вырываться, но незнакомец был сильнее. Задыхаясь, Нимве повела вокруг глазами.
По двору, залитому колеблющимся оранжевым светом, метались люди. Нимве никого не узнавала, не могла выхватить из темноты ни единого знакомого лица. Может, их всех перебили, мелькнула мысль, и Нимве отчаянно застонала. Тяжесть, придавившая к земле, внезапно исчезла, а в следующий миг Нимве вздернули на ноги и потащили в темноту. Она слышала стук, будто что-то вколачивали в дерево, свет факелов в руках у чужаков дергался и слепил глаза. Тот, кто тащил ее, внезапно остановился, и Нимве, хватая воздух ртом, увидела, что у забора на земле сидели люди. Приглядевшись, она вскрикнула, потому что узнала принца Иниса, со связанными за спиной руками. Потом разглядела остальных. Несколько человек возились поодаль, Мафхор стоял у столба неподалеку. Он не двигался, двое пришельцев держали его под прицелом пистолетов.
- Давайте скорее! - приказал мужской голос, и провожатый толкнул Нимве к остальным. Едва не упав, она уткнулась лицом в забор. В следующий миг сильные руки развернули ее, и она увидела угрюмую, заросшую щетиной физиономию. Нимве отшатнулась, но чужак дернул ее к себе. Она начала отбиваться, хоть это плохо получалось со связанными за спиной руками.
- Да стой ты, курва! - оплеуха едва не сбила Нимве с ног. Незнакомец снова дернул ее, заставив стоять на месте. В руках у него блеснул нож. Нимве шарахнулась, но чужак не дал отстраниться.
- Да ты будешь стоять как велено?! - заорал он ей в лицо. Она зажмурилась, ожидая удара, но вместо этого человек принялся дергать веревку. Открыв глаза, Нимве поняла, что незнакомец развязывает ее.
Веревка ослабла, Нимве яростно содрала ее с себя, исподлобья наблюдая за чужаком. Из темноты вдруг вынырнул приземистый мужчина, и Нимве вжалась спиной в забор. Тот, что привел ее, велел:
- На, одевайся, - взяв из рук коротышки охапку тряпья, швырнул Нимве. И, видя, что та медлит, со злостью рявкнул:
- Тьфу, дура! Одевайся, сказано, чего пялишься? Или хочешь, чтоб мы и дальше твои прелести разглядывали?
Коротышка радостно осклабился, Нимве ощутила, как его взгляд ползает по ней, съежившись, отступила, прижимая к груди одежду, внезапно вспомнила, что на ней лишь тонкая сорочка без рукавов… Отвернувшись, торопливо, неловко натянула через голову юбку, схватила с земли рубаху, пальцы не слушались, срывались, и ей едва удалось просунуть руки в рукава.
Едва Нимве успела одеться, как чужак подступил снова. Она ощутила запах его пота, увидала блестящие в свете факела глаза. Ни слова не сказав, он схватил ее руки ниже локтя и сжал, будто тисками. Не зная, что ему нужно, едва дыша, Нимве пыталась сопротивляться, но чужак держал крепко.
Уловив движение справа, Нимве обернулась. К ним шел человек с переносной жаровней, какие бывают в кузницах, а следом другой тащил сумку. Оттуда выглядывали рукояти инструментов. Приблизившись к пленникам, первый, коренастый и бородатый, поставил жаровню наземь, а помощник не спеша вынул из котомки клещи с длинной ручкой. Нимве похолодела, перестала вырываться, ноги сделались ватными, во рту пересохло…
- С кого начнем? - спросил бородач, обводя взглядом замерших пленников.
- Да с кого хошь, быстрее только, - огрызнулся тот, что держал Нимве. - Эта кошка мне всю морду исцарапала!
- Не убудет твоей морде.
Зазвенело железо, помощник бородача надел на запястья Агасти стальные кандалы. Лишь теперь Нимве поняла, для чего разбойникам понадобились и жаровня, и инструменты. Паника немного отпустила, и Нимве, едва держась на ногах, прислонилась спиной к забору.
Пока заковывали парней, один из чужаков сделал из толстой веревки подобие кандалов, одел на руки Нимве, и, смастерив подобие ошейника, будто собаку, привязал пленницу к забору.
Когда ее оставили в покое, Нимве отползла в сторону. Присев на корточки, обхватив себя руками, вздрагивая, принялась дико озираться. Разбойники уже закончили с кандалами Мафхора, один из них обматывал цепь вокруг столба. Почему он ничего не делает, в отчаянии подумала Нимве. Почему не сопротивляется? Ведь он же может их всех… Но Мафхор не двигался, будто его заколдовали. Агасти сидел неподалеку, губы тряслись, а глаза казались огромными.
Разбойники стояли посреди двора с факелами в руках, разглядывая пленников и переговариваясь. Позвякивали цепи, трещала смола, распространяя по двору дегтярный запах.
Справа от Нимве, чуть поодаль, кто-то громко произнес:
- Кто вы такие? - С земли встал человек.
- Кто вы? - снова прозвучал вопрос, и Нимве узнала голос принца Сэтнара. - Что все это значит?
Среди разбойников послышались смешки. Один спокойно отозвался:
- А кто спрашивает? - вперед выступил высокий темноволосый человек лет сорока. Огонь факела осветил резкое лицо с короткой бородой, прямые сдвинутые брови, из-под которых, будто из кустов, смотрели острые глаза. Сэтнар выпрямился, звеня цепями.
- А тебе не все равно? - в тон главарю осведомился принц. - Или вы грабите в зависимости от чина?
Главарь усмехнулся.
- А ты смелый, мальчишка, - заметил он. - Только с чего ты взял, будто мы вас грабить собираемся?
- Ну, вряд ли вы нас захватили ради развлечения, - парировал Сэтнар. - Вот я и интересуюсь: сколько надо заплатить, чтобы вы нас оставили в покое?
Вожак постоял, разглядывая принца, потом приблизился почти вплотную и сказал:
- Там посмотрим, дружок.
- Я тебе не дружок, - холодно отозвался принц.
- Если будешь дерзить, велю заткнуть тебе рот. Кляпом. Ясно?
Сэтнар не успел ответить, потому что Инис, вскочив, подался к разбойнику и выдохнул:
- Только попробуй! Тронь только!
Вожак, ухмыляясь, отступил и зашагал вдоль ряда. Поравнявшись с Нимве, остановился. Настороженно, из-под встрепанных волос, та следила за ним.
- Ты жена, что ли, кого из этих? - спросил вожак, кивая подбородком на слуг.
- Нет, - Нимве старалась, чтобы голос звучал твердо, но удавалось плохо.
- Чего ж тогда ты с ними делаешь? Или ты, может, женщина определенного поведения? - вожак подмигнул. Разбойники засмеялись. Вспыхнув, Нимве распрямилась и бросила:
- Сам ты - определенного поведения!
Смех перешел в ржание, а вожак, улыбаясь, покачал головой:
- Дерзкая… Люблю дерзких. Так ты, стало быть, порядочная?
- А кто спрашивает? - фыркнула Нимве, и разбойники покатились со смеху. Вожак улыбнулся еще шире, показывая зубы.
- Не боишься мне дерзить? - осведомился он. Нимве прикусила губы. Она боялась, да еще как, но - его тон, и взгляд, которым он ее ощупывал, и смех остальных приводили в бешенство, и она не могла, не желала позволять этому нахалу издеваться. Пальцы сами собой сжались в кулаки, и Нимве сказала:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
