для школьных обедов.
– Вот как? Понятно… Но как они встретились снова и решили пожениться?
– Всегда найдутся любопытные тетушки, желающие побыть сводницами. Все вокруг говорили, что неплохо сложить состояния двух семей. А отцу было все равно, кто и что говорит.
– Ясно.
Пока мы беседовали, за окном совсем стемнело. Раздалось дребезжание стеклянной панели, и спустя мгновение в гостиной появился Митараи. Он выглядел усталым.
– А, Миюки-тян… Ты не видела господина Макино? – спросил он.
– Думаю, он на кухне.
– Есть ли в фотоателье Макино копировальный аппарат?
– Нет, но он есть в магазине канцтоваров у подножия холма. Что-то нужно скопировать?
– Да, я нашел несколько интересных рисунков.
– Хотите, я схожу?
– Что ж, наверное, придется тебя попросить.
– Что именно нужно?
– Они в кабинете. Давай зайдем туда? – сказал Митараи и вышел в коридор.
Мы двинулись следом.
Когда я вошел в кабинет мистера Пэйна, то с удивлением обнаружил, что за один день он стал похож на комнату Митараи в нашей квартире на Басямити. То есть был полностью захламлен.
– Смотри, вот здесь. Я весь день читал разные книги – и нашел вот это. Рисунок с форзаца книги «История Британии», небольшой эскиз.
Это был довольно интересный рисунок, сделанный перьевой ручкой, который немного походил на чертеж: четыре куклы, стоящие на платформе, под которой было спрятано замысловатое зубчатое колесо. Рисунок был аккуратным и выглядел очень профессионально.
– Здесь стоит подпись мистера Пэйна. Тот, должно быть, сам нарисовал его. Очень интересный механизм!
К рисунку прилагалась небольшая инструкция по работе с механизмом: нужно было повернуть ручку на боковой стороне коробки. Небольшой вентилятор начинал вращаться, создавая поток воздуха, который проходил через небольшую трубку, разделяющуюся на четыре трубки поменьше. Воздух, поднимаясь по каждой из них, встряхивал язычок на конце, производя звук, видимо, похожий на свист дудочки.
Звук выходил изо рта каждой из четырех кукол, стоящих на платформе. Вращение ручки передавалось на шестеренки, по отдельности поднимающие каждую из кукол на небольшое расстояние над платформой. Куклы двигались вверх и вниз, как поршни в двигателе; при подъеме их рты открывались, медленно закрываясь, стоило им опуститься. Когда рот был закрыт, клапан на трубке, над которой находилась кукла, тоже закрывался, перекрывая воздух, – в этом положении свисток замолкал.
– Интересное приспособление, нечто вроде маленького аккордеона. Должно быть, мистер Пэйн любил подобные механические устройства.
Если механизм действительно был построен по этому чертежу, то это могло бы объяснить большое количество сломанных японских кукол, найденных в кабинете. Думаю, мистер Пэйн пожертвовал многими из них, пытаясь его построить.
– Хм… – задумался я. – Если предположить, что это действительно так… – Митараи посмотрел на меня, улыбаясь. – Мы могли бы найти эту машину?
– Действительно, Исиока-кун! Я тоже так думаю. Считается, что во время проживания в Японии Пэйн регулярно создавал такие механизмы. Где же он мог его построить? Конечно же, в этом доме, где же еще! Но точно не в кабинете или спальне на третьем этаже. Ни в гостевой комнате наверху, ни в гостиной я его не видел. Миюки, ты где-нибудь видела такой аппарат?
– Точно нет, – уверенно ответила девушка.
– Он не обязательно выглядит именно так. Это может быть большая неприметная коробка с крышкой. Интересно, может, она в спальне твоего отца или где-то еще в доме, как думаешь?
– Ничего подобного не видела. В доме его точно нет, – заявила Миюки.
– Исиока-кун, тебе интересно, где может быть механизм?
– Да уж… – Я снова задумался.
Миюки тоже замолчала, затем произнесла:
– Я правда впервые слышу о такой машине.
– И всё же мы нашли много поломанных кукол. Может, машину так и не построили, но, по крайней мере, начали создавать. Инструкция написана очень непонятным почерком, совсем как у да Винчи. Здесь сказано, что Пэйн заказал детали у подрядчика в Англии, – радостно продолжил Митараи. – Механизм пропал, как и петух на крыше. Может быть, мистер Пэйн оставил все коллекционные предметы искусства, но забрал с собой в Англию этот «аккордеон»?
– Но есть те, кто знает, куда делся петух, – раздался незнакомый женский голос.
Обернувшись на него, мы увидели потрясающей красоты девушку, стоящую у двери в коридор. Я был так поражен, что буквально застыл на месте. Впервые в жизни я видел перед собой такую красавицу! Ее каштановые волосы мелкими завитками падали на плечи и струились по спине. На стройной фигуре был джемпер с геометрическим узором из шерсти оливкового, черного, серебряного и других оттенков. Талия девушки была настолько тонкой, что я, казалось, мог бы обхватить ее двумя ладонями. Высокая грудь гордо выставлена вперед.
На девушке была черная кожаная мини-юбка. На длинных стройных ногах – домашние тапочки, но казалось, что девушка стоит на десятисантиметровых каблуках. Такие красивые ноги редко встретишь у японских женщин.
Но больше всего меня впечатлила красота ее лица. Большие карие глаза с двойным веком, длинные густые ресницы. Она уверенно и укоризненно смотрела на нас. Тонкий нос был аккуратным, с высокой переносицей, а пухлые губы были изогнуты в немного надменной улыбке.
Она выглядела совсем как иностранка. Кажется, даже по-японски говорила неуверенно. Было странно видеть, что эта девушка дышит и движется: она больше походила на куклу или изящный рисунок.
По правде говоря, я слишком хорошо знал это лицо – много раз видел его на страницах журналов, в телетрансляциях показов мод и во множестве японских, французских и итальянских сериалов. Но стоящая передо мной девушка была во много раз красивее!
Леона Мацудзаки. Закрыв за собой дверь, она величественно подошла к нам – я впервые видел походку настоящей модели. Митараи и Миюки, сидевшие на ковре с книгами в руках, тут же поднялись, чтобы поприветствовать знаменитость.
Речь девушки была плавной и экзотичной. Она свободно говорила на английском. Митараи тоже отвечал ей по-английски. Боюсь, я не смогу передать здесь содержание этого разговора, потому что совершенно не понял его смысл. Я просто молча смотрел на ее гладкую светлую кожу, помаду на нежных губах правильной формы, тени на ее веках. Да, звезды действительно отличаются от простых людей…
– Ваши знания английского впечатляют, – похвалила Леона моего друга. – Если вы настолько же хороши в расследовании, то наверняка найдете все необходимое в этой комнате.
– Значит, я прошел прослушивание? – ответил Митараи.
Его ответ явно показался Леоне забавным.
– Я слышала, вы умеете то, что не под силу полиции…
– Да, но и я кое-чего не могу. Например, начать уголовное преследование.
Леона рассмеялась.
– Наконец-то в этом доме появились приличные гости! Не доверяю людям, не знающим английский.
Митараи продолжил:
– У меня тоже есть знакомые, для которых
