силой.
– Мам! Хватит! Реши уже, ты будешь с Фирдаусом знакомиться или нет? Мне на занятия возвращаться надо.
– Буду!
– Будешь вежливо разговаривать?
– А когда я невежливо разговаривала?
– Всегда. – не выдержав, ляпнул Тарас.
– Пап! – с угрозой в голосе произнесла Диана. – Мам?
– Ладно! – сдалась Оксана.
– После пар он за мной заедет, – сообщила Диана. – Подождешь у папы на кафедре пару часов или по Москве погуляешь?
– Не знаю… – с обидой зыркнула на дочь мать.
– Ладно. Разберёмся, – решил Тарас. – Иди на занятия.
* * *
После пар поехал к Сатчану. Надо же было передать ему благодарность от Фирдауса.
По тому, что второй секретарь нисколько не удивился, увидев у себя на столе яркий импортный подарок, понял, что на что-то подобное он и рассчитывал.
– Что нового? – поинтересовался я, наблюдая, с каким интересом он разглядывает коробку и её содержимое.
– Всё хорошо. В типографии уже новое руководство.
– Быстро вы, – удивился я такой прыти.
– А что тянуть кота за хвост? – ответил довольный Сатчан.
– Может и производственный план уже утвердили?
– План в работе, – беззаботно ответил второй секретарь…
* * *
Горный институт.
Оксана осталась сидеть на кафедре. Какие прогулки, когда тут такое?
Минут за пятнадцать до окончания занятий она уже караулила под дверями, где группа дочери досиживала последнюю на сегодня пару.
Первый шок прошёл ещё вчера, когда она ехала на автобусе в Брянск, потом на поезде в Москву, потом к подруге в Зеленоград. До поздней ночи она проплакала на кухне у подруги, а с утра пораньше поехала вместе с ней в Москву. Слёзы уже все выплакала, осталась обида. На себя, на свою жизнь, на Тараса, на Диану… И на этого проклятого негра!
Веди себя прилично, разговаривай вежливо… – со злостью вспоминала Оксана слова дочери, стоя под дверями аудитории. – Ага. Щас! Глаза ему выцарапаю! Чтоб бежал без оглядки от моей кровинушки.
Наконец, занятия закончились, Диана вышла и, счастливо улыбаясь, подошла к матери.
– Ну что, ты готова? – спросила она.
Оксана проворчала что-то неразборчиво и поплелась за дочкой в гардероб. Диана не стала надевать шапку и застегивать пальто. Накинула на шею шарф, даже не завязав.
– Ты так ходишь? – возмутилась мать. – Застудишься же!
– Не успею, – игриво ответила Диана и направилась к выходу.
Оксана поспешила за ней, шла и бухтела без умолку, что дочь испортит себе здоровье, испортит себе жизнь…
Они спускались по лестнице, Диана впереди. Оксана собралась уже снова сделать замечание дочери по поводу того, что та легко одета, как вдруг Диана подошла к стоявшей у обочины Волге. Водительская дверца открылась и из машины вышел красивый парень, яркий брюнет. Оксана засмотрелась… Её дочь подошла к нему, парень наклонился и, слегка приобняв, поцеловал Диану.
Оксана застыла на ступенях с открытым ртом и, как во сне, наблюдала, как Диана что-то рассказывает красавцу, показывая на неё рукой. Молодой человек удивлённо вскинул брови, повернулся к ней и в несколько шагов оказался рядом.
– О… Здравствуйте. Такая неожиданность. Я так рад, – быстро говорил он. – Меня зовут Фирдаус. Позвольте, я помогу вам дойти до машины.
– Оксана, – только и сумела проговорить мать Дианы, в голове которой билась в этот момент лишь одна мысль: «Почему не негр?!»
Фирдаус галантно предложил ей свою руку и повёл вниз. Оксана дышать боялась, не то что орать. Быстро придя в себя, она улыбнулась и пошла с ним с гордо поднятой головой. С таким зятем и по Москве пройтись не стыдно, – подумала она.
Фирдаус ловко открыл перед Оксаной заднюю дверцу машины и помог сесть. Потом усадил Диану рядом с водительским местом.
– Вы не против с нами пообедать? – повернулся он к будущей теще.
– Нет, конечно, – ответила та, полностью поменяв настрой и начиная понимать улыбающуюся дочь.
– Отлично! – обрадовался Фирдаус и тронулся с места.
* * *
Придя домой раньше жены, сунулся было на кухню, чтобы что-нибудь приготовить, но не понял, зачем она оставила в утятнице с утра размораживаться курицу, то ли жарить собирается, то ли суп варить. Решил не лезть, а заняться своими делами. Еще расстрою какие-нибудь важные кулинарные планы, ни к чему этот риск…
У меня же куплен дверной глазок! Очень актуальная, с некоторых пор, вещь. Занялся его установкой. Вскоре пришла и Галия.
– Представляешь, сегодня прямо с занятий мать вытащила Диану, – начала рассказывать жена с порога. – и устроила ей скандал.
– Ого. Даже догадываюсь, по какому поводу, – усмехнулся я.
– Да, насчёт замужества. – кивнула Галия. – Представляешь, Диана до сих пор ей ничего не сказала. Мать ее кричала на весь коридор.
– Что кричала-то?
– Да, ерунду всякую, я не прислушивалась. Пара же была. Тарас Семёнович пытался её…
– Отец тоже там был? – напрягся я, вспомнив, как мы с батей отбивали Диану у них дома в Святославле от матери. – И как он это всё перенёс?
– Не знаю. – прошла на кухню жена и занялась готовкой.
Отложил инструменты, решил позвонить отцу, узнать, что у них там произошло. Он устал от этой всей кутерьмы. Переживает сильно. Говорит, что за эти полгода Диана ему все нервы вымотала. Так мало этого, сегодня и Оксана в Москву примчалась…
– Так и чем всё закончилось-то в итоге? – поинтересовался я у отца, дозвонившись.
– Не знаю ещё. Фирдаус их обеих после занятий куда-то увёз, – голос у отца был расслабленный и умиротворенный.
– Ты вроде успокоился? – спросил я неуверенно.
– Ага. – отец хихикнул в трубку. – Я вдруг осознал сегодня, что теперь это все его проблемы…
Глава 11
Москва, Ресторан «Арагви».
Фирдаус не планировал на сегодня посещение ресторана, но неожиданный приезд будущей тёщи вынудил его пересмотреть все планы на остаток дня. Рисковать не стал и повез женщин в популярное место в центре Москвы, пользующееся любовью у известных людей. Днём там не должно быть ажиотажа, но даже если будет, то, в конце концов, десятка швейцару открывала любые двери.
Так и вышло. Очереди не было, столиков свободных хватало. Но Фирдаус сунул-таки трояк швейцару, и тот отработал его на все сто, будучи сама любезность и предупредительность.
Им предложили уютный столик, хорошо подходящий для неспешной приватной беседы. В ожидании обеда Фирдаус вёл обычный светский разговор ни о чём, внимательно при этом наблюдая за Оксаной.
Как русские говорят, – думал он, – хочешь узнать, как будет выглядеть жена в старости, посмотри на её мать.
То, что видел сейчас перед собой Фирдаус, его более чем устраивало. Оксана была ещё очень даже хороша собой, если внимательно присмотреться. Ей бы выспаться, приодеться, сделать прическу с макияжем,
