– Кажется, хорошеньким девчонкам придется подождать, – мрачно проговорил Алек.
– Остается лишь надеяться, что в наше отсутствие они не спланируют еще какой-нибудь заговор, – мрачно пошутил Уилл и посмотрел на близняшек, которые весело смеялись. Невозможно было поверить, что Эви входит в преступную организацию.
Кузены пересекли зал, направляясь к широкой двери, ведущей на мраморную лестницу. Несколько гостей здоровались с ними и пытались вовлечь в разговор – к Алеку в основном обращались дамы, – но оба вежливо уклонялись от беседы.
Лакей в ливрее ждал их у лестницы.
– Прошу вас, господа, – с поклоном промолвил он.
Лакей провел их на первый этаж к кабинету герцога. Он с поклоном открыл дверь и пропустил кузенов в кабинет. Они вошли и огляделись.
Кабинет поражал роскошью. Он был отделан дубовыми панелями, арочные окна выходили в знаменитый розовый сад герцогини. В черных ночных окнах отражался мерцающий свет свечей, стоящих в канделябрах, и лампы на письменном столе. Герцог сидел в кожаном глубоком кресле перед камином и попивал бренди. Рядом с ним стоял Аден.
– Добрый вечер, сэр, – поздоровался Уилл с отцом.
Вошедшие поклонились герцогу.
– Садитесь, господа, – сказал Йорк, предлагая посетителям сесть на стулья. – Я бы посоветовал и вам, парни, налить себе бренди, да только нам ни к чему задерживаться здесь. Чем меньше людей знает о нашей встрече, тем лучше.
– Да, сэр. – Уилл занял место напротив отца. Алек, игнорируя предложение герцога, обойдя стул, встал позади Уилла, таким образом оказавшись спиной к стене, это было профессиональной привычкой.
Отец Уилла начал строго:
– Со слов сэра Доминика я понял, что вы далеко не продвинулись. – Герцог свел кустистые брови, лицо его было суровым. – Полагаю, вам не нужно напоминать, что дело крайне срочное.
Если бы Уилл стоял, то ему пришлось бы переступать с ноги на ногу. Легкий шорох у него за спиной предполагал, что Алек именно так и поступил. Что касается Адена, то этот прохвост лишь насмешливо приподнял брови, но промолчал.
– Нет, ваше высочество, напоминать об этом нам не нужно, – сказал Уилл. – И хотя мы с Алистром только в начале расследования, кое-каких успехов мы уже достигли.
Герцог надменно посмотрел на него.
– Хочешь ли ты сказать, что сэр Доминик не точно оценил ваш отчет?
Уилл незаметно вздохнул.
– Не совсем так, сэр, – ответил он.
– Выходит, я чего-то не понял? – Брови отца подскочили так высоко, что исчезли бы в волосах, если бы они у него еще остались.
– Нет, разумеется, мне бы такое даже в голову не пришло, ваше высочество, – промолвил Уилл, еле сдерживая раздражение.
Без сомнения, его отец был изобретательным и опытным командующим, но, как и многие люди, облеченные властью, он нередко бывал нетерпелив и слишком скор в суждениях.
– Что ж, тогда, возможно, тебе стоит коротко пересказать свой вчерашний отчет сэру Доминику, – ненавязчиво вмешался в разговор Аден. – И для меня тоже будет полезно послушать, потому что я не смог прийти на эту встречу.
Уилл вопросительно посмотрел на отца, и тот утвердительно кивнул.
Уилл быстро пересказал о том, что он узнал, находясь в Мейвуд-Мэнор, а Алек приобщил к его отчету информацию, которую он собрал по крупинкам из разговоров с Боумонтом. Анализируя свой рассказ в очередной раз, Уилл вынужден был признать, что сообщить им особо не о чем.
– Все-таки выходит, что мы недалеко продвинулись в этом деле, не так ли? – рявкнул герцог.
– В общем, да, потому что роль Боумонта в заговоре еще не ясна, – как можно уклончивее ответил Уилл.
– Боумонт – крепкий орешек. Если спросите меня, я тоже скажу, этот человек просто святой, черт побери! – добавил Алек с излишней резкостью.
Герцог Йоркский зловеще прищурился.
– Что ты хочешь этим сказать? – спросил он.
– Лишь то, что Боумонт, похоже, искренне увлечен своей благотворительностью, – торопливо вставил Уилл. – Но это, конечно, вовсе не исключает возможности его участия в заговоре. Это означает, что он со всей страстью отдается тому, во что верит.
– Мужчины, со всей страстью занимающиеся определенным делом, часто революционеры или тираны, – заметил герцог. – Вспомните французские события.
– Именно так, – кивнув, согласился Аден. – Мы должны согласиться, что нет достаточных доказательств, чтобы назвать Боумонта подозреваемым, но нет прямых улик, чтобы исключить такую возможность. Я думаю, будет лучше, если мы сейчас решим, что делать дальше.
– Говоря «мы», ты имеешь в виду нас, – пробормотал Алек.
Уиллу захотелось ухватить Алека за галстук и приказать, чтобы он держал рот на замке. Вместо этого он кивнул Адену.
– У нас есть план, как подобраться ближе к Боумонту. Алеку удалось убедить Боумонта, что он готов не только вложить деньги в благотворительность, но и возглавить какой-нибудь благотворительный проект. Боумонт от этого в восторге, и, кажется, он симпатизирует Алеку. Мой кузен будет заниматься внедрением в организацию, а я тем временем разведаю, что творится в Сент-Маргарет.
– Когда начнешь? – спросил герцог.
– Надеюсь, что завтра. Мисс Уитни согласилась сопроводить меня туда и ввести в курс некоторых благотворительных дел.
– Позаботься о том, чтобы это обязательно произошло, – поднимаясь с места, приказал герцог.
Аден и Уилл встали вместе с ним.
– Наши осведомители в Дублине ждут информацию. – Герцог направился к двери. – Кстати, Уильям, какое впечатление на тебя произвела мисс Уитни? Не кажется ли тебе, что она участвует в заговоре?
– Нет, сэр, – твердо ответил Уилл. – Она абсолютно невиновна, я в этом уверен.
Его отец на мгновение замер, положив руку на дверную ручку.
– И на чем же основана твоя уверенность?
– Я знаю ее с детства, сэр. – Уилл не скрывал горячего желания вступиться за Эви.
Но это лишь усилило подозрения герцога.
– Этого мало, мой мальчик, – презрительно бросил герцог Йоркский, прежде чем выйти из кабинета.
– Боже! – воскликнул Алек, как только дверь за герцогом захлопнулась. – Кажется, тайфун прошел мимо.
– Все могло быть хуже, – заявил Аден. – Но мы с сэром Домиником справимся с герцогом. А вы с Уиллом ройте землю носом и не забывайте о нашем плане.
Еще несколько минут они обсуждали некоторые детали в коридоре, а потом решили расходиться по домам.
– Меня в уютной постельке ждет красавица-жена, – сказал Аден, когда Алек посмеялся над его желанием поскорее вернуться домой. – И ее общество я определенно предпочитаю вашему. – Он с усмешкой забрал у дворецкого свои трость и шляпу. – К тому же я отлично знаю, парни, как вам нравится проводить время с красивыми дамами.
