посетители.
Глафира вытаращилась на парня.
— В три утра⁈
— Ага… Пять минут назад зашли. Вон, сама послушай — орут-с.
И правда, из-за закрытых дверей доносился спор на повышенных тонах. Точнее, голос повышал его превосходительство, а возражали ему тихо и спокойно, что, вероятно, еще больше раздражало посла.
В этот момент дверь распахнулась — мы с Глафирой едва успели отпрыгнуть, чтобы не быть зашибленными. На пороге стоял сам посол — в домашнем костюме, в халате и с сигарой в руке. А спорил он… С посланником королевской канцелярии и его двумя вооруженными сопровождающими.
— Проклятье, — сказал посол, увидев меня. — Да что ж такое…
— Князь Бринский, — расплылся в дежурной улыбке посланник. — Какое везение вас встретить. А то его превосходительство настаивал, что вас нет на территории посольства…
Он поклонился, придерживая папку под мышкой.
— В чем дело, уважаемый? — спросил я.
Посланник зашагал ко мне, словно маршировал на плацу. Остановившись, он раскрыл папку и протянул мне толстый лист гербовой бумаги.
— Предписание относительно вашего сиятельства. Вам надлежит немедленно пройти с нами.
Глава 11
Я уставился на бумагу.
'Предписание о задержании князя Николая Бринского с целью последующего дознания посредством проведения беседы с сотрудниками Тайной канцелярии Его королевского Величества.
Сопровождение осуществляется служащими Королевского охранного корпуса и подчинено правилам обращения с высокопоставленными особами'.
Дата стояла вчерашняя. Видимо, служивые отчаялись найти меня во дворце и решили поискать здесь. Вот и нашли, блин.
— Какого вопроса касается дознание? — спросил я, глядя посланнику прямо в глаза. — Раз вы явились в посольство среди ночи, должно быть что-то срочное.
— Об этом я не уполномочен говорить при свидетелях.
Я устало улыбнулся и пальчиком поманил его к себе.
— Тогда шепните на ушко. Потому что у меня нет ни малейшего понятия, о чем может идти речь.
Посланник тяжело вздохнул и направился ко мне. Я демонстративно подставил ухо.
— Речь идет о гибели князя Ратко Бранковича. Есть подозрения, — его шепот стал едва слышимым, — что причины смерти могут быть неестественными… Прошу вас, сохраняйте эмоции под контролем — новость еще не афишировалась. Все случилось вчера вечером.
Черт! Бранкович — к которому я должен был поехать…
— А я здесь при чем? — тихо спросил я, стараясь не подавать виду, что занервничал.
— Мы вызываем на беседу всех, с кем князь Ратко контактировал в недалеком прошлом. Известно, что он пригласил вас к себе в имение, и встреча была назначена на ближайшее время. Сами понимаете…
Проклятье… Только усталость не позволила мне выругаться от души. Бранкович был информатором Вука! И теперь я лишился источника сведений о королевском дворе. Помимо того, что этот сварливый дед просто успел мне понравиться. Интересно, что стало с его помощницей? Той, что передала мне записку.
— Хорошо, — ответил я. — Едем. Только позвольте переговорить с сотрудником посольства.
— Разумеется.
Я подозвал Глафиру.
— Пожалуйста, проинформируйте моих секретарей о том, где я. И пусть меня заберут после допроса. Также сообщайте им о состоянии нашего друга.
Женщина кивнула.
— Конечно, ваше сиятельство. Требуются ли вам услуги юрисконсульта?
— Благодарю, не нужно.
— Уверены?
— Уверен.
Не хватало еще втягивать в эти дела посольство. Нет уж, сам разберусь.
Я вышел, оставив посла и Глафиру в недоумении. Лишь удивленно взглянул на двух вооруженных гвардейцев и многозначительно уставился на посланника.
— Могли бы не утруждаться с конвоем.
— Прошу прощения, ваше сиятельство. Таков протокол обращения с высокопоставленными особами. Вы ведь князь, да еще и иноземный, а не ворюга какой… Они здесь для вашей защиты, а не для охраны.
Ну да, конечно. Все я понял. Разумеется, они бы не стали пытаться меня скрутить, но таким образом тонко намекали на то, что препятствовать задержанию не стоило. Я принял правила игры — не в моих интересах было настраивать против себя систему — и позволил сопроводить себя вниз.
К моему удивлению, автомобиль за мной прислали представительский. Я решил воспользоваться преимуществами и прохрапел все время, что меня транспортировали. Судя по всему, протокол запрещал дознавателям и конвою ко мне прикасаться, поэтому несчастный посланник посадил себе голос, кашляя, чтобы меня разбудить.
— Кхм-кхм! Ваше сиятельство!
— Да проснулся я, проснулся…
— Извольте пожаловать со мной.
О как заговорили. Ладно, давайте.
— Можете спрашивать что угодно, но сначала налейте кофе, — сказал я, когда мы оказались на ступенях величественного здания в классическом стиле. Строгие колонны, серый камень и статуя барышни с мечом должны были внушать трепет.
— Конечно, ваше сиятельство, — конвоиры открыли перед нами двери, и мы вошли в просторный холл. — Прошу следовать за мной.
Меня проводили на второй этаж. Здание оказалось немаленьким, а его сотрудники бодрствовали даже ночью. Поднявшись по широкой каменной лестнице, мы оказались в холле поменьше, и посланник подошел к дежурившей за стойкой девушке в форме. Они быстро перебросились парой фраз, девушка кивнула, взглянула на меня и с легкой улыбкой поправила прическу. Удивительно, что даже в таком состоянии я был способен привлекать внимание.
— Благодарю, ваше сиятельство, — посланник вернулся ко мне и поклонился. — Дознаватель Савва Милошевич ждет вас.
Посланник остался в холле, а девушка любезно проводила меня в допросную. Точнее, это оказалась весьма комфортабельная комната с мягкой мебелью и видом на парк.
Высокий серб в слегка мятом костюме пропустил меня вперед и знаком велел конвоирам дожидаться в коридоре.
— Здравствуйте, ваше сиятельство, — он слегка поклонился, а затем протянул мне руку. — Разрешите представиться — Савва Милошевич, старший следователь отдела по работе с аристократией при Тайной канцелярии.
Судя
