из которых сквозняк не выдувает все мозги, — вам памятник поставить нужно будет! Ой, что-то я уже размечтался, босс, простите. В общем, что я хочу сказать. Вы никогда не бросали своих людей. Так почему бы вдруг решили бросить сейчас? Даже если вдруг у нас и появится проблема с жильём — я и старшие офицеры скинемся на постройку казарм. Хотя бы временно, но всем будет где жить, а после разберёмся! — с улыбкой ответил он мне, и я не смог удержаться, улыбнувшись ему в ответ.
А быть может, не так уж и опасны те акулы, на собрание к которым меня везёт этот счастливый папаша. Быть может, я себя просто накручиваю? Как было бы просто, если бы это были посторонние люди, с которыми мы, круизеры, не связаны. Но своих обидеть никак нельзя… А в Мариэле только свои и остались. Все присягу приняли. Целыми семьями… Люди не поймут, если мы начнём уничтожать с таким трудом сохранённое ими имущество.
Два дня спустя…
— Рубен, Алонсо, господа офицеры… Мне тяжело это говорить. Но все протестующие… Должны покинуть старый Мариэль. До полуночи. Отсрочка недопустима. Я не хочу прибегать к насилию. Но за двое суток можно было уже и наораться, и понять, что процесс запущен и необратим. Все, кто не покинут зону проведения работ, будут лишены бумаг на переселение и компенсации. Более того, они будут приравнены к экстремистам с правом их насильственного выселения и последующего направления в любую подконтрольную нам точку для отработки наказания за диверсию строительства самого важного и грандиозного сооружения Круизеров. На данный момент так точно самого значимого… Я двое суток просил по-хорошему, выходил к людям, объяснял, предлагал взамен дома, квартиры, жильё в элитных кварталах, что строятся полным ходом, помощь в переезде, компенсации… Из-за сотни упрямых баранов я не буду рисковать проектом стоимостью больше, чем в полмиллиона очков достижений. Идите и объясните это людям. Даже железные нервы можно расплавить… Если они забыли, что мы всё ещё на войне, то напомните им это. Как и о законах военного времени, которые никто не отменял.
Надежды мои оправдались. Но лишь частично. Упрямство — неплохая черта в жизни человека. Но порой очень не к месту она даёт о себе знать.
До постройки Цитадели осталось чуть больше четырёх дней…
Глава 9
— ГОСПОДИН! ТРЕВОГА! — посреди ночи завопила Афина, пробуждая меня, а следом и всю базу разом.
Рефлексы, отточенные годами сражений, не смогли затупиться в этой удивительной жизни командира Круизеров, и спустя двадцать секунд я уже был с оружием в руках напротив боевого костюма, просовывая руки в узлы креплений встроенного экзоскелета.
Всё это время Афина без умолку докладывала о многочисленном противнике, который начал широкомасштабное наступление по всем фронтам. Взглянув в окно, я увидел вспышки работающей системы ПВО и сотни жутко мобильных противников. Издалека, да ещё и во тьме, было практически не разобрать их очертаний, но я видел их раньше при свете дня и понял — началось.
«Почему они напали так рано?» — я задавался вопросом, выбегая из жилого комплекса и прыгая в первый же подвернувшийся бронеавтомобиль.
— В ШТАБ! — прокричал я и надел на голову шлем, включаясь в оперативное командование.
— Афина, почему ты перестала докладывать? Афина? — непривычная тишина в эфире могла бы называться гробовой… И по сути, такой она и была.
В жилой дом по левую сторону от нас упал вражеский летательный аппарат, вспышка и взрыв сносли этажи и подъезды. Мой автомобиль отбросило силой взрыва и впечатало в фонарный столб, после чего перевернуло. Водитель захлёбывался кровью, а искорёженная дверь упёрлась мне в стальную нагрудную пластину. Пришлось постараться, чтобы выбраться из покорёженного автомобиля и оглядеться.
Десант врага спускался на землю, своим легионом проникая в святая святых наших земель — в столицу Круизеров…
— Не успели… — выдохнул я, наблюдая за разворачивающейся на улице резнёй…
Нужно попробовать добраться до штаба, может, это только предварительный удар по нашей базе… Из-за связи с тем существом.
«Афина? Ты слышишь меня, Афина?» — я побежал дальше по улице, орудуя на ходу где клинком, а где и просто пистолетом, прорывая себе дорогу. Ещё бы он пробивал их броню… Но нет, даже экспансивные пули не помогут с их природной бронёй. Не говоря уж о боевом облачении.
— Господин. Мы проиграли. Семь минут и восемнадцать секунд… Наша оборона продержалась меньше восьми минут. Штаба больше нет, — донёсся до меня голос моей помощницы, и я взобрался на отброшенный очередным взрывом грузовик, смотря на пылающее заревом пожара здание штаба.
— Афина, какая ситуация на других базах? Афина? Афина! — я начал кричать, срывая голос, и словно бы что-то порвалось от моего крика. Какая-то незримая пелена.
— Да, господин? Какие будут ваши указания?
Весь вспотевший, с болящими от напряжения мышцами, я сидел на своей кровати, пялясь в неработающий огромный экран монитора, по которому обычно мне показывали отчёты и сводку событий со всего наблюдаемого Афиной мира.
— Твою мать… — схватился я за голову, не узнавая свой собственный голос.
Сорвал его, когда кричал во сне, а затем и наяву, Афине…
— Нападения? Нигде нет нападений? — слишком живой, будто наяву произошедший сон был столь же ярким и настоящим, как и те сны, через которые мне пришлось пройти своё «обучение».
— Аванпост Лонгдэй-2 в штате Южная Каролина подвергнут атаке банды Чёрного Адама, два человека ранены, в том числе один защитник аванпоста. В целом ситуация под контролем, противник не сумел застать нас врасплох и несёт потери. Подкрепление уже вступило в бой и выдавливает неприятеля. Могу дать более полный отчёт по ведущемуся боестолкновению. Кроме этого, в Мексике наш экспедиционно-разведывательный отряд «Муэрта» столкнулся с мелкими сошками, работающими на банду «Лезвие Солнца», что входит в боевое крыло местного наркобарона Игнасио Де Вилья, также известного как «Солнечный Дьявол». Нас приняли за отряд противников Де Вильи, из чего я делаю вывод о том, что в Мексике у одной из важных фигур, обладающих властью, есть доступ к терминалу с боевыми костюмами.
Я откинулся на мокрую постель и попытался успокоить биение сердца. Всего лишь сон… В котором я увидел то, чего боюсь больше всего на свете…
— Сколько времени осталось до постройки Цитадели?
— Семь часов, тридцать две минуты, господин.
— Хорошо… Давай поработаем. Всё равно я больше уже не усну.
Работать я решил прямо отсюда, из этого прекрасного номера, который был создан специально для высшего командного состава как награда за их большой вклад в наше
