Ненависть к иностранцам, чужим, культ мести, самовосхваление не оспариваются, не подвергаются сомнению культурной традицией. Та жестокость, с которой действовала армия сербского генерала Ратко Младича в Боснии, уже была проявлена сербами на территории той же Боснии в прошлые Балканские войны. Но об этом не прочитаешь в сербских научных трудах и учебниках истории. В них роль сербской армии благородна и достойна. Сербы только страдали и были жертвами кровожадных хорватов, албанцев, турок и болгар.
В свою очередь в Загребе не хотят вспоминать не только о преступлениях хорватского полуфашистского государства в годы Второй мировой войны, но и о преследованиях хорватами сербского населения во время Первой мировой. Историки в Загребе доказывают: хорваты — европейский народ с демократическими традициями, в отличие от некультурных сербов.
Два периода модернизации Югославии — между двумя мировыми войнами и при Тито — не изменили провинцию. Напротив, сельские жители, перебираясь в большие города, принесли с собой провинциальный менталитет. Не провинция приобрела черты современного общества, а города провинциализировались.
ВОЙНА В БОСНИИ
Когда закончилась война в Хорватии, началась другая — в Республике Боснии и Герцеговине, где живут и сербы, и хорваты, и босняки, исповедующие ислам. Республика Босния и Герцеговина была готова образовать с Сербией и Черногорией конфедерацию. Но Милошевич поставил ультиматум: или вступайте в наш союз, или отдавайте нам все сербские земли. Так началась война, которую вел жестокий и амбициозный лидер боснийских сербов Радован Караджич.
Этого человека одни считают преступником, другие героем. Поэт и психиатр, лауреат Шолоховской премии Радован Караджич родился в маленькой Черногории. Его отца в коммунистической Югославии посадили в тюрьму за то, что в годы войны он служил в отрядах четников, которые сражались и с нацистами, и с партизанами Тито. В начале восьмидесятых он стал врачом популярной футбольной команды в Сараеве и должен был поднимать боевой дух спортсменов. Говорят, что пациенты ценили его как хорошего врача-психиатра. Но Караджич жаловался, что у него ничего не получается, потому что Сараево чужой для него город. Караджич провел почти год в тюрьме по обвинению в подделке документов. Он считал, что его посадили только из-за того, что он серб.
Когда Югославия начала рассыпаться, азартный Караджич двинулся в политику. Сражающийся психиатр стал в глазах сербов настоящим героем. Сербы, обладавшие абсолютным превосходством в тяжелом вооружении, прибегали к обычной тактике: окружали город за городом и методично разрушали их артиллерией. Сербские войска захватили примерно 70 процентов территории Боснии, изгнали оттуда мусульман и хорватов и создали свое непризнанное государство. Караджич приказал своим артиллеристам и снайперам обстреливать Сараево. Обстрелы густонаселенной боснийской столицы унесли несколько тысяч жизней — причем гибли исключительно мирные жители, которые пытались добраться до булочной или до колодца…
Я был тогда в этом разрушенном городе, по которому передвигаться приходилось в бронежилетах и касках. Военных объектов в городе не было, и сербские артиллеристы крушили жилые дома, где живут босняки — в основном этнические сербы, чьи предки приняли ислам. «Босняки — люди, не потерявшие славянскую кровь, но приобретшие мусульманство» — так писал о них когда-то российский посол при Оттоманской империи.
Караджич хотел, чтобы окружающие считали его выдающимся врачом, великим поэтом, потрясающим любовником и мудрым государственным деятелем. Рядом с ним всегда был генерал Ратко Младич, командующий войсками боснийских сербов. Отца Младича убили хорватские усташи. И для генерала Младича современная Хорватия — это враг. А права мусульманской Боснии на существование Младич просто не признает.
Милошевич помогал боснийским сербам в войне, которая шла несколько лет, снабжал их оружием, деньгами. Это была кровавая и грабительская война, построенная на этнических и религиозных чистках.
Война в Боснии привела к самому большому после Второй мировой войны переселению народов. На сербской территории в Боснии мусульман и хорватов не осталось. Из Сараева уехали сербы. Они не захотели жить вместе с мусульманами. Боснию возглавил Алия Изетбегович. Как и президент Хорватии Туджман, он был дважды судим. Но в отличие от Туджмана в годы Второй мировой войны Изетбегович был на другой стороне. При Тито его приговорили к трем годам тюремного заключения за вербовку мусульманской молодежи в формирования войск СС. Во второй раз Изетбеговича судили за «национализм и пропаганду ислама», что в социалистической Югославии считалось тяжким преступлением. Его называли «мусульманским националистом». По мнению Изетбеговича, «ислам вправе самостоятельно управлять миром».
Международное сообщество предлагало один мирный план за другим. Все они были выгодны сербам, потому что оставляли в их руках значительную часть территории республики. Но Милошевич говорил «нет», а Караджич и Младич верили, что смогут взять всю Боснию. Зачем же мириться с теми, кого можно просто завоевать? Но соединенные силы боснийских мусульман и хорватов окрепли и перешли в контрнаступление. Сербы терпели одно поражение за другим, военное счастье от них отвернулось.
В тот момент Милошевич сделал очередной кульбит в своей политике и, стараясь поладить с Западом, заставил боснийских сербов смириться с дейтонским мирным планом — на условиях худших, чем они могли иметь. Сербам пришлось согласиться на ввод в Боснию миротворческих сил НАТО. Причина уступчивости Милошевича проста: в тот момент президенту Сербии нужно было во что бы то ни стало добиться от ООН снятия эмбарго на торгово-экономические отношения.
Санкции были бедствием для Сербии, где привыкли жить богато и сытно. Продавцы не торговали, а целыми днями клеили новые этикетки. Белградцы ходили по магазинам и искали, где еще сохранились вчерашние цены. По ночам воры сливали бензин из машин, поэтому все ездили с почти пустыми баками и добавляли понемногу из канистр, которые держали в крепко запертом багажнике. Даже дети только и говорили что об экономических санкциях ООН: из-за эмбарго телевидение не имело права показывать диснеевские мультфильмы. Так что Милошевич должен был либо добиться снятия санкций, либо лишиться своего поста…
ТИТО ХОТЕЛ ОТДАТЬ КОСОВО, НО ПЕРЕДУМАЛ
Ситуация в Косове напоминала знакомые нам проблемы. Если смотреть со стороны сербов, то это очень похоже на Чечню. Косово — часть Сербии, но 90 процентов населения — албанцы. Они не желают жить под властью сербов, а сербы не хотят отдавать часть своей территории. Если смотреть со стороны албанцев, то это трагедия разделенного народа. Два миллиона косовских албанцев отделены от Албании государственной границей. Дело в том, что Албания появилась как самостоятельное государство в 1912 году в результате 1-й Балканской войны, но половина албанцев осталась за пределами нового государства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
