- Итак, он считает, что ему подошел бы Дурмстранг, я так поняла? - гневно спросила она. - Вот бы и катился туда - нам бы не пришлось его терпеть.
- Дурмстранг - это что, еще одна волшебная школа? - поинтересовался Гарри.
- Ну да, - хмыкнула Гермиона, - и репутация у нее кошмарная. Если верить «Обзору Магического образования в Европе», основное внимание там уделяется Темным Искусствам.
- Сдается мне, я о ней слышал, - неуверенно произнес Рон. - Где она? В какой стране?
- Что, никто не знает? - подняла брови Гермиона.
- Э-э-э… а что? - несколько смутился Гарри.
- Между всеми магическими школами веками существует традиционное соперничество. Дурмстранг и Шармбатон предпочитают скрывать свое местонахождение - чтобы никто не завладел их секретами, - сухо объяснила Гермиона.
- Прекрати! - засмеялся Рон. - Этот Дурмстранг должен быть размером с Хогвартс - как это можно спрятать громадный грязный замок?
- Но Хогвартс-то спрятан, - удивилась Гермиона. - Это каждому известно… каждому, кто читал «Историю Хогвартса», во всяком случае.
- Короче, таким, как ты, - кивнул Рон. - Но все же - как скрыть такое место, как Хогвартс?
- Он заколдован, - сказала Гермиона. - Если на него посмотрит магл, то все, что он увидит, - это осыпающиеся руины и знак при въезде: «НЕ ВХОДИТЬ. ОПАСНАЯ ЗОНА!»
- И Дурмстранг со стороны выглядит просто как развалины?
- Возможно, - пожала плечами Гермиона. - Или на нем маглоотталкивающие чары, как на стадионе, где проходил Чемпионат мира. А чтобы его не обнаружили иностранные волшебники, его делают ненаносимым.
- Так, пожалуйста, еще раз.
- Ну, ты же можешь заколдовать здание так, чтобы его не было на карте, верно?
- Э-э-э… если ты так говоришь… - согласился Гарри.
- Но я думаю, что Дурмстранг должен быть где-то далеко на севере, - задумчиво сказала Гермиона. - Там, где очень холодно, потому что у них в униформу входит меховой плащ.
- Эх, подумать только, какие были бы возможности, - мечтательно произнес Рон. - Можно было бы легко столкнуть Малфоя с ледника и представить все дело как несчастный случай… жаль только, что мать его любит.
Чем дальше на север уходил поезд, тем сильней и сильней хлестал дождь. Небо было таким темным, а стекла такими запотевшими, что среди дня горели лампы. По коридору забренчала обеденная тележка, и Гарри взял на всех большую пачку кексов в форме котлов.
Ближе к полудню к ним заглянул кое-кто из друзей - в том числе Симус Финниган, Дин Томас и Невилл Долгопупс - круглолицый, фантастически рассеянный мальчик, жертва воспитательной работы грозной колдуньи - его бабушки. Симус все еще носил свою ирландскую розетку - ее магическая сила заметно ослабела, и хотя она по-прежнему выкрикивала: «Трой! Маллет! Моран!», но уже едва слышно. Примерно через полчаса или около того Гермиона, по горло насытившись бесконечными разговорами о квиддиче, вновь углубилась в «Учебник по волшебству» для четвертого курса и принялась заучивать Манящие чары.
Невилл с завистью слушал, как остальные заново переживают события финала Чемпионата.
- Бабушка не захотела ехать, - убитым тоном произнес он. - Не стала покупать билеты. Странно, правда?
- Да уж, - признал Рон. - Взгляни-ка сюда, Невилл… Забравшись на багажную полку, он пошарил в чемодане и достал миниатюрную фигурку Виктора Крама.
- Ух ты, - восхитился Невилл, когда Рон поставил Крама на его пухлую ладонь.
- Я видел его так же близко, как тебя - мы же были в верхней ложе…
- Первый и последний раз в твоей жизни, Уизли.
В дверях стоял Драко Малфой, а за его спиной маячили его дружки-громилы Крэбб и Гойл. Каждый из них за лето, похоже, вымахал не меньше, чем на фут. Очевидно, они слышали разговор - Дин и Симус оставили дверь полуоткрытой.
- Что-то не припомню, чтобы мы тебя приглашали, Малфой, - холодно заметил Гарри.
- Уизли… а это что такое? - спросил Малфой, указывая на клетку Сычика. Рукав злополучной выходной мантии Рона свисал с нее, покачиваясь в такт движению поезда и выставив на всеобщее обозрение полуистлевшее кружево на манжете.
Рон потянулся убрать наряд подальше с глаз, но Малфой оказался быстрее - ухватив за рукав, он дернул мантию к себе.
- Вы только взгляните! - возликовал Малфой, поднимая мантию и показывая ее Крэббу и Гойлу. - Уизли, ты что же, всерьез собирался это носить?! По-моему, это было очень модно году так в одна тысяча восемьсот девяностом…
- Чтоб тебе дерьмом подавиться, Малфой! - Рон сделался примерно одного цвета со своим выходным одеянием и рванул его назад из рук Малфоя. Тот издевательски захохотал. Крабб и Гойл тоже разразились идиотским гоготом.
- Что, собираешься принять участие, Уизли? Хочешь принести немного славы родовому имени? Что ж… там и деньги прилагаются, как известно… Сможешь позволить себе приличную мантию, если победишь…
- Ты это о чем? - прорычал Рон.
- Ты собираешься принять участие? - повторил Малфой. - А, полагаю, ты хочешь, Поттер? Уж ты никогда не упустишь шанса покрасоваться, верно?
- Или объясни, о чем речь, или убирайся прочь, Малфой, - с раздражением сказала Гермиона поверх учебника.
Радостная улыбка пробежала по бледному лицу Малфоя.
- Только не говорите мне, что вы не знаете! - с восторгом воскликнул он. - У тебя же отец и брат в Министерстве, и ты даже не слышал? Господи боже, да мой отец все рассказал мне сто лет назад!.. Он узнал от Корнелиуса Фаджа. Впрочем, отец всегда общается с высшими чинами Министерства… возможно, твой отец занимает слишком незначительную должность, чтобы его посвящали в подобные вещи, Уизли… да… скорее всего, они просто не обсуждают серьезных дел в его присутствии…
Еще раз захохотав, Малфой кивнул Крэббу и Гойлу и вся троица скрылась.
Рон вскочил и захлопнул за ними дверь купе с такой яростью, что стекло разлетелось вдребезги.
- Рон! - укоризненно покачала головой Гермиона. Она вынула волшебную палочку, прошептала: «Репаро!» - и осколки, слетевшись вместе, вновь встали в двери целым стеклом.
- Ладно… Делает вид, будто знает все на свете, а мы - олухи, - со злостью проворчал Рон, - Отец общается с высшими чинами… да, Па может получить повышение в любое время… ему просто нравится работать там, где он работает…
- Разумеется, он может, - спокойно сказала Гермиона. - Не позволяй Малфою достать тебя, Рон.
- Это он-то! Достанет меня! Как же, сейчас! - Рон взял один из оставшихся кексов и сплющил его в лепешку.
Рон пребывал в скверном расположении духа до самого конца пути. Он не сказал ни слова, пока они переодевались в школьные мантии, и оставался по-прежнему хмурым, когда «Хогвартс-Экспресс» наконец замедлил ход и остановился в непроглядной темноте на хогсмидской станции.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
