– всё ещё сохраняя спокойствие на лице, настоял на подробностях Гарденер.
- Вы будете смеяться, ваше величество. – не торопился быстро отвечать Сноу, боясь, что северян поднимут на смех, а это вызвало уже неподдельное раздражение со стороны Эдмунда, терпение которого было на исходе.
- Ты говоришь это тому, кто родился три столетия назад, сир Сноу. Тому, кто ещё совсем недавно вылез из собственного склепа и владеет силами неподвластными простым смертным. Ты правда считаешь, что у меня есть хоть малейший повод смеяться? – сделал вполне логичное замечание Гарденер, заставив людей ещё раз невольно задуматься над тем, кому они принесли клятву верности. Со временем подобные моменты стираются из памяти людей и происхождение Эдмунда не стало исключением. Пожалуй, теперь на него и правда смотрят скорее как на мессию нежели как на человека.
- Не хотел показаться бестактным, ваше величество. Прошу прощения. – повинился перед ним Сноу, что теперь стал больше осознавать ситуацию. – Тот рекрутёр демонстрировал семьям наших лордов вполне живую и двигающуюся конечность. – поспешил дать ответ бастард под недоумённым взглядом просторцев. – Естественно, это всего лишь слухи, ваше величество. – поспешил заметить Сноу, когда увидел, как Эдмунд откидывается на спинку своего стула с тяжким вздохом.
- Я один не совсем понимаю, что в этом такого? – спросил один из лордов малой руки, вызвав своим вопросом всеобщее недовольство от сказанной северянином глупости.
- Конечность была отделена от тела. – понял в чём состоит непонимание Сноу, поспешив объясниться. – Брат Ночного Дозора говорил о том, что эта рука принадлежала одному из мертвецов, что ни с того, ни с сего поднялся из своей могилы. Понимаю, что это звучит очень похоже на вашу ситуацию, ваше величество, но тот мертвец не мог ни говорить, ни узнать кого-либо, а только бросаться с намерением убить. Как я и сказал ранее никто в это не верит, по крайней мере их тех, кто не видел это своими собственными глазами. – постарался объясниться с ним парень. Однако хватило всего пару мгновений отразиться на его лице, чтобы Гарденер понял одно – тот верит в это, хоть и не хотел распространятся об это. Возможно, что сообщение он получил не от кого со стороны, а от своего дяди, что был главным разведчиком Ночного Дозора.
- Началось. – прошептал себе под нос Эдмунд, нервно сжимая свою переносицу.
- Простите, ваше величество, кажется, я не расслышал. – повинился Сноу, резонно подумав, что по-прежнему обращаются к нему.
- Ничего. – вернул себе самообладание Гарденер. – Это действительно забавная история, но на всякий случай держи меня в курсе новостей, сир Сноу. – закончил на этом разговор Эдмунд, погружаясь в собственные мысли.
Что ж, похоже преддверие Долгой Ночи было не столь далёко, как он надеялся. Теперь ставки этой войны возросли многократно. Для объединения андалов и спасения континента теперь нужно было хорошо постараться и сделать это как можно скорее. Ради будущего Простора и всего Вестероса на юге должен остаться только один король. И это был вопрос не предпочтений, а вопрос жизни и смерти.
Глава 60. О Змеях и Охотнике
300 г. от З.Э.
Штормовые земли.
Рендилл Тарли, главнокомандующий силами Простора, испытывал усталость и раздражение от развернувшейся перед ним картины. Прошла всего пару с дней с того момента, как ему удалось занять родовой замок Баратеонов, чьи защитники, возглавляемые лордом Алесандром Стедмоном по прозвищу Грошелюб открыл ворота после нескольких месяцев осады крепости с суши и её блокады с моря. Лорд Широкой Арки полностью оправдывал свою поганую кличку, переметнувшись на сторону Железного трона после гибели Станниса на Черноводной, тот крепко держал оборону, но подвело брюхо и желание сохранить жизнь. Тарли пообещал кастеляну перед осадой, что если ему придётся войти в ворота силой оружия, то он не пощадит никого из тех, кто выступал против него. Сначала любезное предложение Красного Охотника было воспринято без должного почтения, но припасы быстро кончились, а вскоре пала внешняя стена, так что вскоре Стедмон уже полз на коленях и молил о пощаде.
И вот случилась незадача. Дорнийцы, чтоб их. Подвели двадцатитысячное воинство прямо под стены уже взятой крепости. И куда смотрели марочные лорды? Понятно куда. Ведь Тарли уже разгромил до этого наспех собранное ополчение из десяти тысяч молодых неумех, отправив их обратно, обойдясь минимальной кровью. На Островах Искупления не так давно было намного проще вести карательные походы благодаря горючей смеси, так похожей на столь ненавидимый королём дикий огонь Таргариенов. Однако, приказ короля на счёт дальнейшего использования столь чудного оружия на континенте был ясен – нельзя, а то повесят и на заслуги не посмотрят. Сложная натура этот Гарденер, как уничтожить целое королевство со всеми дворянами и жрецами, так это пожалуйста, а как дошло дело до возможного сожжения пары замков и лесных опушек так тут ни-ни. Ох уж, эта блажь королевская, если бы у него сейчас были запасы хотя бы в несколько десятков литров, то разобраться с возникшей проблемой было бы намного проще.
Вёл всё это воинство дорнийцев вёл никто иной, как всем известный Оберин Мартелл. Вот и встретились на поле боя Красный Охотник и Красный Змей, правда радости это большой не доставляло. Силы Тарли за это время успели немного поредеть, да и как минимум пять тысяч из бывших тридцати были приписаны экипажем к флоту Редвина, что стоял в заливе Разбитых кораблей. Помощи на суше от него не дождёшься, но как минимум тот заставит дорнийцев понервничать и остеречься, а значит они будут делать ошибки, что ему на руку. В остальном же силы их были примерно равным и было бы у Рендилла несравнимое преимущество в виде почти семи тысяч всадников, если бы не одно большое но – его противниками были именно дорнийцы.
Давние соседи и противники, которые терпеть друг друга не могли. Однако пока просторцы развивали на своих землях ремесло верхней езды, песчаники упражнялись с копьём, чтобы вышибать всадников из седла. Та ещё проблема, полностью нивелировавшая всё преимущество Тарли. При столкновении с любым другим противником это можно было бы наоборот назвать везением, но не в этот раз. И Красный Змей прекрасно знал об этом, от
