кровь! По правде говоря, сейчас меня уже сложно чем-то удивить. Червяк, помнишь ту бабу, гостившую в моей пещере?
— Ты сейчас серьёзно? — возмутился я.
Дрюня громко рассмеялся.
— Конечно помнишь! Как ты её можешь забыть! Ладно-ладно, слушай дальше. Так вот, вокруг той бабы была лужа крови. И в том лесу была лужа крови. Они искусно управляют кровью. Врубаешься?
— Теперь и я могу управлять кровью.
Дрюня глянул по сторонам. Мимо как раз проходила девушка с подносом, которой он взмахом ладони намекнул обновить нам кружки.
— Да-да, я видел! — улыбнулся мой друг. — Это круто! Прям пиздец как круто!
Возле нашего стола появилась та самая девушка. С вымученной улыбкой он поставила на стол две кружки и отправилась дальше, выискивая глазами очередного клиента.
— Так вот, — продолжил Дрюня, — думается мне, что в том лесу обитает…
— Баба! — перебил я Дрюню, отпив добрый глоток пойла. — Управляющая кровью!
Массивное тело навалилось на стол огромными лапищами и вперилось в меня обелёнными глазами.
— А может и мужик!
Я хмелел так же стремительно, как и трезвел. Но в очередном кратковременном порыве алкогольного опьянения я успел выпалить:
— Мне нужно попасть в этот лес!
— Нам! Нам нужно попасть! Червяк, мы теперь вместе! Куда ты — туда и я! Спокойная жизнь нам только снится. Да и зная какая чертовщина творится вокруг нас, спокойный сон мне не видать.
— Я справлюсь один, — отрезал я. — Тебе нужно поднимать деревню с колен…
— Опят ты за старое! Эдгарс — моя правая рука! Он прекрасно со всем справится в моё отсутствие. И если даже я не вернусь — он не пропадёт. Деревня не пропадёт! А вот ты один можешь и увязнуть в болоте.
Дрюня был прав. Как бы яро я не рвался угомонить свою боль, и как бы я не был уверен в себе — увязни по уши в болоте, и кто подаст мне руку?
Я согласился на предложение Дрюни. Всё равно он мой должник. Должник до конца жизни.
Попутчики стремительно росли.
Осси…
Мне показалось, что её боевой запал прогорел основательно. Но я ошибся. Ей бы найти в деревне мужичка, завести детей, хозяйство. Развести скотину. Но каждый раз, когда на глаза попадалась её мускулистая фигура, словно выточенная топором из дубового пня, да и зная её неугомонный взрывной характер, приходилось согласиться с тем фактом, что среди местной простолюдины достойной кандидатуры воительница никогда не сыщет. Лишь закалённый не в одном десятке боях воин сможет чуточку приблизиться к её пылающему сердцу и не сгореть заживо. И это неумолимое, бьющееся с грохотом подобно грому сердце неумолимо кидало рыжую воительницу на поиски лютых приключений себе на задницу.
Узнав о нашем путешествии, Осси потребовала взять её с собой. Без лишних разговоров, а тем более — без каких либо споров.
Разве мы могли отказать?
Эдгарс отреагировал спокойно. Без лишних споров и нытья согласился взять на себя обязанности Андрея, временно, конечно. Согласовал планы по восстановлению необходимой для комфортной жизни людей инфраструктуры и молча принял дела из гнойных рук.
Как оказалось, Эдгарс был в курсе о безумном плане Бориса обратить себя в «труперса», и на этом мы и сыграли, когда убеждали старика в том, что перед ним стоит Андрей, а не тот Борис. Смена лица и всякая белиберда сыграли нам на руку. Мне показалось, что старик не поверил нашим словам, но он и не пытался оспаривать нашу правоту. Судя по всему, ему просто хотелось спокойной жизни, и не важно кто её будет ему устраивать. Андрей в образе Бориса? Или Борис в образе Андрея? Плевать. Он стар. Он просто хочет тихо помереть в своём уютном доме под огромным дубом.
Мы собрались быстро. Лично мне собирать вообще ничего не пришлось. Мне подобрали новые ножны (старые сгорели в пожаре) для кровавого меча. От плаща или какой-либо иной одежды я отказался. Дрюня последовал моему примеру. А вот с Осси оказалось всё сложнее. Три мешка. Вода, еда, различные вещи для выживания в лесу. Короче, каждому по мешку.
Толпа из местных жителей и вояк провожала нас со всеми почестями. Эдгарс хотел отправить с нами с десяток воинов, но Дрюня отмахнулся. Уже когда мы двинули через поросшее высокой травой поле в сторону леса, Дрюня сказал нам:
— Мы вернёмся за моей армией. Они ждут меня.
— Зачем тебе армия? — спросил я.
— Впереди неразведанные земли, мало ли какое зло может таиться в их недрах.
Зло. Как бы мы не оказались тем самым злом, что вылезет наружу из глубоких недр земли.
Потребовалось пять суток, чтобы дойти до Дрюниной пещеры. Впервые за долгое время это путешествие оказалось спокойным, и даже в некоторых местах приятным. У нас было бухлишко и сиги. Мы жгли костры. Травили байки. Строили планы. Осси постоянно охотилась, и как мне показалось, охота доставляла ей особое удовольствие. Эта сильная женщина с мужским характером была создана убивать, как бы мрачно это не прозвучало.
Пять суток пролетели как одна ночь.
В обед мы вышли к горе. Когда у каменного подножья показалась ветхие дома с заросшими густым мхом крышами, Дрюня громко завопил на всю округу. Жуткий булькающий вопль с каким-то гортанным дребезжанием разлетелся по полю и словно отразился от каменистой поверхности уходящий под облака горы. Через мгновение нам ответили не менее жуткие булькающие вопли, словно кто-то захлёбывался подступившей к горлу крови.
— Идём, — скала Дрюня, — нас ждут.
Только потом я понял, зачем Дрюня предупредил о своём приходе. Встретившие нас солдаты не сразу признали в моём друге своего командира. Лишь обменявшись рукопожатиями, обстановка разрядилась. Нас узнали. Нас приняли.
В этот же день Дрюня собрал свою маленькую армию на вытоптанной поляне, возле огромного входа в пещеру. Пол сотни гнойных солдат сгрудились вокруг своего командира, внимательно вслушиваясь в каждое слово. В некоторых солдатах я узнавал салаг. Тех самых, что сражались плечо к плечу с Борисом, а потом им же и были преданы. Брошены на убой. И после обращены в «труперсов» — гнойных воинов, окружённых мухами и нестерпимой вонью, с которой Осси приходилось мериться.
Кстати, Дрюниному телу «обжиг» пошёл на пользу. Его доспех не источал вонь, между пластинами струйки ихора были практически не заметны, что в свою очередь абсолютно не привлекало мух. Дрюня стал лучше. Он стал чище, в отличие от своих воинов.
