интересует эта долбаная дуэль! И… пока тема свежа и актуальна, мы возьмём интервью у Стивена Наилса!
Смотрю на эти офигевшие от таких «простых» истин глаза.
— Да! Мы сегодня же, ну или завтра, завалимся к нему и проведём подробную, до последней запятой, запись разговора. Спрашивать будем всё, даже то, какие ему нравятся девочки или мальчики. Аха-ха, ладно, не трясись так, Дональд, интервью возьму я сам, просто пусть кто-нибудь ещё поприсутствует, чтобы хотя бы понимать, как и что спрашивать.
На это получил неуверенные кивки.
— Нужно оценить Больничное крыло, взять пару слов у целителей и профессоров, которые разгребали последствия. В идеале — дойти до Диппета. Уверен, ему найдётся что сказать об этом.
От осознания моих планов у ребят волосы встали дыбом. Ха, у Фишера даже не фигурально!
— А вы думали, — я не поленился и подобрал с пола лист, — рассказать о астрономических прогнозах на следующий год?! Мерлин! Кто это придумал?! Или, что тут ниже… переселении племён кентавров?! — Комкаю лист и бросаю обратно на пол. «Журналисты» отводят глаза.
— На эту чушь даже пергамент жалко переводить! Эх… а потом ещё мне высказывают, что нужна «команда профессионалов». Да вы просто «команда мечты»! Ладно, — машу рукой, затыкая открывшего было рот Рэнди, — это я так, ворчу просто.
Немного подумал, всё ли я учёл, ничего не забыл?
— В общем, соберём информацию, потом я набросаю темы для колонок, о которых говорил ранее. А вы смотрите и мотайте на ус. Потом будете такую мелочь сами собирать, «журналисты», мать вашу. Сегодня я, — осматриваю всех ребят, — вместе с Дональдом, — выбираю самое слабое звено, чтобы держать его под контролем, — навещу Больничное крыло. Если повезёт, опрошу сразу и Наилса. Но, думаю, его там уже нет. Так что просто переговорим с Фэрришем и Хэмдон.
Поднимаюсь на ноги, тем самым «закрывая» совещание.
— На вас название для газеты и распределение колонок. Пока что не больше трёх штук! На именно эти темы: юмор, наука, школьная жизнь. Потом, если зайдёт, добавим ещё. Раскидайте всех членов кружка по этим колонкам, приду — проверю. Дональд, пошли.
Парень механически встал и отправился за мной. Уже на выходе я слышу громкий голос Виолы:
— Рэнди, ты это стерпишь?! — и неоднозначное мычание «главы» клуба Журналистики, что уже был поглощён перспективами.
Всю дорогу шли молча. Фаулер переваривал мои откровения, а я похихикивал про себя от удачно проведённой авантюры.
Больничное крыло всё ещё было переполнено, но хоть целители уже не бегали в мыле. И Фэрриш, и Хэмдон сидели у себя. Первый писал письмо, а вторая варила зелье.
— Добрый день, уважаемые целители! — Смело захожу за приоткрытую дверь, лишь для вида стукнув по косяку. — Я Вольфганг Вейбер, это мой коллега Дональд Фаулер, представляем школьную газету и хотим осветить вчерашнее происшествие на дуэли. Позволите задать пару вопросов для печати?
Кажется, тут так не принято, — подумал я, глядя на несколько шокированные моим напором лица. — Было не принято, — мысленно поправляюсь я, видя как Фэрриш откладывает пергамент. Миссис Хэмдон, к сожалению, прерваться не могла, но встала у котла так, чтобы видеть происходящее.
За моей спиной Фаулер быстро вытащил записную книжку и артефактное перо, которое не нужно заправлять чернилами. Удобная вещичка… была бы, если бы не окклюменция. А так я вообще все записи веду, по сути, чисто для вида.
— Последствия вчерашних событий до сих пор отдаются на наших запасах зелий и ингредиентов. — Целитель нахмурился. — Что вы хотели узнать кроме того, что уже сами видели вчера?
— Скажите, — пододвигаю к себе стул и сажусь перед мужчиной, — сколько конкретно было пострадавших?
— Сто четырнадцать, — быстро и без запинки отвечает он. Ого, а количество-то не просто большое, оно, Мордред меня побери, просто огромное!
— Сколько было тяжело пострадавших? — тоже интересный вопрос.
Фэрриш на секунду задумался.
— Пожалуй… трое. Двое из которых были дуэлянтами. Мистер Блэк и мистер Наилс получили сильные травмы от опасных заклинаний. И был ещё один ученик, в которого попало более семнадцати разных проклятий. — Он мрачно усмехнулся, глядя на нас. — Не повезло. Бывает.
— А разве у Стивена Наилса не была лишь одна травма? А именно — глаза, на которые и навёл свои чары Блэк?
— Во-первых, это было родовое проклятие рода Блэк, и очень хорошо, что профессор Дабмлдор вовремя это понял, сумев заблокировать распространение. Иначе, боюсь, мистеру Наилсу пришлось бы ходить слепым. Уже здесь мы с помощью профессора Беккера и его ритуалов окончательно разбили эти чары и смогли восстановить все повреждения.
— Впечатляющая работа, целитель Фэрриш! Скажите, а почему вы всё ещё работаете в Хогвартсе? Судя по всему, ваш уровень легко позволит начать самостоятельную практику либо хорошо устроиться в Гильдии Целителей.
— Ха-ха, — негромко рассмеялся тот, — очень личные вопросы для ранее озвученной темы. Мы всё ещё говорим о вчерашней дуэли?
— Немного личных тем откроют вас с новой стороны, мистер Фэрриш. Глядишь, появятся поклонники и поклонницы, стремящиеся попасть на дополнительные занятия в клуб колдомедицины. А этим мы увеличим количество профессиональных целителей по всей стране! Вся магическая Британия будет вас благодарить! — воодушевлённо произнёс я под скептичным взглядом доктора.
Демонстративно громкий кашель от миссис Хэмдон заставил меня вздохнуть.
— Ладно, пропишем, что это очень личная тема и что помощница целителя Фэрриша, миссис Хэмдон, была против её раскрытия. Это тоже будет интересно звучать…
Хм, не нравится мне взгляд, который они на меня бросают. Бр-р, лучше в ближайшее время сюда не попадать. Хотя с моей магией Жизни я сюда вообще никогда не попаду, хе-хе.
— На вашей памяти в школе ранее были происшествия с таким же большим количеством жертв?
Новый вопрос отвлёк их от личных тем.
— Пожалуй… нет, — задумался колдомедик, — двенадцать лет назад был случай с массовой дракой факультетов после квиддичного матча. Тогда, можно сказать, дралась вся школа. Но очень быстро всех разняли, обошлось полусотней травм, в основном сломанных костей да разных мелочей.
— Хорошо. Тогда последний вопрос. Опишите сложность работы с травмами мистера Блэка. Если это не личная информация, конечно же.
— Нет, — мотнул он головой, — не личная. Достаточно сложный случай с сильным проклятием гниения, категории магии Смерти. Не совсем, скажем так, разрешённые чары. Точнее, использовать их можно. Но
