– Никак, – озадаченно сказал Гарри. – Мир и есть мир. Вселенная.
– Наш мир называется Земля, – сказал Серега. – У каждого мира должно быть свое название. А Фил просто затупил и забыл придумать вашей вселенной имя.
– Может, оно и к лучшему, – заметил Горлум. – А то назвал бы Миром Фила или еще как-нибудь в том же роде. Звучит не очень.
– Он придумал названия миров, составляющих вашу вселенную, потому что этого требовали сюжетные миссии, – сказал Серега. – А про саму вселенную забыл. Неудивительно, что там творится такой бардак.
– На данный момент бардак творится и на Земле, – сказал Герман. – Давайте не будем забывать главного – по нашему собственному миру разгуливает могущественный маг, страдающий маниакальным стремлением к разрушению миров. Меня эта ситуация несколько беспокоит.
– А к вашей Книге Магов карта не прилагается? – с надеждой спросил Гарри.
– К сожалению, нет, – ответил Герман. – Это здорово бы упростило задачу.
– Предлагаю устроить мозговой штурм, – сказал Серега. – Нас тут восемь рыл, если каждый в порядке бреда выскажет хотя бы по три идеи, у нас будет чертова уйма идей. Вдруг какая-нибудь и пригодится.
– А как вы Гэндальфа нашли? – заинтересовался подробностями недавней истории Змей Горыныч.
– А мы его и не искали, – сказал Герман. – Он все время сам находился, причем в количестве, превышающем все разумные пределы. Тогда мы искали не Гэндальфа, а Кольцо.
– Успешно? – поинтересовался Гарри.
– Да, но большей частью потому, что у него был очень запоминающийся Хранитель, – сказал Серега. – Мы нашли Горлума, Кольцо было у него. Тут же нарисовались всякие Гэндальфы, ван Хельсинги, Федоты и прочая нечисть. Свалка получилась та еще.
– Зато я Саруману ногу сломал, – гордо сказал Горлум.
– Насколько я понимаю, внешность у Негориуса сейчас тоже нетипичная, – сказал Серега. – Если я правильно помню, Джавдет похож налицо среднеазиатской национальности, а наша доблестная милиция такие лица на улицах отслеживает.
– Лица-милиция-на улицах, – пропел Горлум. – Прямо стихи какие-то.
– Полагаю, Негориус далеко не дурак, – сказал Герман. – Как только он поймет, что выделяется из толпы, а в личине Джавдета он поймет это довольно быстро, он тут же сменит облик. Будем исходить из того, что мы не знаем, как он выглядит.
– Сколько у нас времени? – спросил Серега.
– Времени у нас нет, – сказал Гарри. – Старшие волшебники в данную минуту сдерживают Большого Бо, и сколько они еще могут продержаться, нам доподлинно неизвестно.
– Почему всегда приходится работать в цейтноте? – вздохнул Серега.
– Карма такая, – объяснил Горлум.
– Как говорят в мирах Муромца и Змея Горыныча, утро вечера мудренее, – сказал Герман. – Поэтому сейчас предлагаю прикончить шашлык и пиво, а потом спать. Я с утра в город двину, а гости пока тут побудут, все равно им в Москве делать нечего. Гарри, ты завтра еще раз свое заклинание попробуй, может, ослабнет защита у негодяя.
– Попробую, – пообещал Гарри, хотя надежд на ослабление магической защиты Негориуса не питал.
Реджи расстался с Мордекаем сразу после ужина и обстоятельной беседы, и к тому времени, когда Черный Стрелок убивал самого толстого в мире служителя револьвера, он был уже довольно далеко оттуда.
Дверь следовала за ним.
Мордекай утверждал, что сопротивляться Черному Стрелку невозможно, но сэр Реджинальд Ремингтон, эсквайр, не привык сдаваться без боя.
Убегать смысла не было. Реджи выбрал место для решающего поединка подальше от поселений, тщательно разметил площадку, установил на ней несколько десятков противопехотных и противотанковых мин, а потом сделал так, чтобы дверь оказалось в самом центре сооруженного на скорую руку минного поля.
Потом Реджи разбил палатку, зажег костер, сварил себе кофе и стал ждать. Сколько ему придется ждать, он не представлял, но спешить было некуда.
Рядом с собой Реджи положил футуристического вида штурмовую винтовку из какого-то индустриального мира, несколько гранат и пару автоматов. Револьверы же всегда были при нем.
Так Реджи просидел всю ночь, но Черный Стрелок не появился. Реджи рассудил, что умереть во сне – не самый плохой вариант, спрятал свой арсенал и забрался в палатку.
Проснулся он живым. Пока он спал, дверь не изменила своего местоположения, мины тоже оставались нетронутыми и только костер погас.
– Скучно, – неизвестно кому пожаловался Реджи и отправился за хворостом.
Дверной звонок оторвал Фила от созерцания экранной заставки. Он несколько часов потратил на то, чтобы найти логику событий в своей собственной игре, нисколько в этом занятии не преуспел и был только рад передышке.
За дверью обнаружился незнакомый пожилой джентльмен с аккуратной бородкой клинышком. На джентльмене был серый костюм-тройка, со вкусом подобранный галстук и туфли из крокодиловой кожи. Ансамбль завершала тяжелая трость с серебряным набалдашником.
– Добрый день, – сказал джентльмен. – Скажите, вы Фил?
– Вообще-то я Филипп, – сказал Фил. – Филом меня называют только друзья.
– Предположим, что я вам друг, – сказал пожилой джентльмен. – Могу я войти?
– В принципе можете. А зачем?
– Мне хотелось бы с вами побеседовать.
– О чем? – Внезапно в Филе проснулась подозрительность. Этот человек не был похож на его друга. Все друзья программиста выглядели гораздо моложе и намного беднее. – Я вас не знаю.
– Это вам так кажется. На самом деле вы очень хорошо меня знаете.
– О чем это вы?
– Я предпочел бы войти внутрь, прежде чем мы продолжим. – Рука джентльмена исчезла под одеждой и тут же возникла снова. Только на этот раз в ней был зажат большой тяжелый револьвер с сандаловой рукояткой. Точно такой же, какой ему показывал Гарри.
– Негориус?
– Вот именно.
Фил попытался захлопнуть дверь, но его движение было скорее символическим – он слишком хорошо представлял, что будет, если пуля из такого револьвера попадет ему… да куда угодно. Калибр у оружия был прямо-таки страшный. Даже если Негориус выстрелит ему в ногу, с ногой придется попрощаться.
Пятясь под прицелом чародея, Фил вернулся в комнату. Негориус последовал за ним, замешкавшись только на секунду. Он просто закрыл за собой входную дверь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
