class="p1">— Наталия, пожалуйста, возьми себя в руки, — взяв Наталию за плечи и смотря на нее мокрыми, широко распахнутыми глазами, отчаянно умоляет Ракель. — Этот человек не стоит твоих слез и страданий. Рано или поздно ты встретишь кого-то, кто будет достоин тебя. Это обязательно случится. Не надо отчаиваться из-за того, что тебе не везет с парнями. Если тебе попался один гад, это не значит, что все такие. Среди всех мужчин найдется один хороший, который полюбит твою душу и то, какая ты есть. А не красивое тело и привлекательное личико.
— Нет, я не встречу… Не встречу! Не встречу! НИКОГДА НЕ ВСТРЕЧУ! — Наталия, издавая громкие всхлипы, закрывает лицо руками и сгибает ноги в коленях, пока она прислоняется спиной к холодной плиточной стене.
— Нет, дорогая, не говори так! На свете полно хороших людей, среди которых ты выберешь одного, кто даст тебе все, что захочешь.
— НЕТ! Я НИКОГДА НЕ НАЙДУ ЕГО! ПОЧЕМУ МНЕ ДОЛЖНО ПОВЕЗТИ СЕЙЧАС? Я ВСЕГДА БЫЛА НЕУДАЧНИЦЕЙ, КОГДА ДЕЛО КАСАЛОСЬ ЛИЧНОЙ ЖИЗНИ! Я ДУМАЛА, ЧТО МНЕ ПОВЕЗЛО, НО ПОТОМ ПОНЯЛА, С КАКОЙ МРАЗЬЮ СВЯЗАЛАСЬ!
— Послушай, Наталия, — мягко произносит Терренс, берет Наталию за плечи и уверенно смотрит в ее опухшие от слез глаза. — Этот человек действительно не заслуживает твоих страданий. Для него важны только деньги, ради которых он готов предать всех, кто любил его. Он встречался с тобой как раз потому, что твои родители обеспеченные люди. Думал, что они помогут и ему стать таким же. Уверен, этот мерзавец уже все просчитал и знал, для чего изображать любовь к тебе.
— И это самое ужасное… Мною воспользовались… А я ведь я, дура, говорила себе: «Не любит он тебя, пользуется ради своих интересов!». — Наталия громко шмыгает носом. — Господи, какая же я была безмозглая… Почему? Почему я была так слепа? Почему вовремя не поняла, во что влипла? Почему кто-то позволил мне разрушить свою жизнь?
— Это еще не конец, дорогая. Ракель сказала правильную вещь: ты еще обязательно встретишь еще кого-то, кто мог бы стать для тебя всем миром и заставить тебя забыть эту крысу. Поверь, ты заслуживаешь самого лучшего и однажды будешь очень счастлива. Только не переставай верить.
— Ты ничего не понимаешь… — тяжело дыша и буквально захлебываться слезами, произносит Наталия. — Мне противно это говорить, но я все еще люблю его! Понимаешь, ЛЮБЛЮ! И ЭТО МОЕ НАКАЗАНИЕ! Я МУЧАЮСЬ ОТ ТОГО, ЧТО ВЛЮБИЛАСЬ В МРАЗЬ, КОТОРАЯ ВОСПОЛЬЗОВАЛАСЬ МНОЙ!
— Я прекрасно понимаю твою боль, — мягко говорит Терренс, гладя Наталии плечи. — Но ты не можешь всю жизнь убиваться из-за любви к нему. Жизнь не останавливается, если ты рассталась с молодым человеком. Поверь мне, от твоих страданий по этому человеку ничего не изменится. Он не станет хорошеньким в одно мгновение. Может, этот человек родился хорошим, но жизнь сделала его мерзкой мстительной и жадной тварью, которая не остановится ни перед чем ради своей цели.
— Об этом я и говорю! — Наталия опускает взгляд на свои руки. — Даже если бы я поступила по-другому и рассказала о том, что скрыла, то ничего бы не изменилось. Эта мразь только больше затравила бы меня, решив, что я нагло вру и хочу выйти сухой из воды.
— Хоть сейчас это уже не важно, нам бы хотелось выслушать эту правду, — признается Ракель. — Мы внимательно тебя выслушаем и поможем принять это. Ты ведь знаешь, что всегда можешь рассчитывать на нашу помощь и поддержку.
— ВЫ НИЧЕМ НЕ СМОЖЕТЕ МНЕ ПОМОЧЬ! — во весь голос вскрикивает Наталия. — МНЕ НИКТО НЕ СМОЖЕТ ПОМОЧЬ! ДЛЯ МЕНЯ ЛУЧШИЙ СПОСОБ ИЗБАВИТЬ ОТ ПРОБЛЕМ — ЭТО УМЕРЕТЬ! Я ХОЧУ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, УМЕРЕТЬ! Я БОЛЬШЕ НЕ МОГУ ТАК ЖИТЬ!
— С ума сошла? — широко распахнув ошарашенные глаза и почувствовав, как душа уходит в пятки, ужасается Терренс, берет лицо Наталии в руки и уверенно смотрит ей в глаза. — Даже и думать об этом не смей! Слышишь меня? Выкинь эти мысли из головы! Сейчас же!
— Пожалуйста, дайте мне умереть, — тихим, дрожащим голосом умоляет Наталия. — Я искренне ценю то, что вы для меня сделали, но больше вам ничего не удастся сделать, ибо все безнадежно.
— Нет, Наталия! — вскрикивает Терренс. — Я не позволю тебе что-то с собой сделать. Мне одного несостоявшегося суицидника хватило — не хватало найти еще и тебя, лежащую в собственной крови со вскрытыми венами.
— Неужели вы хотите продолжать заставлять меня страдать?
— Может, я не предотвратил попытку Питера покончить с собой, но тебе уж точно не позволю даже прикоснуться к чему-то острому или выпить пачку таблеток. Не хватало, чтобы ты покончила с собой из-за какого-то мерзкого гада, который должен гореть в аду!
— Я тоже не позволю тебе ничего сделать с собой! — уверенно заявляет Ракель, гладя Наталию по руке. — Даже если мне придется находиться с тобой двадцать четыре часа в сутки, я готова пойти на это. Я не собираюсь терять свою близкую подругу из-за какой-то твари, которая не заслуживает того, чтобы по нему страдали так, будто он умер.
— Не надо за мной бегать, как за собачкой, — качая головой, без эмоций просит Наталия. — Вам лучше разрешить свои проблемы. Уверена, их вы сможете разрешить, а вот мне вряд ли сможете облегчить душу.
— Не волнуйся, милая, наши проблемы не помешают нам помогать тебе пройти через это. — Ракель мягко берет Наталию за руки. — Мы будем с тобой до самого конца и сделаем все, чтобы тебе стало лучше, и ты нашла в себе силы забыть эту тварь и жила дальше, веря, что однажды тебе крупно повезет.
— Не жертвуйте своим свободным временем ради ничтожества. Я — неудачница! Уродливая и неблагодарная свинья, которая заслужила все, что с ней происходит.
— Что? — с глазами навыкате громко ужасаются Терренс и Ракель.
— Наталия, ты хоть понимаешь, что сейчас говоришь? — недоумевает Ракель. — Кто тебе сказал такую чушь? Неужели это МакКлайф успел настроить тебя на это?
— Если эта тварь действительно сделала это, то клянусь, я грохну его намного раньше, чем это захочет сделать дядя Майкл, — раздраженно заявляет Терренс. — Только скажи, что сделал он, и этот паразит ответит за все, что сделал с тобой!
— Не отрицайте, это правда! — восклицает Наталия.
— Нет, Наталия, сейчас же выкинь это из головы! — Терренс берет Наталию за руки. — Возьми себя в руки! Если у этого урода все девушки — грязные проститутки и эгоистичные стервы, это его проблемы. Это не значит, что все должны слушать его.
— Я сама во всем виновата… Все было бы по-другому, не будь я
