Худощавый седовласый мужчина, чьи усы едва ли уступали по длине усам Харты, сидел, скрестив ноги, на полосатом одеяле, подле него стояла доска для игры в камни. При виде Карида мужчина удивленно выгнул бровь, и, покачав головой, вернулся к созерцанию сетки на игровом поле. По другую сторону доски расположилась стройная женщина, ее волосы были заплетены в множество тонких косичек и украшены бусинами. Взгляд, который женщина устремила на новоприбывших, жег ненавистью. На соседнем одеяле скрюченный длинноволосый старик играл в какую-то странную игру с исключительно некрасивым парнишкой, полем для игры служил красный лоскут с паутиной черных линий. При виде гостей оба выпрямились. Мальчишка с интересом разглядывал Огир, а старик положил руку так, словно в любой момент готов выхватить нож, спрятанный за пазухой. Опасный, подозрительный тип. Может статься, он и есть Меррилин.
Поодаль на складных стульях сидели еще двое мужчин и две женщины. Когда Карид подъехал, они мило беседовали друг с другом, но стоило ему спешиться, как одна из женщин встала, на лице у нее застыло мрачное выражение, а в голубых глазах таился вызов. Меч она носила на широком кожаном ремне, который наискосок пересекал грудь, – так обычно носят клинки моряки. Ее волосы были коротко подстрижены, но не так, как у Благородных помельче, ни один ее ноготь не был покрыт лаком, однако Карид был уверен, что перед ним Эгинин Тамарат. Крупный мужчина, с такими же короткими волосами, как у нее, и странной иллианской бородкой тоже поднялся на ноги, положил ладонь на рукоять короткого меча и воззрился на Карида с не меньшим вызовом. Вслед за ними встала красивая женщина с темными волосами до талии, ее губы напоминали розовый бутон, как у многих тарабонок. Сначала складывалось ощущение, что она вот-вот рухнет на колени и распластается ниц, но в следующее мгновение она выпрямилась и посмотрела Кариду прямо в глаза. Еще один мужчина, – его лицо было словно выточено из темной древесины, а на голове красовалась забавная красная шляпа, – засмеялся и нежно обнял женщину. Он весело посмотрел на Карида, его взор иначе как торжествующим назвать было сложно.
– Том, – сказал Деловинде, – это Фурик Карид. Он хотел бы побеседовать с человеком, именующим себя Томом Меррилином.
– Со мной? – худощавый седовласый мужчина неуклюже поднялся. Его правая нога плохо сгибалась. Должно быть старое боевое ранение.
– Однако я вовсе не именую себя Томом Меррилином. Это мое настоящее имя, хотя я несколько удивлен, что оно вам известно. Что вам угодно?
Карид снял шлем, но прежде, чем он успел открыть рот, из-за деревьев выбежала хорошенькая женщина с большими карими глазами. За ней следовали еще две. Их лица выдавали в них Айз Седай; на первый взгляд, им можно было дать лет двадцать, присмотревшись, – вдвое больше, а еще через пару секунд – нечто среднее. Очень сбивает с толку.
– Это же Шерайне! – вскричала хорошенькая, указывая на Майлен. – Немедленно отпусти ее!
– Ты не понимаешь, Джолин, – сердито одернула ее другая. У нее были губы ниточкой и узкий нос. Внешне казалось, что этой железной леди под силу грызть камни. – Она больше никогда не будет Шерайне. Она бы предала нас, подвернись ей такой шанс.
– Теслин права, Джолин, – вступила третья. Скорее красивая, чем хорошенькая, ее длинные темные волосы волнами спускались до талии. – Она бы предала нас.
– Я не верю, Эдесина, – огрызнулась Джолин. – Отпусти ее немедленно! – приказала она Мелитене. – Иначе я… – она ахнула.
– Я же тебя предупреждала, – с горечью заметила Теслин.
К дубу галопом подлетел темный конь с широкой мордой, на котором сидел молодой человек в черной широкополой шляпе. Всадник спешился чуть ли не на скаку.
– Проклятие! Что здесь происходит? – потребовал он ответа, направляясь к костру.
Карид не обратил на него никакого внимания. Следом за ним, верхом на кобыле со странными черно-белыми полосами, – такой масти Карид никогда раньше не встречал, – к костру подъехала Верховная леди Туон. Селусия с алым шарфом на голове ехала рядом с госпожой на мышастой лошади, однако Карид видел только Верховную леди. Отросшие волосы обрамляли лицо, которое он узнал бы везде. Она скользнула по нему безмятежным взглядом, а потом снова принялась наблюдать за молодым человеком. Карид не был уверен, узнала она его или нет. Скорее всего, нет. Много воды утекло с тех пор, как он служил в ее личной охране. Он не оглядывался, но и без этого знал, что поводья гнедого коня Аджимбуры теперь сжимает в руках один из Стражей. Совершенно ясно, что без примечательной косы и без оружия малый не будет привлекать к себе лишнего внимания и сможет ускользнуть из лагеря. Часовые вряд ли его заметят. Аджимбура не только неплохо бегает, но и умеет передвигаться незаметно. Скоро Музенге узнает, что Верховная леди действительно находится в этом лагере.
– Она отгородила нас щитом, Мэт, – пожаловалась Джолин, и парень, сорвав с головы шляпу, направился к Мелитене, словно намереваясь взять ее лошадь под уздцы. Он был длинноногим, однако высоким его не назовешь. Вокруг шеи у него был повязан черный шелковый платок. Так значит, это тот самый, кого все зовут Игрушкой Тайлин, как будто то, что он является Игрушкой королевы, – главная его особенность. Скорее всего, так оно и есть. По большей части Игрушки не блещут талантами. Странно все это, потому как для такой роли он недостаточно красив. Хотя фигура у него ладная.
– Убери щит, – изрек молодой человек, словно рассчитывая на подчинение. Брови Карида поползли вверх. И это – Игрушка? Мелитене и Майлен хором ахнули, а парень усмехнулся. – Видите, на меня не действуют ваши штучки. А сейчас вы уберете проклятые щиты, или, проклятье, я стащу вас с лошадей и надеру вам задницы.
Лицо Мелитене потемнело. Мало кто посмеет обратиться к дер’сул’дам подобным образом.
– Убери щиты, Мелитене, – проговорил Карид.
– Марат’дамани чуть не обняла саидар, – возразила та, вместо того, чтобы подчиниться. – Неизвестно, что еще она…
– Убери щиты, Мелитене, – потребовал он. – И отпусти Источник.
Парень удовлетворено кивнул, и неожиданно обернулся, указывая пальцем в сторону трех Айз Седай.
– Проклятие! Ну вы-то хоть не начинайте! Она отпустила Силу. Теперь ваша очередь. Давайте!
Он снова кивнул, словно знал, что они подчинились. Судя по тому, какой взгляд устремила на него Мелитене, должно быть, знал. Может он – Аша’ман? Что если Аша’маны способны чувствовать, когда дамани направляет? Маловероятно, но Карид видел в этом, пожалуй, единственное объяснение. Правда, это как-то плохо сочетается с тем, как обращалась с молодым человеком Тайлин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
