и давлению, то можно помочь ему научиться противостоять подобным воздействиям. После этого он сможет сам решить, что ему делать в той или иной ситуации.
Манипулятивный контракт может проявляться не сразу. Сначала предлагается нормальный контракт, скажем, чтобы избавиться от чувства зависти. Однако когда терапевт пытается помочь клиенту изменить свои мучительные чувства, он выдвигает тезис о том, что не может изменить свои чувства, пока не будет иметь то, что не хуже, чем у кого-то другого. Поскольку терапевт не может дать клиенту то, что тот хочет, то он чувствует себя в ловушке. Он вроде бы взялся решать проблему клиента, но не может ничего сделать, клиент начинает уже манипулировать терапевтом, используя его чувство вины. В таком случае клиенту следует объяснять, что, наверное, он обратился не к тому специалисту, что психолог является специалистом во внутреннем мире человека, там он и может добиться изменений, но только при содействии самого клиента, и никак иначе.
Игровые контракты
Эти контракты получили свое название потому, что они вовлекают терапевта в психологическую игру в смысле, который вкладывал в это слово Э. Берн [1, 6]. Клиент хочет, чтобы терапевт одобрил то, что причинит ему боль или сделает его несчастным. На внешнем плане он выдвигает вроде бы благовидную цель, но на самом деле стремится к достижению другой, скрытой цели, приводящей не к решению, а к усугублению проблемы.
Марго: Я хочу изменить свои чувства, связанные с папой. Я неудачница. Например, я разъехалась с мужем год назад и до сих пор не рассказала папе. Ему 84.
Терапевт: Продолжайте.
М: Я боюсь, это будет для него таким ударом! Он так расстроится, у него будет сердечный приступ. Во всяком случае, может быть, ведь он такой старый и слабый.
Т: Тогда почему же он должен знать?
М: Из-за меня.
Т: Почему?
М: Я чувствую себя несчастной из-за того, что не рассказала ему.
Т: Какую реакцию вы хотите получить от отца?
М: Я хочу одобрения и не желаю одобрения.
Т: Таким образом, чтобы подстраховаться, вы говорите ему, что разъехались с мужем, – и отец умирает, не одобряя вас. Он, наверное, скажет: «Ну вот, я так и думал, у тебя опять неудача!» И вы, наверное, почувствуете вину.
М: Да, я бы почувствовала себя виноватой. Так каков ваш вывод? Что-то я потеряла нить.
Т: Первый шаг: «Я хочу, чтобы ты меня одобрил и одобрил мой развод с мужем». (Пишет на доске шаги и показывает на диаграмме первый шаг – мнимое прямое сообщение. Следующим идет секретное сообщение, затем ответ на секретное сообщение, затем расплата.) Второй шаг: «Скажи мне, что я плохая».
М: Нет, не «плохая», а «неудачница».
Т: Хорошо. Второй шаг: «Скажи мне, что я неудачница». Третий шаг: «Я обязательно скажу тебе, что ты неудачница». И вот, вас опять не одобрили. И вы говорите все, что думаете о себе и о нем. И получаете порцию своих обычных переживаний. Это и есть ваша расплата.
М: Которой я не хочу.
Т: Единственный способ для вас выиграть в этой игре – чтобы отец изменился? Какова вероятность этого? Того, что он одобрит ваш развод?
М: Мала. Ничтожно мала.
Т: Хорошо. Я не принимаю ваш контракт. Принять – значит помочь вам продолжать играть в эту игру.
М: В которой он переживает, а я переживаю еще больше. Да. По правде говоря, не хочу я этого. Наверное, и не рассказала ему поэтому.
Т: Продвигаемся успешно.
Источник: [5].
Данный пример построен на теории трансактного анализа Э. Берна, но достаточно понятен и так. Клиентка готовит самой себе ловушку, пытаясь подключить к этой деятельности и терапевта, но тот не ловится на эту удочку и использует ситуацию, чтобы разоблачить перед клиенткой ее собственную игру, которую она придумала не сейчас, а ведет многие годы на пару со своим отцом. Теперь терапевт может предложить клиентке реальный контракт по избавлению от пожизненной игры в «неудачницу», что способно коренным образом изменить ее самочувствие и проложить дорогу к достижению ею успеха.
Клиентка, страдавшая от убеждения, что ее никто не полюбит и она не создаст семьи (она чувствовала себя некрасивой), предлагала мне помочь ей каким-то образом полностью избавиться от сексуальных желаний. Она хотела, чтобы ее это не беспокоило и она могла бы жить, занимаясь прочими делами. Она и так тратила все усилия на подавление своей сексуальности, что привело ее к глубокой депрессии. Я не принял этот контракт и, наоборот, поставил цель помочь ей избавиться от отцовского предписания «Ты некрасивая», чтобы она перестала подавлять сексуальность, независимо от того, есть ли гарантии будущей любви. В настоящее время она замужем.
Вечные контракты
Некоторые клиенты готовы очень усердно работать над достижением цели, которой почему-то никак не могут добиться, но они уверены, что в будущем это обязательно свершится. Когда терапевт предлагает им изменить что-то в себе прямо сейчас, они находят разные предлоги, чтобы этого не делать. Например: «Я семнадцать лет так жила, а вы хотите, чтобы я прямо сейчас, за минуту от этого отказалась?!» На что можно ответить: «Какая разница, когда-то это должно произойти?» Или: «Кандалы снимаются сразу или носятся вечно». Или: «Давайте сделаем это для эксперимента: если вам не понравится, вы всегда можете вернуться к привычному состоянию».
Такие клиенты, решая проблему, и не рассчитывают на результат, он их пугает, они готовы к тому, что это само произойдет когда-то… Их секретный план – оставаться несчастными до полного исцеления. Первоначальная задача легко забывается и даже теряет значение. Деятельность по самоанализу и «косметическому ремонту» становится самоцелью. Клиент избегает главного, но удовлетворяется похвалами терапевта за свой упорный труд.
Предлагается заключать с такими клиентами единственный контракт – перестать заставлять себя страдать по поводу прошлого. Им необходимо помочь принять самих себя и научиться получать удовольствие от жизни.
Скрытые контракты
Терапевт может невольно заключить с клиентом скрытый контракт, который препятствует исполнению основного контракта. Он потому и называется скрытым, что осознанно не декларируется. Скрытый контракт состоит в том, что тем или иным образом терапевт вместе с клиентом отрицают наличие у последнего силы и автономии, достаточных для решения его проблемы, – клиент превращается в жертву. Это скрытое соглашение о том, что клиент может избегать достижения объявленной цели, а терапевт не
